Гроши счастья
Шрифт:
К счастью, прошло немного времени и Анна, уже уставшая переминаться с ноги на ногу всё у той же стойки, обернулась на звук открываемой и вновь захлопывающейся двери. В помещение стремительно вошел показавшийся ей таким родным ее директор Вячеслав Андреевич с черным чемоданчиком в руках.
– Здравствуйте,- обратился он ко всем присутствующим.
– А Вы бы не сидели на столе, а то денег не будет, - эта его фраза была обращена к молодому мигранту, уже давно ожидавшему кого-то у входа в отделение и пристроившемуся сидеть на обшарпанном столике. Видимо, он сидел здесь так давно и так тихо, что почти слился с окружающей обстановкой. Анна не заметила его за час пребывания здесь, но от зоркого глаза Вячеслава Андреевича ничто не могло укрыться. Поскольку одной из важных директорских обязанностей испокон веку было выбивание денег для нужд своей организации,
Проявив, таким образом, заботу о финансах учреждения, в которое волей судьбы и Анны он сейчас попал, директор сразу перешел к делу:
– Лукьянова Анна Маряновна. Вот справка. На бланке. С печатью, - и в щель над стойкой в направлении милиционера протиснулась бумага.
Может, родные три слова “справка”, “бланк” и “печать” произвели магическое действие на полицейского, а, может, сыграла свою роль красная денежная купюра, мелькнувшая, как показалось Анне, в воздухе (а, может, только показалось?), но выражение лица хозяина участка изменилось.
– Где расписаться? Мы можем идти?
– ее шеф умел решать любые проблемы.
Неопределенное довольное мычание стало ответом на вопросы директора. Его замысловатая изящная подпись на каком-то бланке поставила точку в общении Анны с милицией. Стараясь не отставать от своего спасителя, Аня вылетела за ним на улицу.
– Да, Анна Марьяновна… ну Вы и… Впрочем, рад, что всё удачно завершилось. Жду Вас завтра на рабочем месте. Вовремя. А сейчас Вам лучше отправиться домой и отдохнуть. Всего доброго! Кстати, Вас подвезти?
– и он элегантным небрежным жестом указал на серый ослепительно чистый автомобиль, припаркованный невдалеке.
– Нет, я доберусь сама. Спасибо Вам большое,- ответила Анна, вспомнив, в каком виде находится ее пальто. Ей не хотелось пачкать салон машины всегда аккуратного Вячеслава Андреевича.
– Не стоит. Удачного Вам дня.
Через несколько секунд Анна осталась во дворе отделения одна. Теперь домой!
Порывшись наудачу в карманах, Аня обнаружила в одном из них мятый проездной на метро и сразу же автоматически повернула в сторону ближайшей станции, которая располагалась недалеко от отделения.
Уже начался утренний час пик, и Анна угодила в утреннюю давку при входе. Какой-то верзила, столкнувшись с Аней в дверях, наступил ей на ногу и вот она, наконец, оказалась в до боли родном метрополитене. У Анны на глазах почти выступили слезы: то ли дала себя знать ностальгия по шуму и запаху метро, то ли сразу же распухший больший палец на ноге.
Поездка в метро стала единственным за последнее время путешествием, пришедшим без приключений. Вскоре, выплюнутая подземным драконом, она уже стояла перед своим подъездом. Бабули, сидевшие на скамейке у двери, как по команде, замолчали. Они видели Анну утром на пороге родного дома в перепачканном чем-то серо-коричневом пальто и с прической, связанной у них с картиной утра в курятнике, короче говоря, в совершенно непотребном виде. Жадно обыскивая Аню глазами, стараясь за предоставленные им секунды разглядеть как можно больше следов ее воображаемых пороков, преступлений и грехопадений, бабушки молча проводили нашу героиню взглядами. Когда подъездная дверь за ней уже закрывалась, Анна услышала вслед нарастающий гул взволнованных голосов. Видимо, обсуждались ее прошлое, настоящее и будущее.
Анне даже не приходило в голову сомневаться, что сейчас она встретит соседку. Так и есть! Та стояла в предбаннике у лифта и подметала веником пол, поднимая в воздух клубы пыли. С радостью отвлекшись от этого занятия, она поведала Анне последние новости: их общие соседи по лестничной площадке делали ремонт. О, сколько шума, пыли и грязи вынесла за это время соседка! Вынесла она, правда, не только это.
Соседи выставили за дверь своей квартиры большой аккуратно запакованный брезентовый мешок и не торопились его забирать. Глаза соседки до сих пор косили и дергались, поскольку, приглядывая за мешком, она не один час провела у дверного глазка. В тот день она отправилась спать только поздно ночью. Мысли о содержимом мешка заставили ее всю ночь проворочаться в постели. Рано утром она уже была на боевом посту у двери. Мешок стоял на прежнем месте, бока его имели всё те же приятно округлые формы, которые необычайно волновали соседкино воображение. Колебаниям пришел конец: она потихоньку открыла дверь и, оглядевшись, вцепилась костлявой рукой в добычу. Дальнейшая судьба мешка была в ее руках! Нелегок, хоть и
– Разве ж в наше советское время такое было?!
– завершила свою речь соседка одной из любимых своих риторических фраз.
“Конечно, в советские времена и колбаска была слаще”, - пробормотала себе под нос Аня. Соседка не расслышала, но с подозрением посмотрела на нее, а потом решила перевести разговор на новую тему. Вдохновившись необычным внешним видом Анны, соседка уже собралась что-то сказать по этому поводу, но та, стремительно преодолев оставшиеся до входной двери полметра, молниеносным движением открыла замок и, неразборчиво извинившись, оказалась в своей квартире.
Вот и дом… Конечно, не замок, не хоромы, как те, в которых ей недавно пришлось побывать. Но ей здесь нравится. Как говорится, на вкус и цвет все карандаши разные. Жить во дворце ей было бы слишком мрачно и одиноко. Кстати, вот и Люська, с испугом выглянула из комнаты и, радостно повизгивая, вылетела к ней навстречу. Камень спал с плеч: животное не померло от голода за время Аниного отсутствия. Интересно, а как долго ее не было? И почему ее не искали? Или искали? Первым делом нужно позвонить сыну, успокоить, объяснив, что с ней всё в порядке, что она просто… попутешествовала немного. И на работу нужно позвонить, в свой отдел. К счастью, она уже знает, что не уволена. Ведь Вячеслав Андреевич сказал ей сегодня утром, что завтра она должна выйти на работу. Об увольнении речь, вроде, не шла. Отлично, жизнь продолжается!..
Схватив телефонную трубку, Аня часа на полтора зависла, беседуя с родными и знакомыми. И вот что выяснилось. Никто не обратил внимания на ее отсутствие. Такое впечатление, что все события, происходившие с ней, заняли даже не несколько часов, а вообще выпали из времени. При этом Ане так и не удалось понять, с какого момента началось это выпадение. Когда она упала в канализацию? Когда она брела по туннелю? Встретила Гроха? А если никакого путешествия между мирами не было?! “Дожили. Нет у меня ни друзей, ни подруг, есть у меня маленький глюк…”, - подумала Аня.
Разговаривая по телефону, Аня осматривала квартиру, чтобы найти следы разрушений, причиненных Люськой в поисках еды за время отсутствия хозяйки дома. Ничего такого не обнаружилось. Даже на кухне не было заплесневевших продуктов и неприятных запахов.
Заглянула она и в ванную. Висевшее здесь большое зеркало вызывало у нее всегда смутное раздражение, она давно хотела снять его, чтобы не испытывать мучительного чувства недовольства своей внешностью. Зеркало занимало полстены, и скрыться было некуда. Она невольно взглянула в него, по привычке внутренне сжавшись. И увидела женщину средних лет со сверкающими веселыми глазами и приятным цветом лица. Мягко говоря, она удивилась, и начала изучать себя внимательнее, включив дополнительную лампочку над зеркалом, которой не пользовалась никогда, надеясь, что полумрак поможет скрасить собственный ненавистный облик. Анализ показал, что никаких радикальных изменений в ее внешности не произошло. Всё вроде было на месте. И пугающие прежде морщины остались, где были. Но общее впечатление было почему-то другим. Аня не поленилась даже взять карманное зеркальце и подойти к окну в комнате, чтобы рассмотреть себя при дневном, естественном свете. Ну да, выглядит она хорошо, чего уж тут придираться! Надо купить еще платье под цвет глаз, и прическу сделать новую, и… А главное, самочувствие было такое, будто она помолодела лет на десять.