Гуло: Первая проверка
Шрифт:
Женщина покинула кровать и почти кошачьей походкой приблизилась ко мне.
— Я бы хотела познакомиться, Поближе, — изящная ладонь коснулась моей щеки. — Гораздо ближе.
Если бы ни ночь с Амандой, я, наверное, польстился бы таким вниманием и подобными, откровенными намёками. Фелисса поражала красотой. Стройная, в короткой кожаной юбке и чёрном топе, она прекрасно владела телом, чередуя, то напряжение охотницы, то грациозность призывающей самки, то порочность жаждущей наслаждений женщины. На её округлом, почти детском лице, то и дело появлялось капризно-требовательное выражение, что скорее всего отображало главную черту её характера. Рыжие, в мелких кудряшках, волосы (у рысей-женщин, видимо, тяга к этому
— Гуло, — тонкие пальцы скользнули по моему плечу. На всякий случай я придержал простыню. Альфа рысей в своей игре способна выкинуть любой трюк, — ну не надо так пялиться, — она подошла к мужчине. — Я польщена, что после Аманды, ты замечаешь меня. Но не в присутствии же моего альфа, — она потёрлась о его плечо и снова расположилась на кровати.
— Не слушайте её, — мужчина шагнул ко мне и протянул руку. — Каттус — альфа пардов. Рад что вы с нами.
— Я тоже рад, Каттус, но минутку, — я снова поймал взгляд Стефана. Чёрт, а это приятно смотреть в глаза вампира и не бояться попасть под его власть. — Насколько я понимаю, вы все наблюдали за тем, что здесь происходило.
— Гуло, я не мог оставить вас наедине с Мастером. Тем более с Амандой. Вы оба чудом остались живы. Сила…
— К чёрту силу. Вы подглядывали?
— Я должен был. Каттус и Фелисса пришли раньше назначенного. Я не мог…
— Брось, Гуло, — Фемелла закинула руки за голову и улыбнулась, — вы оба были великолепны. Кстати, не хотите принять в кампанию ещё одну девочку? — она надула пухлые губки и глянула на меня из-под длинных ресниц и упавших на лицо прядей. — Я буду послушной. Примете?
Вот тут я взорвался. Несколько минут я в довольно резкой форме высказывал всё что думаю о здешних обитателях, об их привычках и о борделе, созданном ими. Я не забыл помянуть близких и дальних родственников присутствующих (наверняка давным-давно почивших), а так же прародителя всех вампиров и оборотней.
Стефан морщился, как от зубной боли, Каттус сохранял хладнокровие, Фелисса хохотала. Выплеснув гнев, я уселся на кровать. Ладонь Фемеллы тут же оказалась на моём плече. Она улыбнулась:
— Злые, страшные монстры обидели бедного Гуло.
— Иди на…, — рявкнул я, и сразу понял, какую ошибку совершил. Её улыбка превратилась в стандартную гримасу уличной шлюшки.
— У тебя ещё хватит на меня сил? — почти простонала она. — Если я пойду?
Чёрт, в этой игре мне не стать победителем. Даже на ничью рассчитывать глупо. Последнее слово всё равно останется за рысью. Я промолчал.
На выручку пришёл Каттус.
— Фелисса, прекрати спектакль, — у него был низкий, хорошо поставленный голос. Мне показалось, что по профессии он адвокат. В пользу догадки говорили и дорогой классического стиля костюм, и строгий галстук, а также тщательно уложенные волосы и сама манера держаться. — Ты не перед камерой, и не в компании своих жеребцов.
— Дорогой, ты ревнуешь? — похоже, в своих играх его альфа не знала чувства меры. — А если это любовь? Ты не хочешь видеть меня счастливой?
— О любви и счастье поговорите в другом месте, пани, — что-то в голосе Стефана заставило рысь прикусить язык. Надолго ли?
Вампир кивнул Каттусу:
— Я попрошу вас, пан адвокат, — хм, я не ошибся, — пояснить нашему другу, что, контролируя его с Амандой контакт, я ни в коей мере не хотел оскорбить какие-либо чувства и нравственные устои. И уж тем более делал это не для удовлетворения каких-то низменных инстинктов.
Лицо Каттуса приняло выражение, с которым он, наверное, обычно выступает
— Друг мой, — он говорил таким видом словно стоит перед полным залом, — позвольте полюбопытствовать, как давно вы являетесь ликантропом?
— Пятнадцать лет.
— Пятнадцать лет. Мы не столь долговечны, как Стефан и его, гм, соплеменники, а ваш стаж ликантропа, даже нельзя назвать юношеским. Вы едва ступили в пору отрочества, Гуло.
— А я в Совет Старейшин, как-то и не рвусь, — огрызнулся я. Фелисса негромко зааплодировала и послала мне воздушный поцелуй.
— Но ваша сила поражает, — Каттус не обратил внимания ни на мою реплику, ни на поведение своей самки. Казалось, сейчас его ничто не могло отвлечь от произносимой речи, и мало того, оглашая её, он получает истинное удовольствие. Своего рода словесная мастурбация. — Вы личность, которой чертовски везёт. Вы получили укус от одной из сильнейших альфа вашего клана. Вашим становлением занималась старейшая в том регионе самка волколаков. Ваше обращение всегда происходило в лесу. Вы могли охотиться свободно, как делали наши прародители. Вы никогда ни от кого не зависели, следовательно не делились силой. Вы не перекидывались без лишней нужды. И вот вы приехали сюда и всё перевернули. Вы становитесь вровень с оборотнями разменявшими полтора-два века и отвоевавшими место вожака чередой жестоких боёв.
— Я кому-то на мозоль наступил? — меньше всего мне хотелось впутываться в вампирско-ликантропские придворные интриги. — По-моему, Стефан сам хотел со мной встретиться и сам предложил работу.
— Я не отрекаюсь от своих слов, Гуло, — вампир оглаживал усы. Интересно, он нервничает и ли просто не знает чем себя занять. — Можете всегда рассчитывать на мою поддержку. А кому не нравится, — он бросил суровый взгляд на вожака пардов. — Пусть утрётся!
— Князь, к чему конфронтация? — Каттус блеснул одной из тех улыбок, коей, наверное в суде зарабатывает несколько баллов для себя и подзащитного. Здесь она ни на кого впечатления не произвела. — Парды всегда на вашей стороне, но в других общинах многие волнуются. И я их понимаю. Я застал лишь финал, момент, когда вы всё прекратили, но и это впечатляет…
— Чёрт, возьми, — гнев возвращался, — что я такого сегодня натворил? Переспал с чьей-то подружкой? Предупреждать надо было!
Стефан и Каттус переглянулись. Я должен был услышать что-то важное, но никто не решался мне это сказать.
— Послушай, зверёныш, — Фелисса поднялась с кровати и подошла ко мне вплотную. Я хотел отступить, но она ухватила моё запястье. Мериться силой с самкой я не собирался. Пока. — Во-первых, они всполошились, что ты такой молодой, а почти равен им по силе. Каждому из них, по-моему, кроме Раттуса пришлось убить вожака, чтобы занять его место. Они боятся твоего вызова, потому как сами уже давно разучились бегать по лесам, а охотятся лишь на напичканных снотворным оленей. Они — элита, понимаешь, а ты тут пришёл эдаким росомахой, — она улыбнулась, искренне улыбнулась, и стала гораздо привлекательнее, чем, когда корчила из себя нимфоманку, — как видишь, я выпросила у Стефана кое-что о тебе почитать, — Фемелла обернулась, словно закрывая меня от вампира и оборотня. Я смутился — девушка на две головы ниже меня и гораздо уже в плечах, но когда я почувствовал призванную ей силу, то решил оставить рыцарские порывы на потом. Я ещё не оправился от ночных событий, а Фелисса пока способна защитить нас обоих. — Ты отказался от метки Князя, — она не говорила, она словно выпускала слово за словом из обоймы, судя по виду мужчин, почти не промахивалась. — Тогда, наш повелитель и великий стратег выбрал Аманду — единственную из Мастеров не мечтающую занять место Князя. И тебе, везунчик, опять подфартило. Твоя сила и сила Аманды попали… В это… Ммммммм… Как называется, когда ноты совпадают?