Химеры. Том 1
Шрифт:
– А ты подумай над значением этого слова. Что касаемо меня, то мне оно нравится, - простодушно говорит Аскольд.
– Ладно, опричник, - ухмыльнулся я, - пошли, медведь нас уже заждался.
Без происшествий добираемся до места трагедии, трава у самых валунов скомкана, кровищи, словно порося зарезали. Вероятно, люди пытались спрятаться, но не успели. Огромные медвежьи следы внушают уважение, настоящий исполин. Нашли и пистолет, но сжёванный острыми зубами. Сую его в карман, хороший металл, в хозяйстве пригодится, ножики, скребки сделать, сейчас даже пустая консервная банка на вес золота. Как всё быстро поменялось, ничего не стоящие вещи взлетели в цене, а то, на что буквально
– Медведь стал типичным людоедом, очень неприятно, ситуацию необходимо решать, - задумчиво говорит Аскольд.
– Завтра вход в лагерь загородим кольями. А дальше попробуем пощекотать нервы мишке, да так, чтоб дорогу к нашей тропе забыл, - не рисуясь, произношу я.
Аскольд, странно смотрит на меня, и спрашивает: - А ты знаешь, как можно убить медведя?
– Пока об этом не думал, - вздыхаю я.
– Медведя убить непросто, но у него есть несколько уязвимых мест, если туда попасть, то даже стрелой можно завалить такого гиганта. Вот, даю тебе бесплатный совет: Если стрелять сбоку, надо чётко попасть в основание уха или же между ним и глазом, а если бьешь спереди, то прямо в глаз или между ними, если в угон - в соединение затылка с шеей, но чтобы стрела не проскользнула по холке.
– Попробую запомнить, - нервно хохотнул я.
– От этого может зависеть твоя жизнь, князь Никита, - с необычной серьёзностью говорит Аскольд.
– Вновь князь, смотри не привыкни, - без особых претензий произношу я, но в душе мне это слово всё больше и больше нравится.
Назад мы идём скорым шагом, но не забываем собирать куски белуги. Рыба ещё свежая, запечём на костре, деликатес.
Не много не мало, а набрали, каждый, килограммов по тридцать. Ты смотри, столько рыбы не пожалели, настоящие люди, всё сделают ради подлости ближнему своему.
В лагерь возвращаемся на рассвете. Небо посветлело, неугомонные чайки раскричались, перебудив почти всех людей, поэтому, возвращение наше было очень кстати. Сразу принялись запекать белужьи куски. Катя безумно счастлива, её охотничий трофей, почти в полном объёме дошел до назначения.
Утром собираю всех мужчин, женщин на совет сознательно не приглашаю, вопрос должен стоять достаточно деликатно. Мне не нравится ситуация с компанией Вилена Ждановича, они действуют нахрапом, зло и нагло - в стиле бандитских девяностых - забить, запугать и отобрать. Такие отношения достаточно заразны, не прилагая больших усилий, устроиться лучше всех. Придётся эту публику поставить на место, иначе произойдёт всеобщая вакханалия. Мужчин в нашем лагере собралось достаточно, знаю, есть опытные бойцы и их следует направить в нужное русло, чтобы и у них не появились дурные мысли.
Донёс своё решение с предложением обломать эту компанию достаточно жестоко и вернуть то, что те отобрали у бывших пляжников, а это и ножи, туристические топорики, палатки, спички и прочие вещи. Предлагаю, в случае серьёзного сопротивления, бить насмерть, затем даю высказаться народу.
– Я, конечно, не пойду против коллектива, решите дать в морду серьёзным людям, поддержу, - блеет Аскольд, - но это не метод, это бесчеловечно ... лучше устроим обвал, всё решим одним махом, - скребёт он куцую бородёнкую.
Аскольд весьма странный человек. Его с поволокой глаза на неказистом лице придают ему некий шарм, что многие женщины, встретившись с его взглядом, мигом
Аскольд, выбирает из кучи обсидиана, острые куски, балансирует на руке и прячет на своём теле, затем подходит ко мне: - Никита, я, конечно, не хочу вмешиваться в твою работу, учишься быстро, народ начинает тебя уважать. Я не сомневаюсь, морды тем ребятишкам набьём, но, сдаётся мне, перед посещением наших "друзей", стоит провести небольшую разведку, вдруг у них есть ПП-2000, или пару "Кипарисов" из оружия завалялось, тогда шансов у нас не будет. Хотя это маловероятно, не стали бы они медведей к нам подманивать, когда проблема решается намного проще. Но, может они извращенцы, какие? Нравятся заумные методы, и с такими сталкивался. Так что тебе решать. Предлагаю сходить, прогуляться по пляжу, на народ поглядим, себя покажем, а там, видно будет, развлечься всегда успеем.
Да, Аскольд, видно для тебя это занятное проведение своего досуга, а по мне ахи, какая боевая спецоперация, с восхищением думаю я, глядя в его честные глаза и на лёгкий стыдливый румянец на лице. Нравится мне этот парень, чувствую, надёжный он человек.
– У меня такие же мысли, - сознаюсь я, - но думал, не стоит всё усложнять. Но если ты советуешь ... давай сходим.
Аскольд, Семён и я вооружённый ПК "Гюрзой", спустились на пляж. На нём произошли достаточно заметные изменения. Бывшие отдыхающие понастроили из веток и камыша безобразные хижины. Кто-то объединился в небольшие группы,
горят костры, в них запекают устриц, другого я из еды ничего не увидел, сердце сжалось, на таком рационе долго не протянут. Но сейчас люди из группы Вилена Ждановича их не трогают, мне кажется, опасаются со стороны нас ответных действий за ночную провокацию и сдёрнули с берега, а быть может, затаились - что вернее.
Люди копошатся на отмелях, глубже не рискуют заходить. Чуть далее, где начинались глубины и, на подводных камнях растёт великое множество раковин, рассекают гладь моря чёрные плавники акул. Что привлекло хищников в таком количестве, я не понимаю. Может сезонные миграции или банально выискивают жертву среди людей.
Мы идём по берегу, чувствуем на себе неприязненные взгляды, народ понимает, мы устроились лучше их - завидуют. Но, кто виноват, мы предлагали присоединиться к нам, но они предпочли гордое одиночество. Как говорится, останемся без штанов, но назло врагу, или - издохнем, но не отдадим свою независимость и самостоятельность - дурни ... ничего, жизнь всё расставит по своим местам, ещё пару встрясок и толпою побегут к нам.
Не спеша направляемся к лагерю Вилена Ждановича. Взгляд Аскольда рыскает по берегу, по зарослям камыша. Он сосредоточен и насторожен, видно ждёт некий подвох. Семён, с грозным видом, тащит на плече полюбившуюся дубину. Нижняя челюсть выдвинулась вперёд, показывает его бесстрашие.