Хищник

Хорст Мишель

У меня возникает ощущение, будто стены надвигаются на меня.

Хищник одаривает меня мрачным взглядом, прежде чем налить кофе в зелёную кружку. Я смотрю, как он добавляет один сахар и молоко. Я наблюдаю за работой его рук, когда он размешивает напиток, а затем ставит зелёную кружку на стойку.

Мой взгляд следует за ним через всю кухню, когда мужчина ставит молоко обратно в холодильник. Он берёт бутылку воды и откручивает крышку, прислонившись к стойке. Непреднамеренно, его тело излучает комфорт и расслабленность, когда он вытягивает ноги перед собой, скрещивая в лодыжках.

Я стою и наблюдаю, как движется его горло, а борода слегка покачивается, когда он делает глоток, затем опускает бутылку воды вниз.

— Твой кофе остывает, Кара, — говорит Дэмиан, выдёргивая меня из ступора.

— У тебя больше нет? — спрашиваю я, мой голос хрипит. Я прочищаю горло и дрожащей рукой убираю немного волос с лица.

Он делает ещё один глоток воды, и не похоже, чтобы он собирается отвечать мне. Медленно, я подхожу к чашке, следя за мужчиной рядом. Я поднимаю кружку и наслаждаюсь теплом, просачивающимся в мои пальцы.

— Я не пью кофе.

Это первая нормальная вещь, которую я узнаю о нём. Он пьёт воду, не кофе.

— Спасибо за кофе, — я сглатываю комок в горле, сделав глоток горячего напитка. — Как ты разузнал обо мне? — спрашиваю я, смотря на карамельную жидкость в моей кружке.

— Твой дядя, — отвечает он. — Он рассказал главное о тебе. Что тебе ещё многое предстоит узнать в свои двадцать пять, я понял из того, как легко они нашли тебя.

Я стреляю в него глазами, и гнев начинает скручиваться спиралью в моём животе.

— Позволь, мне уточнить, — он закручивает бутылку воды и ставит её на стойку.

— Том организовал для тебя новую личность, позволь добавить — дерьмовую, и тебе удавалось прятаться в течение семи лет… а затем ты позволила им просто схватить себя.

Не думаю, что это вопрос. Это не звучит, как один из них, так что я просто смотрю на его грудь. Я пытаюсь вдыхать и выдыхать в тоже время, что и он, но мне нужно больше воздуха, и моё дыхание ускоряется.

— Ты пережила нападение, в котором убили твоих родителей, — его голос предупреждающе опускается, и волоски на моём затылке встают дыбом, — и всё же, ты обнаружила себя, чтобы они схватили тебя?

Я ставлю чашку, прежде чем уроню её, и поворачиваюсь боком, подальше от него. Мой гнев испаряется, потому что он прав.

— Я была неосторожна, — жалко шепчу я. — На один глупый момент я забыла, что мне не позволено иметь нормальную жизнь.

— Тут нет такого понятия, как нормальная, — говорит он ледяным тоном. — Люди как мы, как ты и я, — он небрежно машет между нами, — далеки от нормального. Мы смешиваемся с толпой, прежде чем становимся не более чем тенью. Ты должна заставить людей смотреть в другую сторону.

Когда Дэмиан делает вдох, я понимаю, что это первый урок от него о том, как выжить. Он собирается показать мне, как стать тенью… такой как он.

Мне придётся зависеть от убийцы — чистильщика, как он назвал себя (прим. Чистильщик — человек, который очищает место преступления от следов, использует давление или подкупает свидетелей преступления. Популярная фигура криминального жанра, чистильщик уничтожает улики или удаляет их с места преступления. Чистильщик может

быть и киллером, «убирающим» свидетелей преступления, т.е. «очищающим ситуацию»). Хищник останется здесь из-за меня, и если я выберу остаться с ним, тогда он всё ещё будет здесь завтра, готовый помогать и учить. Но у меня нет никаких гарантий, я всё ещё не уверена в нём или его намерениях.

— Как долго я буду с тобой?

Мой голос все еще хриплый из-за переживаемых эмоций. Я никогда не жила с кем-то, ещё со времён родителей.

— К сожалению, жизнь тебя изрядно потрепала, — начинает он. Один факт о Дэмиане — он любит зрительный контакт. Мне трудно смотреть ему в глаза, но на этот раз я заставляю себя посмотреть на него. — У тебя два варианта, Кара. Ты либо остаёшься здесь… — он замолкает, не уточняя, что повлечёт за этим. — Я занимаюсь созданием новой личности для тебя. Бумаги будут здесь через две недели.

Дэмиан делает паузу, возможно, давая мне паузу осознать сказанное им.

— Если ты решишь сделать это, остаться здесь, — добавляет он, — ты не кинешь меня в один прекрасный день. Ты не сможешь проснуться и решить, что это не та жизнь, которую ты хочешь, — я чувствую, как он двигается, будто даже воздух спешит уступить ему дорогу.

Я быстро моргаю, когда Хищник приближается ко мне, и замираю. Его глаза удерживают мои, когда он подходит так близко, что между нами не остается даже воздуха. Моё сердце начинает тяжело стучать. Дэмиан оборачивает пальцы вокруг тыльной части моей шеи, и воздух вырывается из моих приоткрытых губ. Впервые он вызывает у меня леденящий страх, который сворачивается спиралью в животе, ожидая освобождения.

— Это будет жизнь, в которой ты выживешь. Я могу только обещать сохранить тебя в живых, — мышцы его челюсти сокращаются, прямо над бородой. Я слышу его вдох. Слышу крик птицы где-то за окном. Слышу тиканье часов. Я слышу многое, но вижу только, как дёргаются его мышцы. Он как заряженный пистолет, готовый выстрелить в любую минуту.

Я киваю, и это движение позволяет мне сильнее почувствовать его пальцы на своей шее. У меня два варианта. Первый — я остаюсь с ним, с этим убийцей, и только Господь знает, что произойдёт. Или второй, я могу рискнуть и уйти, но есть большой шанс, что они найдут меня снова. И в этот раз я умру, потому что он не придёт за мной во второй раз.

Это мой единственный шанс остаться в живых. Отстойно, когда твоя жизнь зависит от абсолютно незнакомого человека.

Я делаю глубокий вдох, и мои лёгкие мгновенно заполняются его мужским ароматом. Я хватаю его за руку, чтобы не упасть. Мои ноги вялые. Когда я отрываю его руку от моей шеи, то пытаюсь улыбнуться, но не думаю, что у меня получается искренне.

— Полагаю, в таком случае, ты застрял со мной.

Я не звучу очень убедительно. Я звучу чертовски нелепо.

Когда я направляюсь обратно в комнату, то осознаю, что произошло на кухне… это максимальное расстояние, на которое Дэмиан когда-либо приближался ко мне, и это было только, чтобы предупредить меня не пререкаться с ним. Мне впервые становиться интересно, что произошло с ним, что превратило его в камень.