Громче меча 2

RedDetonator

Глава вторая

Ай диднт старт зис вор, бат айм гоуинг ту финиш ит

*14 день юся, в лесах провинции Байдэн*

— М-м-м, белиссимо… — с наслаждением прожевал я кусочек шашлыка из кабанчика.

Секрет элитного маринада прост — не жалей специй и времени. Всё решает время нахождения мяса в маринаде, а также его концентрация. Я не пожалел и сейчас не жалею.

Щупаю дно котелка, но не обнаруживаю больше ничего.

— А? — приподнимаюсь

я с лежака и заглядываю в котелок. — Ох, кончилось… Блядь… Жалко…

Всё хорошее, когда-нибудь, неизбежно, заканчивается. В этом одновременно драматизм и прелесть человеческой жизни.

— Эх, ладно, — сел я на лежаке.

Чтобы отдохнуть с комфортом, я соорудил полноценную землянку и накрыл её листвой, чтобы затруднить своё обнаружение. А то незваных гостей мне тут не надо.

Беру со стола свой щит и внимательно рассматриваю его. До этого не было времени — я был занят строительством землянки, ради которой я изъял примерно шесть кубометров земли и срубил кучу деревьев.

А щит был в шоке. Я прикрывался им от пуль, это показало себя эффективным решением, так как пули замедлялись и были уже неспособны пробить мою кожу… но какой ценой?

Он продырявлен в двадцати четырёх местах, петли держатся на добром слове и обещании, что всё будет хорошо, поэтому щит утратил свою первоначальную функцию и сейчас годится только в качестве второго оружия — благодаря выдвижному клинку. Увы, клинок больше не выдвигается и с этим нужно что-то делать.

Думаю, лучше избавиться от бесполезного металла, зафиксировать клинок и получить второе оружие. А если повезёт, и я окажусь в кузнице, можно будет не пожалеть денег и изготовить себе тяжёлый пуленепробиваемый щит. Этот же щит морально устарел ещё до моего выхода из Храма — никто этого не знал и не мог знать, но такова жизнь…

Достаю из рюкзака полевой набор кузнеца и начинаю работу.

Кусачками срезаю лишний металл, а затем нарезаю его на полоски. Это хлопотно, но нужно для превращения щита в нечто новое. Тупое, но эффективное.

Через три часа кропотливой работы, после прохождения пяти стадий принятия, я сумел изготовить что-то вроде рукавицы с клинком. Механизм выдвижения был безвозвратно уничтожен, так как большая часть пружин была повреждена пулями, но эти пружины не пропали даром — я ими, насмерть, примотал клинок к рукавице.

«Как там было в том анекдоте?» — попытался я вспомнить. — «А-а-а, точно! Мужик приезжает в автосервис и говорит, выхлопная труба отвалилась. И просит: „Вы её мне приварите немного, а я дома её проволокой, насмерть, примотаю!“ Кажется, Петрович рассказывал».

Блядь, я не видел Петровича уже десять с лишним лет!

Я так скучаю по прошлой жизни. Там же, оказывается, несмотря на то, что в Храме принято считать, будто бы мы жили, как конченые долбоёбы, было заебись!

Душевые, ванны, унитазы, центральное отопление, жратва в шаговом доступе, какие-никакие социальные гарантии — здесь ничего этого нет. Не то, чтобы мне сейчас

нужны социальные гарантии…

Хотя нет! Нужны!

Будь здесь социальные гарантии, я бы, наверное, на биржу труда пошёл — там бы точно помогли бедолажке, безработному юся…

Но здесь реально можно сдохнуть с голоду. Работы нет, никто тебе ничем не обязан, выбирай смерть, какую пожелаешь. Можно сдохнуть от голода, можно стать разбойником и бесславно сдохнуть на тракте, а можно в армию вана завербоваться и ещё менее бесславно сдохнуть ради его интересов.

И я от такой херни тоже не застрахован, так-то. Пороховое оружие, действительно, уравнивает людей…

С ружьями тоже, кстати, нужно что-нибудь придумать.

Я сегодня с утра проебал благородного оленя — выследил сучонка, дождался, пока он пойдёт на водопой и остановится у воды, прицелился из ружья и нажал на спуск. Порох на полке сгорел, с этим проблем не было, а вот порох внутри ствола не сдетонировал.

Олень что-то почувствовал, посмотрел на то, как я дрочу ружьё, а потом съебался и исчез в кустах. А я уже представлял себе шашлык из оленины.

— Ну-ка… — надел я рукавицу и нанёс удар по опорной балке землянки. — Ха-ха!

Лезвие отлично воткнулось, с центровкой я не ошибся, никакого дискомфорта при ударе не почувствовал, я думаю, что это «У» — успех.

А теперь нужно разобраться с боеприпасами. Дело в порохе. Может, отсырел?

Достаю из самопального поясного патронташа тряпичный патрон и разрезаю ткань ножом.

Чтобы было лучше видно, открываю «окно» — люк на крыше.

— А-а-а, вот оно что… — внимательно рассматриваю я порох. — Отсырел, сукин сын… Но почему?

Проверяю остальные патроны — та же ерунда. Но почему, блядь?!

Обращаюсь к тряпичной обёртке. Щупаю её пальцами и мне всё становится ясно. Она влажная.

— Ох, вот я долбоёб… — произношу я с досадой. — Хорошо, что у меня ткани мало, так бы весь порох перевёл!

Ткань же впитывает влагу, как губка. А я бегал, как бешеный пёс, но это ладно, вряд ли мой пот проник в патронташ. Вероятнее всего, это вчерашний дождик или утренняя влажность в любой день до этого. Порох тоже впитывает, как губка — вот тебе и ответ.

Теперь мне понятно, почему у местных «не стрельнули» бумажные или тряпичные патроны…

«Но что делать?» — задумался я. — «Возиться с пороховницей, как дебил, я больше не хочу. Их много, а я один — заманаюсь убивать их из ружья».

Нужно срочно что-то придумать. Бумага это тоже не вариант да и нет её у меня, поэтому нужны альтернативы. Нужны какие-то альтернативы.

Задумчиво чешу затылок.

— Эх, помыться бы, а то башка совсем жирная… — произношу я. — Ладно, подумаю ещё.

Пока что, как временное решение — заготавливать ограниченный боекомплект незадолго до применения. Например, когда окончательно заживут кишки, я продолжу бег к границе провинции, но перед этим скручу себе пару десятков тряпичных патронов.