Характер победителя
Шрифт:
– Входными воротами для них являются кожа, органы дыхания, конъюнктива, органы пищеварения, – с готовностью ответила Монро на его вопрос. – Когда они попадают в организм, поступают в кровь, то оказываются в неблагоприятных условиях, так как в щелочной среде неустойчивы, а кровь обладает слабощелочной реакцией.
– Правда? Почему? Объясни. – Для Шавхелишвили был непонятен этот момент. Оказывается, насколько он понял, кровь способна противостоять отравлению боевым отравляющим веществом. Точнее, часть его обезвреживается в крови.
– Продукты превращения фосфорорганических веществ в виде простейших соединений, фосфора например, удаляются почками. – Монро пожала плечами: – Клиническая
Шавхелишвили подхватил с полуслова:
– А как быть с «клиникой острого поражения»?
– Тебя волнует этот вопрос?
– Ага. Потому что я не могу смириться с мыслью, что боевое отравляющее вещество – боевое и отравляющее только наполовину. Или частично, что не суть важно. Это все равно что пуля, которая только ранит, или бомба, которая только глушит. – Шавхелишвили окинул Монро долгим выразительным взглядом.
– Вообще-то клиника развивается бурно, – отозвалась «бомба». – Самый растянутый период – продромальный, и длится он до пятнадцати минут, при попадании яда в организм через кожу. При ингаляционном поражении и поражении через желудочно-кишечный тракт период скрытых явлений может и не проявиться. Но первыми симптомами недуга станут чувство стеснения за грудиной и удушье.
«Станут...»
Шавхелишвили еще раз повторил это. Монро говорила с такой убежденностью, как будто вернулась от гадалки. Она не сомневалась: теракту быть. Мины с зоманом и зарином – эти миниатюрные бомбы – обрушатся на кварталы Гори. Ядовитый туман расстелится над землей, уничтожая все живое... Она говорила с убежденностью практика. Шавхелишвили расслышал, как ему показалось, в ее голосе ветеранские нотки. Она как будто представляла американскую нацию.
Монро говорила по-русски с заметным акцентом, но слов не путала. Ее предыдущая фраза звучала так: «Вообше-то клыника развайвайтса бурно». Вообше... Она часто вставляла в речь это слово. Вот и сейчас начала с него.
Терон, Монро и Йошиоки остались одни. Дайана Терон, сославшись на мигрень, ушла в свой номер. Она наверняка спустится в бар и прихватит в номер бутылку виски, подумал Гвидо. Ну и черт с ней. Он уже начал жалеть о том, что взял ее с собой. Сидела бы дома в Вашингтоне...
Он словно осекся. И было на чем. Он был бы рад, если бы фраза была пусть не длинной, но законченной: «Сидела бы дома в Вашингтоне с детьми». Он хотел детей. Дайана – нет. Она все время твердила: «Надо пожить для себя». – «А потом для кого?» спрашивал Гвидо. Она не знала ответа на этот вопрос. Последний раз Терон закончил этот вечный спор словами своей матери: «Мы хотим внуков. А вы-то детей можете?» Господи, она один в один походила на еврейку с Манхэттена.
Монро начала со слов «В этом деле есть своя подоплека», а закончила вопросом:
– Джемал догадывается о скрытых причинах в операции «Метро»?
Этот вопрос она адресовала Гвидо Терону. Тот, увлекшись своими мыслями, в ответ пожал плечами:
– Что, если это так? – Долгая пауза. – Джемал – собака при хорошем хозяине. Он может тявкнуть, оскалиться на хозяина, но никогда не укусит. Иногда полезно спускать его с поводка.
В операции «Метро» Монро была отведена особая роль. Она считалась специалистом по химическому оружию. Когда разъясняла Джемалу тонкости, на ее языке вертелось признание: «Мы заинтересованы в проведении акции. В Вашингтоне на чемоданах сидят специалисты химики и медики из лаборатории ЦРУ. После атаки на грузинский город они прилетят в Грузию и развернут в очагах заражения госпитали. Их задача – исследовать зараженный очаг в целом и пораженных людей в частности, фиксировать их состояние на каждой стадии». Дальше воображение уводило ее в «практическую плоскость».
«Пульс частый?»
«Да, хорошего наполнения... А сейчас заметно реже, легко сжимаемый».
«Давление?»
«Снижается... Падает. Падает. Падает».
«Больной жалуется на боли в глазницах... Вы видите меня? Алло?.. У него явно выраженная гемералопия» [3] .
В чем причина? Зарин выжрал из организма витамины, входящие в состав зрительного пурпура палочек сетчатки глаз?
Исследовать, исследовать, исследовать. Это так интересно. И так важно. Переоценить значимость этих экспериментов невозможно.
3
Куриная слепота.
Прежде чем потерять сознание, больной видит свои ресницы: громадные, как частокол. Ему страшно. Его тошнит. Понос и невероятное слюноотделение приходят одновременно. Его лицо искажается. Он бьется в судорогах – сначала шеи, потом верхнего пояса, наконец – в тотальных.
Этот умер. В период судорог нарастал цианоз. Смерть наступила от остановки дыхания. Но сердце, сердце билось еще несколько минут. Удивительно.
Этот еще жив. Каскад судорог сменился расслаблением – его снова вырвало и снова пронесло. Затем наступил новый приступ судорог. Интересно, сколько он еще продержится?
Если не здесь, не сейчас, то когда и где можно наблюдать и изучать пораженных химическим оружием людей? В «Абу-Грейбе»? В Гуантанамо? А на кого переложить ответственность за эксперименты над людьми, пусть даже они маскируются под «неотложную помощь»? Здесь за все в ответе русские. Здесь пахнет настоящим геноцидом и настоящим зарином.
Ха– ха.
Монро хотелось, чтобы Джемал был в курсе всех скрытых причин. И на то тоже была причина. Она смотрела на грузина не без вожделения, будучи прекрасно осведомленной о его нетрадиционной ориентации. Эта сторона дела пробуждала в ней фантазии: Джемал знал о женщине гораздо больше, чем мужчина, а в плане секса мог переплюнуть женщину. Он знает, что ей нужно, потому что знает, что нужно ему, человеку, рожденному... воином-женщиной. Это была подсказка, и Лори Монро окрестила Джемала Амазонкой. Изучая его досье, она нашла там любопытную деталь. На плече Шавхелишвили были вытатуированы иероглифы, обозначающие: «Стоит, как гора, течет, как река». Это ли не мужское и женское начала? – спросила она себя.
Амазонка...
Если не сейчас, то когда можно будет проявить себя с той стороны, с которой ты фактически появился на свет? Он родился воином. Побаивался, что благоприятные времена для войн и кровавых поединков вскоре пройдут. Он не сомневался, что тогда отправится в другую страну, неспокойную, как Грузия. Найдет ли такую страну? – задалась вопросом Монро. О, да. Если гаснет один конфликт, то всегда найдутся те, кто зажжет другой.
Но она не была бы собой, если бы зациклилась на этой теме.