Херцланд

Страница Соавторов

Марк вытянул шею, пытаясь разглядеть то, что скрывали их спины, но не увидел ничего. Ничего, кроме полупустых тарелок и бокалов.

Вороний король исчез.

– Что за...
– сказал Марк.

Телевизор еще не включили, и его голос в тишине зала прозвучал немного громче, чем Марку хотелось бы. Несколько воронов оглянулись, потом переглянулись друг с другом и снова уставились на него. Марк ответил им не менее тяжелым взглядом, уже нащупывая за лацканом форменной куртки значок - и тут же вспоминая, что в Херцланде вместо

значков у них были нашивки на рукавах.

– Успокойся, - сказал Штефан.

Марк почувствовал на локте его пальцы - холодные даже сквозь ткань куртки.

– Никакого преступления не произошло, бравый полицейский, - в голосе Штефана сквозила еле заметная насмешка - слишком легкая, чтобы на это можно было обидеться, но достаточно ощутимая, чтобы Марк взъерошился еще сильнее.

Он дернул локтем, стряхивая руку Штефана, и повернулся к нему.

– Ну?

Во взгляде Штефана было столько снисходительности, что Марку почти расхотелось требовать объяснений. Почти - потому что он все еще не понимал, что происходит, и это бесило его гораздо больше, чем выражение лица Штефана.

– Это был не человек, - пояснил Штефан.
– Вороний король - не человек. Это эгрегор. Проекция, если хочешь. Раз в год обретает плоть и кровь, потом опять уходит в небытие.

– Пах он совсем не как проекция, - буркнул Марк.

– Ты привыкнешь, - безмятежно ответил Штефан.
– В Нижних Землях такого не было, да?

Марк облокотился на стол, опустил подбородок на сплетенные пальцы и посмотрел на Штефана, постаравшись вложить во взгляд все, что он думал о херцландских сюрпризах, отношении Штефана к Нижним Землям и всем остальном.

Штефан, нисколько не впечатлившись, поднял руку, подзывая официантку.

– Ты меня за этим туда повез?
– спросил Марк уже позже, когда они отвезли Томаша с Петром и стояли перед домом Штефана - громадным особняком за глухим трехметровым забором.

Штефан тихо рассмеялся.

Марк покосился на него.

Возле ворот, перед которыми Марк припарковал свою новоприобретенную машину, стоял одинокий фонарь, и в его молочно-белом свете черты лица Штефана казались неприятно заостренными, а улыбка слишком широкой, как будто у Штефана неожиданно оказалось больше зубов, чем положено было обычному человеку.

Марк напомнил себе, что Штефан - необычный маг даже по меркам Херцланда. И что ему, Марку, еще долго придется привыкать к эти самым меркам Херцланда, что ярко показал сегодняшний вечер.

– Если я скажу, что просто хотел устроить небольшой праздник в честь твоих прав, ты мне поверишь?

Марк хмыкнул, побарабанил пальцами по рулю и пожал плечами.

– Вряд ли, - наконец сказал он.
– Но ты ж ничего другого не скажешь.

– Я не имел ни малейшего представления о том, что там будут вороны, - серьезно сказал Штефан.
– Веришь?

Марк подумал и кивнул.

– Верю.

Даже несмотря на этот

разговор - хотя Штефан и не извинился вслух, вернее, извинился, но не вслух, как он это умел делать еще в студенческие времена - Марка не покидало сосущее ощущение чего-то очень неправильного. Он доехал до дома, внимательно глядя на все знаки и соблюдая скоростной режим гораздо более старательно, чем в Маардаме, оставил машину на полупустой парковке, поднялся в квартиру - и все это время внутри него что-то царапалось, как будто сухая ветка скребла по стеклу.

Марк устало подивился собственным ассоциациям, заглянул в холодильник, ничего оттуда не взял и повалился в кровать, не раздеваясь, только сбросил куртку да ботинки стряхнул на пол. Уткнувшись лицом в подушку, Марк еще успел вяло подумать о том, что надо было бы хотя бы соскрести с ботинок болотную грязь, которой он наверняка изгваздал весь коврик в машине, но провалился в сон раньше, чем додумал эту мысль до конца.

Снилось ему то же заведение, где они побывали этим вечером. Только во сне Марка там не было отдельных столиков: посреди зала стоял один большой стол из грубо сколоченных толстенных досок. Такие часто показывают фильмах про викингов или на другие исторические темы.

За столом сидели вперемешку оборотни из Управления и Маардама - все узнаваемые, но странного вида, как будто не перекинулись до конца и застряли в середине, наполовину люди, наполовину животные.

Марк оглядел себя - он, в отличие от всех остальных, сохранил человеческий облик.

Мира приветливо помахала ему лапой с дальнего конца стола, и он пошел к ней, вроде быстро, но не приближаясь ни на шаг. Другие оборотни не обращали на него внимания. Кто-то смеялся, кто-то немузыкально пел, некоторые увлеченно ели, опустив морды в миски.

Марк шел и шел, а стол все удлинялся, и вскоре Марк перестал узнавать оборотней, сидевших за ним. Волки и медведи сменились кошачьими всех мастей, потом огромными полуптицами, между которыми все чаще начали попадаться совсем уже непонятные создания, покрытые чешуей и порой имеющие на несколько конечностей больше положенного.

Марк ускорил шаг, стараясь больше не смотреть на тех, мимо кого проходил. Мира все махала, как заведенная, и вроде была совсем близко.

– Ты не туда идешь, - сказал кто-то.

Марк вздрогнул и остановился, озираясь по сторонам.

Оборотни продолжали заниматься своими делами - к Марку явно обращался не кто-то из них.

– И не туда смотришь, - снова сказал тот же голос, в этот раз показавшийся Марку смутно знакомым.

Он крепко зажмурился, а когда открыл глаза, увидел восседающего посреди стола Штефана. Он сидел, скрестив ноги по-турецки, совсем как вороний король, и выглядел абсолютно чужеродно в своем строгом костюме посреди оборотней, окончательно потерявших всякое сходство с людьми.