Гроши счастья
Шрифт:
“Это мне, значит, придется на нем верхом ездить, - Анна вернулась к действительности, - да мне на него даже не забраться и управлять я им не смогу! Что ж это делается, люди добрые! А если я свалюсь с него?! Ногу сломаю или еще что-нибудь похуже? Если похуже, значит, голову”, - Анна развила свою мысль до конца, представив, как она валяется в какой-нибудь придорожной канаве со сломанными руками, ногами, головой и позвоночником. Вздрогнув от представившейся ей брутальной картины, она оглянулась к своей собеседнице.
– А другого…- она хотела сказать, “нет ли здесь другого средства передвижения”, но увидела, что знахарка уже ушла в дом. Совесть подсказывала
Джой миролюбиво тряхнул гривой, как будто отвечая ее мыслям, сделал шаг вперед и опустил голову на плечо Анне. Контакт был установлен.
Внезапно она ощутила, что конь радуется. Причем ощутила она это именно физически, как будто чувства ее нового знакомого перешли к ней.
В течение следующего получаса Анна собралась, нагрузила коня холщовыми мешками с провизией и глиняным кувшином с водой (новый экологический стиль ее жизни не предполагал, конечно, использование пластиковых бутылок) и попрощалась с новыми знакомыми.
Впереди лежал долгий путь в, как ей объяснили, столицу здешнего государства. Данное ей, наконец, хоть какое-то описание местности, где она находится, делало ясным далеко не всё, а наоборот, вызвало у нее серию новых вопросов. Рассказ ее знакомых напоминал сказку или пересказ какого-то древнего эпоса.
Город Сейт располагался на берегу реки Исс, неподалеку от Вечного леса, опоясывавшего континент (это, по мнению здешних жителей, был целый континент или материк) ровно по центру. Чтобы добраться до него, необходимо было дойти до реки, пройти через лес, войти в ущелье Драконьего хребта, ибо до перевала нужно делать огромный крюк, а затем опять пройти через лес. На вопрос о наличии в ущелье драконов, однозначного ответа получить не удалось. Ну, и на том спасибо.
В итоге путник должен был оказаться у озера Света, откуда открывался вид на каменную столицу Верхнего государства. Озеро нужно было обойти или переплыть. При последних словах Анна представила, как она на лошади переплывает озеро. Вот уж, действительно, как говорил ее сын, картина Репина “Приплыли”…
Старик дал Анне карту, грубо намалеванную на куске тонко выделанной кожи. На ней был отмечен приблизительный маршрут ее движения.
Анна попрощалась с новыми знакомыми и с помощью табуретки с третьей попытки взгромоздилась на коня, к счастью, к этому времени уже оседланного. Медленным шагом она направила Джоя к лесу, испуганно держась за поводья.
Первые полчаса путешествия Аня гордилась своими потрясающими способностями к верховой езде, гордо покачиваясь в седле и наслаждаясь ритмичными движениями лошади.
Но вступив под густые кроны деревьев, конь остановился, широко раздувая ноздри и громко фыркая. Аня попыталась пошлепать его ногами по бокам, но Джой не реагировал. Волшебное слово “Но!” тоже почему-то не действовало. Десятиминутные попытки сдвинуть коня с места, не слезая с седла, оказались бесплодными.
С тихим оханьем, представляя себе, как
Деревья мирно покачивались под порывами налетавшего ветра. Непривычные голоса птиц раздавались по лесу. Где-то вдалеке проревел какой-то зверь.
Джой по-прежнему не хотел никуда идти. Испуганно косясь на лес, он стоял, перебирая стройными ногами и периодически вскидывая голову.
Аня подошла и погладила его по морде, заглянула в глаза.
– Ну что ты? Что такое?
– Ане казалось, что Джой прекрасно ее понимает. Конь чуть-чуть толкнул ее руку мордой, а затем повернулся и медленно пошел в сторону от протоптанной тропинки.
Аня двинулась за ним, не выпуская из рук повод:
– Куда ты? У меня только одна дорога тут отмечена. Как мы до реки дойдем?
Джой фыркнул и прибавил шаг. Аня потащилась следом.
Так они прошли немного, затем Анна твердо решила во что то бы то ни стало сесть в седло, смутно чувствуя, что если она не сядет сейчас, то устав от пешей прогулки по лесу, она точно не сможет этого сделать. Она потянула Джоя за повод в сторону высокого пня. Он хитро взглянул на нее и послушно зашагал в выбранном Анной направлении. К счастью, с пня удалось благополучно сесть в седло и, с облегчением вздохнув, Анна предоставила Джою выбор пути. Конь шагом направился куда-то в сторону, параллельную лесу.
Так они ехали на протяжении нескольких часов.
Она уже как раз начала засыпать в седле, склоняясь к шелковистой гриве коня, как впереди послышался шум воды. Река Исс возникла перед путниками во всем своем великолепии.
Волны неслись быстрым потоком. Белые буруны клокотали вокруг стремнины и у камней около берега.
Конь удовлетворенно фыркнул, а затем внезапно опустил голову и принялся щипать травку. Присутствие Анны у него на спине в этот сладкий момент было явно лишним. Пришлось ей спешиться и снять со спины Джоя поклажу. Знахарка показывала ей, как ослаблять и затягивать подпругу. Анна ослабила ее на несколько дырочек и оставила повод на шее Джоя, надеясь, что умное животное, к которому она уже успела привязаться и которому начала доверять, не убежит, оставив ее одну. Интересно, увидит ли она еще Гроха, который как Карлсон в мультфильме, “улетел, но обещал вернуться”.
Аня достала и проверила карту. Они сделали крюк, пройдя к реке вдоль леса.
– Ну и зачем? Мы же могли уже проделать часть пути по лесу?
– Аня с укоризной посмотрела на своего нового друга
Конь, не отрываясь от еды, мотнул головой в сторону реки. В одном месте была небольшая заводь, в которой течение было совсем не сильным. Так что там можно было искупаться и набрать воды.
День уже клонился к вечеру. Жаркое солнце давно вышло из зенита, и теперь направлялось на покой. Перед ней была мирная картина летнего вечера на берегу реки. Свежий ветерок дул с воды, высокие деревья шумели за ее спиной, было спокойно и почему-то немножко хотелось плакать. Она представила себя привычную московскую суету, вечный бег с препятствиями по загазованному, переполненному людьми городу в поисках чего-то, весьма смутно напоминавшего счастье. “Жадность - вот отличительная черта жителей городов-гигантов,- подумала Аня,- как в анекдоте: мужик приходит в аптеку и говорит: “Дайте мне таблеток от жадности и побольше, побольше!” Анна усмехнулась сама себе, лирическое настроение улетучилось, и она стала деловито соображать, чем ей нужно сейчас заняться.