Хендрикс

Клейтон Келси

— Нет, я думаю, что нет, но я думаю, что ты уделяешь ему слишком много времени с ней. Я ему не доверяю.

Это бессмысленный спор, который у нас уже был слишком много раз на данный момент, и я действительно не заинтересована в том, чтобы он повторился. Особенно не тогда, когда на его стороне сломанная рука Бренны.

— Я не знаю, чего ты хочешь от меня, Тофер. Он ее отец.

Тихий голос позади меня заставляет меня застыть на месте. — Он что?

10

КОЛБИ

Я

вылезаю из своей Audi и нажимаю кнопку, чтобы запереть ее, прежде чем направиться в ресторан. Это одно из чересчур навороченных мест, где вам нужно быть кем-то, чтобы попасть внутрь. Хостес узнает меня без лишних слов и ведет к столу. Трое мужчин в деловых костюмах встают и пожимают мне руку.

— Приятно видеть вас снова, мистер Хендрикс, — говорит один из костюмов.

— Аналогично, — отвечаю я.

Когда я сажусь, я оглядываю ресторан. Это не то место, которое я бы выбрал для себя сам. В люстре, которая, должно быть, стоит больше десяти миллионов, есть что-то кричащее. И все же, когда эти мужчины пытаются произвести на кого-то впечатление, они стараются изо всех сил. И то, что они хотят, чтобы я участвовал в этой сделке по рекламе, означает, что они прекращают все работы.

— Итак, на чем мы остановились с переговорами? — Главный шеф смотрит вниз на свой планшет. — Ах, это верно. У вас была проблема с тем фактом, что вы не могли быть замечены пьющим что-либо у одного из наших конкурентов.

Я киваю. — Просить меня об этом невозможно. Ты не можешь искренне ожидать, что я буду пить только кока-колу в течение всего срока действия контракта.

О, я забыл упомянуть, что встречаюсь с генеральным директором Coca-Cola? Да, я думаю, эта часть важна.

— Я не уверен, что это то, с чем мы можем сдвинуться, сэр.

Как только я собираюсь ответить, у меня в кармане вибрирует телефон. Я подумываю нажать «Игнорировать», но в тот момент, когда я вижу имя Сейдж и фотографию Бренны на экране, я знаю, что должен ответить. Она звонит уже второй раз, так что это, должно быть, важно.

— Одну секунду, извините.

Я подношу телефон к уху. — Привет. Все в порядке?

— Колби, — кричит Сейдж, и паники в ее голосе достаточно, чтобы у меня по спине пробежали мурашки.

— Что случилось?

— Это Бренна, — говорит она, и я уже наполовину встаю со своего места. — Она слышала, как я говорила Тоферу о том, что ты ее отец. Она заперлась в своей комнате и не выходит.

Разочарование подстегивает меня изнутри, зная, что это именно то, чего я хотел избежать. — Я сейчас буду.

Я вешаю трубку и снова сосредотачиваю свое внимание на трех мужчинах, которые смотрят на меня с шоком на лицах.

— Если вы не можете изменить это условие, считайте, что я выбываю, — я выдвигаю свой стул. — Теперь, если вы меня извините, у меня есть кое-что более важное, на что нужно обратить внимание.

***

По улицам города трудно ориентироваться, особенно в это время ночи. Они заполнены людьми, пытающимися добраться домой с работы, а пробки просто адские. Я объезжаю машины так, словно должен был быть профессиональным водителем. Может быть, это опасно - вести машину так беспорядочно,

но мне нужно добраться до Бренны.

Я выезжаю на подъездную дорожку, испытывая облегчение от того, что ворота уже открыты. Если бы это было не так, мне бы пришлось ждать, пока они откроют их, а у меня сейчас не так много терпения. В ту секунду, когда я подъезжаю к дому, я ставлю машину на стоянку и даже не потрудился выключить ее, прежде чем выскочить и взбежать по ступенькам крыльца. Я стучу в дверь, и открывает Сейдж, ее лицо мокрое, а глаза налиты кровью.

— Где она?

Она отступает назад, убираясь с моего пути. — Наверху. Она не открывает дверь. Она не хочет со мной разговаривать.

— Ну, ты можешь ее винишь? — срываюсь я. — Все это не было бы гребаной проблемой, если бы ты просто позволила мне сказать ей, когда я захочу! Вместо этого ей пришлось это подслушать! Кто знает, о чем она там наверху думает!

— Не смей так разговаривать с моей невестой, — рычит Тофер.

Я оборачиваюсь и оглядываю его с ног до головы. — Даже не заставляй меня, блядь, начинать с тебя. Там, наверху, моя дочь, и я не собираюсь слушать, как твоя задница указывает мне, как я должен и не должен справляться с вещами, которые касаются ее.

Его рот складывается в дьявольскую ухмылку. — Да? Раньше ты, казалось, отлично справлялся с ролью ее отца, не так ли? Это было действительно мило.

Мое тело напрягается. Все во мне хочет бить его по лицу, пока его кровь не пропитает пол, но наверху есть маленькая девочка, которая нуждается во мне. Моя маленькая девочка. Сухой смешок срывается с моих губ, когда я качаю головой.

— Ты даже, блядь, того не стоишь.

Вместо того, чтобы потакать им дальше, я оставляю их обоих внизу и поднимаюсь в спальню Бренны. Я слышу, как она шмыгает носом из коридора, и легонько стучу в дверь.

— Уходи! — рыдает она.

— Би, это я, — тихо говорю я ей. — Ты можешь открыть?

Это занимает минуту, но замок на двери щелкает, и я могу ее открыть. Не желая, чтобы Сейдж заходила, я снова запираю ее, как только захожу внутрь. В ту минуту, когда я вижу, в каком состоянии Бренна, мое сердце разбивается. Очевидно, что она плакала, и поскольку рука, которую она сломала, является ее доминирующей, ей трудно вытирать слезы.

— Э-это правда? — хнычет она. — Ты мой папа?

Я опускаюсь перед ней, так что мы смотрим друг другу в глаза. То, как она смотрит на меня, как будто она умоляет кого-то, наконец, быть честным с ней. Осознать, что она личность. Может, она и маленькая, но все же человек с чувствами, которые имеют значение.

— Да, — выдыхаю я, позволяя реальности этого действительно установиться как для нее, так и для меня. — Я твой папа.

Очередной всхлип вырывается у нее, и когда я собираюсь заключить ее в объятия, она отступает назад. — Где ты был? Сейчас мне пять. Где ты был до этого?

Моя грудь сжимается, думая о том, как много из ее жизни я пропустил. Этапы, которые я никогда не смогу увидеть лично. Годы, проведенные вместе, мы никогда не сможем вернуть. И все же я не хочу подставлять Сейджа под автобус, поэтому я пытаюсь придумать ответ, который не выставит ни одного из нас злодеем.