Хищник
Шрифт:
Хищник держит меня, пока я не успокаиваюсь, а потом он встаёт и оставляет меня одну на улице. Я знаю, он хочет, чтобы я вернулась в дом по своей воле… и я делаю это, потому что этот дом — единственное место, где я в безопасности.
Я не знаю, чья машина припаркована перед домом, так что я не поднимаю головы, когда иду обратно. Я закрываю входную дверь и несусь вверх по лестнице в безопасность моей комнаты.
Я остаюсь в своей комнате, пока не чувствую себя спокойнее. Не могу снова выстроить свою стену.
Я не могу больше оставаться в комнате. Мерзкие воспоминания преследуют меня в ванной, где я быстро брызгаю водой себе на лицо. Я избегаю смотреть в зеркало.
Я иду к лестнице. Впервые с тех пор, как я приехала сюда, я чувствую себя гостем в его доме.
Я слышу приглушенные голоса, доносящиеся вверх по лестнице, и начинаю свой медленный спуск. Я перевожу дыхание, прежде чем заглянуть в гостиную. Певица из бара сидит на диване, рядом с ней мужчина. Она плачет.
— Ты знаешь, если я сделаю это, пути назад не будет, — говорит Дэмиан им. Он не спрашивает их, он чётко делает заявление.
Моя первая мысль, что они переедут и тоже будут здесь жить. Женщина поднимает глаза и видит меня. Мы лишь смотрим друг на друга. Она, возможно, милая, когда улыбается мне, но я не в силах сделать так, чтобы она понравилась мне. Она представляет угрозу для меня. Она представляет угрозу для маленькой части мира, которую я познала.
Дэмиан резко поворачивает голову ко мне и встаёт. Он делает несколько шагов в мою сторону, прежде чем остановиться.
— Карен, это Джин и её друг Шон.
Сначала я, нахмурившись, смотрю на Дэмиана, но затем понимаю, что он зовёт меня Карен, а не Карой. Он не хочет, чтобы они знали, кто я.
Я слабо машу им и бормочу.
— Хотите кофе?
Мои внутренности, кажется, все сжимаются и сжимаются.
— Было бы неплохо, спасибо, — отвечает Джин дрожащим голосом.
Я поворачиваюсь и ухожу, так что мне не приходится видеть их дольше. Я трачу время на приготовление кофе. Хоть что-то, чтобы занять себя. Мне не нужно думать. Я думаю о ложках, чашках, сахаре и кофе, и затем я выигрываю ещё больше времени, сначала беря одну чашку и бутылку воды. Мне придётся вернуться за второй чашкой.
Я ставлю все это на кофейный столик и ухожу, не глядя на них, и ускоряю шаг, когда выхожу из их поля зрения. Я проливаю кофе на плитку и ставлю свою чашку. Мне придётся вернуться, чтобы скорее отмыть это. Несу им вторую чашку в гостиную и ставлю её на стол, а затем поворачиваюсь, чтобы уйти.
— У тебя нет больше? — спрашивает Джин.
— Кухня, — говорю я. Это то, о чем я думаю в этот самый момент, что мне надо вернуться на кухню. — Оно на кухне. Мне просто нужно сходить вытереть пол. Я пролила немного.
Слова приходят быстро, пока я отступаю к двери, и когда
Хватаю бумажные полотенца и опускаюсь на пол. Вытираю пролитое кофе. Затем вытираю ещё раз, чтобы не осталось следов. Я продолжаю вытирать, пока бумага не начинает крошиться на мелкие кусочки. Я останавливаюсь и смотрю на беспорядок.
— Возьми себя в руки! — шиплю я. — Дерьмо случается с лучшими из нас.
Быстро подбираю кусочки салфетки и выливаю холодный кофе в раковину. Выпрямляю спину и поднимаю подбородок.
— И это все равно будет происходить. То, как ты решишь с этим справляться, вот что имеет значение, — я повторяю слова Дэмиана, которые он однажды сказал мне.
Они остаются на ужин, и я разогреваю дополнительно два замороженных обеда. Я не чувствую себя комфортно в одной комнате с Шоном. От него у меня мурашки по коже.
Я забираю их тарелки, а затем быстро возвращаюсь на кухню, чтобы съесть свой обед.
— Помочь с посудой? — внезапно спрашивает Джин у меня за спиной, почти вызывая у меня сердечный приступ.
— Нет, — отвечаю я слишком быстро. Она опускает лицо и затем уходит. Чёрт, я ранила её чувства?
Я просто не хочу быть рядом с людьми. Не думаю, что я боюсь людей. Я думаю, что потеряла способность любить людей.
Стою в своей тёмной комнате и с большим облегчением наблюдаю, как машина уезжает. Я часто стою у этого окна, но это впервые, когда у меня есть на что посмотреть. Я не хочу, чтобы они вернулись сюда, но знаю, что не имею права этого хотеть. Я долго смотрю на место, где в последний раз видела исчезнувшие задние фары.
Чувствую, как Хищник входит в комнату. Чувствую льющееся от него доминирование, заранее предупреждая других, даже не пытаться испытывать свою удачу.
— Почему ты сохранил их? — спрашиваю я, не оборачиваясь.
— Доказательства, — отвечает он, и мы возвращаемся к нейтральному тону.
— Доказательства для чего? — давлю я.
— Будь осторожнее с тем, что спрашиваешь у меня, — предупреждает он, и я поворачиваюсь к нему. Он делает шаг ближе, и воздух потрескивает между нами.
— Не впаривай мне эту фигню, Дэмиан! — повышаю я голос. — Ты сохранил эти карты памяти, на которых меня били и… и…
Я не могу произнести это вслух, вместо этого я бросаюсь на него и хлопаю ладонями по его груди.
Он даже не вздрагивает.
— Ты смотрел их? — мой голос поднимается ещё на тон, почти переходя на визг.
— Да, — отвечает он, и в этот момент я ненавижу его честность.
— Как ты мог? — я едва не скулю. Я отдёргиваю руки назад, как будто, само прикосновение к нему обжигает.