Химеры пустошей
Шрифт:
Когда со жгутом было покончено, и девушки смогли разогнуться, Янка удивленно выдохнула:
— Я слышала ее куда ближе… Как она кричала. Когда проснулась. А сейчас мы уже сильно далеко от комнаты.
— Никогда не была в этом месте. Странный этаж! Так. Я за Анькой. Следи за ней! Если опять закапает, прямо прижимай руками! Изо всех сил, поняла? Я свет оставлю, чтобы видно было. Сама как-нибудь! Тут по прямой, не потеряюсь!
Алиса тараторила быстрей обычного раза в два. Должно быть, от волнения.
— Беги, — напомнила
Первую минуту или две она просто смотрела не пострадавшую студентку. Если не считать крови, залившей, кажется, ее всю, ничего примечательного в ней не было. Волосы темные, короткие, все в пыли. Одежда тоже невероятно грязная… и кстати, не только от крови.
Комнатка, в которой они оказались, была, скорее всего рабочим помещением, где строители, ремонтирующие лестничный пролет, оставляли свои инструменты и рабочую одежду. Собранные из чего попало, держащиеся на проволочных скрутках столики — тому доказательство. И обилие строительного мусора, кстати…
Янка подобрала светляка, внимательней осмотрела девушку.
Все же она не ошиблась — ей кругов пятнадцать, или чуть больше. Странно, почему вдруг — босиком. Почему дыры на локтях куртки — понятно, в дыру лазила и ободралась. Но босиком… и давно босиком — на ногах царапины, а стопы — черные совсем, разбитые…
Кстати, про лаз…
Стена-то, похоже, сложена из каменных блоков куда позже, чем вообще появилось это помещение. Она осторожно заглянула в дыру, из которой они только что вынули незнакомку, наполовину ожидая, что там будет тупик или камни обвала. Но там было темно. И не так пахло строительной грязью. Из дыры слабо веяло пещерной прохладой. Просунулась, насколько могла, осветила стены: камень, тщательно уложенный и сухой.
Подземный ход? Ход тянется в черноту. Но кое-что становится понятным.
Девушка не упала с лестницы, как они думали сначала. И не заблудилась в ночных коридорах какого-то нежилого этажа. Она здесь ползла. По этому самому коридору. Вот тянется кровавый след, вот отпечатки ладоней на стенах и потолке. Вон там — кусок ткани, должно быть, оторвался от одежды. Она ползла здесь раненая, она, наверное, кричала тоже когда здесь ползла… и потому Янка ее услышала. Только Янка и никто больше. Видимо, ход проходит именно под ее кроватью.
Иначе это никак не объяснить…
Янка выбралась обратно и быстро заложила проем лежащими рядом темными блоками, присыпала пылью и для надежности еще — прикрыла куском ветоши, найденной тут же, возле ящиков с гвоздями и мешков с песком.
Девушка так и лежала неподвижно все это время, с закрытыми глазами. Только и понятно, что живая, по слабому дыханию.
Янка села рядом и приготовилась ждать, но ждать не пришлось, сестры явились почти в тот же момент.
Анна несла нормальный большой светильник с ярким белым лучом. Сунула его Янке, кинулась щупать пульс и проверять повязку.
В конце концов похвалила:
— Молодцы,
Анна. Высокая, выше и Алисы и Янки. На голове черная вязаная шапочка из-под которой видны прядки темных волос. Одета так, словно не ложилась…
А больше ничего пока сказать невозможно — слишком контрастный свет, слишком быстро все происходит…
Янка с фонарем выбежала в коридор, посветила сестрам, давая пройти. На лестнице пришлось отложить фонарь и помочь поднять пострадавшую по обломкам ступеней на высоту разобранного пролета (хорошо, все-таки, что он не целиком разобран).
Когда вышли в нормальный, ярко освещенный коридор жилого этажа, Янка даже растерялась: оказывается, она жила в очень красивом, хотя и слегка запыленном крыле.
Высокие мозаичные потолки, деревянный (на самом деле!) пол. На стенах — картины в рамах… Это и есть Академия? Здесь так везде?
Янка крутила головой и бежала рядом с сестрами, хотя формально светить им было уже не нужно. Не возвращаться же в комнату, на самом деле?
Она даже не замечала, что смаргивает слезы. Не то радость от того, что снова видит, не то — испуг за незнакомку. Не то все вместе…
Как, оказывается, далеко бежать до биологического корпуса. А в прошлый раз казалось, что совсем недалеко. В прошлый раз ее развлекала Алиса. И вообще все было по-другому.
Когда добежали, Анна велела сестре:
— Позови докторов Бриза и Лизу Чайку. Бегом! Яна… Будешь помогать, мой руки, я пока включу тут…
Она метнулась в соседнее помещение за белой дверью с надписью «Смотровая».
Девушка уже лежала на низкой кушетке. Яна увидела раковину, открыла воду. С рук потекла грязь и чужая кровь. Даже запах. Запах какой-то металлический, неприятный.
Интересно, она совсем не боялась — и в пещере и сейчас. Может, потому что решения принимали другие, а может, просто некогда было пугаться.
Хотя в книгах часто вид крови у людей вызывает неприятные чувства и даже обмороки.
Анна вернулась в белом халате, маске и высокой тоже белой шапочке на голове, сменившей вязанную черную.
Со лба, через глаз под шапочку тянулся бугристый ожог. Глаз уцелел каким-то чудом, а вот от брови осталась только половина.
Анна печально улыбнулась:
— Что не красавица, да?
— Больно было? — ответила вопросом Янка. Она даже представить не могла, откуда мог появиться такой ожог у врача.
— Не очень. Сначала. Потом уже, в госпитале — да. Но там врачи были рядом. Так. Сейчас мы ее переложим на носилки. Вон они, у стены, ладно? И перетащим в операционную. Готова? Давай!
Действительно, когда тут пугаться, тут удивляться некогда! Янка старалась копировать действия Анны, так что на носилки они переложили девушку так, словно всю жизнь этим занимались.