Хевдинг
Шрифт:
— Я что, посыльный вам? — взъярился Бычья Шея, и на широкой шее у него и впрямь вздулись жилы, как у доброго бычка.
— Ну или не передавай. Мне без разницы, — сказал я. — За работу, парни.
Хрольв прошипел что-то невнятное, развернулся и ушёл быстрым широким шагом под смех моих людей, а я вернулся к ведру с жидкой чёрной смолой. Работа сама себя не сделает, и хоть я, разумеется, мог остаться с чистыми руками, поручив всё Кьяртану и остальным, я предпочёл сделать всё самостоятельно. Хочешь сделать хорошо — сделай
Вскоре, к моему удивлению, на пристани объявился сам Хельги. Как обычно, с хитрым прищуром глядя на всё происходящее, он остановился чуть поодаль, некоторое время наблюдая за тем, как мы работаем. Хрольв Бычья Шея, насупившись, стоял позади него.
— Мир тебе, славный хёвдинг, — сказал наконец Хельги. — Смотрю, и впрямь ты не чураешься простой работы.
— Я не всегда был хёвдингом, и в шёлковые пелёнки золотом не гадил, — пожал плечами я.
— Я поболтать с тобой хотел. Хрольв, видимо, не так понял меня, — улыбнулся Хельги.
— Бывает, — снова пожал плечами я, обмакивая кисточку в смолу. — С тобой, Хельги, я всегда пообщаться рад.
— Это лестно слышать, — сказал он.
— И о чём же ты хотел со мной поговорить? — спросил я.
— Наедине, — попросил Хельги.
Я хотел было сказать, что у меня от моих людей секретов нет, но Хельги прекрасно чуял любую ложь, да и вообще обманывать его не хотелось, так что я просто кивнул и передал ведро в руки Кьяртану. Секреты у меня имелись, и раскрывать их я не хотел ни в коем случае.
Руки я сполоснул водой, но без особого эффекта, их придётся долго оттирать жёсткой щёткой, но хотя бы ради проформы стоило ополоснуть.
— Внимательно слушаю, — сказал я, когда мы вдвоём отошли чуть подальше.
Парни продолжили работу, Хрольв Бычья Шея остался стоять там же, где и стоял.
— Ты же знаешь, да, что князь — мой родич? — спросил Хельги.
— Допустим, — нейтрально ответил я, но сама постановка вопроса мне почему-то шибко не понравилась.
— Дальний, но родич. А ещё у меня есть сестра, — сказал Хельги.
— Так, — протянул я.
Я пока не понимал, к чему он клонит, но дело уже выглядело каким-то мутным. Дурно пахнущим, я бы сказал.
— Я хочу, чтобы ты мне помог, — сказал Хельги.
— В чём? Говори прямо, Хельги, не ходи вокруг да около, — сказал я.
Хельги задумчиво нахмурился, потрогал себя за бороду. Деликатный, должно быть, вопрос.
— Миляна, князева жена… Нарушила многие планы, — тихо произнёс Хельги. — Понимаешь, о чём я?
— Понимаю, — кивнул я. — А я причём?
— У тебя репутация надёжного человека, Бранд, — Хельги применил грубую лесть, которая на меня не подействовала. — А ещё я точно знаю, что Миляна тебе не нравится.
— При всём уважении, Хельги, ближе к делу, — начал терять терпение я. — Как видишь, я немного занят работой.
—
Во рту стало неприятно сухо.
— Я с бабами не воюю, — тихо сказал я, пытаясь оставаться равнодушным. — Найди другого исполнителя.
Конечно, он не хочет марать руки сам. Он же хочет выдать сестру за Хререка, а в таком случае с ним лучше не ссориться. Даже потенциально.
— Я и не прошу тебя делать всё самому, — улыбнулся Хельги. — Неужели у тебя нет надёжных людей в команде? Которые умеют молчать.
— А у тебя? — хмыкнул я.
Я почувствовал, что ступаю по очень тонкому льду, и один неверный шаг может привести к падению. Сокрушительному падению, непоправимому.
— Видишь, в чём дело, Бранд… Мои люди, в большинстве своём, это и люди Хререка тоже, — протянул Хельги. — Мы вместе росли, вместе ходили в вик, вместе всё делали. А вы…
— Чужаки, — сказал я вместо него.
— Да, — сказал он. — Вы чужаки, вам плевать и на Хререка, и на его жену, и на меня. А серебро, оно везде серебро.
Я издал короткий смешок. Серебро. Есть вещи, которые за серебро не покупаются, и за золото тоже. Вот только отказывать Хельги было опасно, такие предложения озвучиваются только в том случае, если заказчик на сто процентов уверен в том, что предложение примут. Такой, как Хельги, может пришить меня в случае отказа просто даже ради того, чтобы я не разболтал суть дела.
Но и соглашаться на подобное я не хотел. Пусть я испытываю к Миляне неприязнь, это не повод для убийства.
— Найми местных, — посоветовал я. — Миляна своим замужеством наверняка многих расстроила.
— Я им не доверяю, — покачал головой Хельги. — В отличие от тебя.
В какой-то момент я почти согласился. Мол, убийством больше, убийством меньше. Руки у меня и так уже по локоть в крови, подумаешь, баба и баба. Но совесть поскреблась острыми коготками, и от одной только мысли о заказном убийстве меня затошнило. Одно дело, когда убиваешь в бою другого такого же головореза, когда адреналин пылает в крови, когда либо ты, либо тебя. И совсем другое, когда тебе предлагают убить хладнокровно. По заранее разработанному плану. Уверен, Миляна тоже не агнец божий, и на её душе висит достаточно тёмных пятен, но эта работа не для меня.
Так что я собрался с духом, будто перед прыжком с обрыва, и отказал Хельги.
— Нет, Хельги, — покачал головой я. — Ты не по адресу. Я не воюю с бабами. И мои люди тоже. Да и как я потом буду Хререку в глаза смотреть?
— Да? Жаль, — Хельги нацепил маску показного равнодушия, но за ней легко читалось его недовольство. — Я думал, ты согласишься. Значит, ошибся. Нечасто такое со мной бывает.
— А почему ты не воспользовался моментом, пока мы с князем были в Полотьске? — спросил я.