Громче меча 2
Шрифт:
Пушки, кстати, есть почти на каждой заставе, но смотрят они в обе стороны — и на позиции врага, и на лес, что на востоке.
Армия вана Чжэн Фенга– это малочисленная херня, пригодная исключительно для обороны, что и подтверждается прямо сейчас — они выставили слишком мало солдат, чтобы это было достаточно для отлова юркого юся.
Нет, думаю, это всё специально против меня, но ван имеет явные трудности с контролем границ. Будь у него больше свободных солдат, он бы усеял местность вокруг застав секретами, (1), но я тут уже час торчу и не заметил никаких секретов.
Либо
Пока светло, внимательно изучаю выбранную мною заставу.
На четырёх других заставах дальше на север и юг, есть практики стихий — туда я не лезу, потому что это всегда лишние проблемы.
На этой заставе практиков я не заметил, поэтому тут можно проскочить. Правда, почти две сотни штыков — это, сука, опасно.
Нет, на самом деле, штыков тут всего восемьдесят, ещё десять солдат отвечают за две пушки, а ещё около сотни солдат вооружены пиками и мечами со щитами. То есть, огнестрел — это дорогая штука, которая по карману только зажиточным ванам и часть армии, вероятно, всё ещё воюет по старинке. Ну, копейщики и мечники мне не противники.
Сную вокруг заставы следующие четыре часа, пока окончательно не стемнело.
Солдаты разожгли десятки больших костров, которые осветили пространство вокруг лагеря, а затем подпалили заранее заготовленные костры вдоль контрольно-следовой полосы.
Нет, всё-таки, какие-то зачатки соображения у них есть — кордоны охраняются, как в лучших домах Лондона, с КСП, с вышками, освещением удобных проходов и частоколом, затрудняющим скрытное пересечение границы. Видимо, ван посчитал, что этого достаточно.
Смотрю на Покусанную Луну, сияющую на небосводе. Когда-то очень давно в неё въебался здоровенный метеорит, поэтому одного куска не хватает и выглядит это очень противоестественно. Обычно ожидаешь, что если луна, то полноценная, а тут какой-то огрызок. А ещё это накладывает отпечаток на фазы Луны — всякие полнолуния, убывающие луны и прочее, смотрятся, скажем так, с поднебесной спецификой…
Пора действовать.
Я уже выбрал тех, кто умрёт первым. Бить нужно наверняка, чтобы смерть наступала сразу, без всхлипов, вскриков и прочей демаскирующей ерунды. Поэтому я решил, что буду рубить головы — это самый надёжный способ избавиться от человека.
Почти бесшумно прокрадываюсь к ближайшему посту караульных и вытаскиваю спрятанный под плащом меч.
Плащ пришлось надеть, чтобы моё сияющее в лунном свете тело не выдало меня слишком быстро. Этот кусок чёрной тряпки, взятый трофеем с загонщиков, уже сильно истрепало — откуда ни возьмись появились измочаленные дырки, местами его порвало по шву и пришлось зашивать его, но свою функцию он до сих пор исполняет.
Взмах княжьим мечом
Ничего личного — это война.
Все эти ребята мне ничего не сделали, они просто выполняют приказ, но я не могу позволить им стрелять в меня.
Сведения о кровососущей хуйне, проникшей в вертикаль уездной власти, нужно передать компетентным людям, например, вану провинции Тея. А то ведь может быть и так, что и там есть кровососущие хуйни, жрущие ни в чём не повинных шлюх…
«А если сам ван тоже, ну, это самое?» — подумал я. — «Если уездный военный начальник не просто существует в системе, но ещё и кайфует в трущобах — мог ли об этом не знать ван? Это, блядь, хороший вопрос».
Да хуй его знает, как там обстоят дела — я в эти круги не вхож, меня сразу начали прессовать, стоило только отрубить башку кровососу.
Странно только, что на занятиях по бестиологии о подобных тварях не говорилось вообще ничего.
Существуют социальные чудовища типа цзянши или цзилэев, но таких графов Дракул нам не давали, поэтому я в прострации. Да, это слабая хуйня, которую я дольше догонял, чем убивал, но могут ведь быть и другие виды…
Тихо ломаю ружья — гну стволы, вырываю приклады и мну ударно-спусковые механизмы. Это ведь дорого, поэтому потери для вана будут болезненными. В прошлые ночные встречи с вражескими солдатами я вообще закопал лишние ружья, чтобы они тихо сгнили в лесной почве и больше никому не причинили вреда, ну, кроме разве что дождевых червячков, которые могут расшибить себе об них головы.
Иду к следующему караульному посту и убиваю ещё двоих солдат.
И к следующему.
И к следующему.
Восемь трупов меньше чем за двадцать минут, абсолютно бесшумно — чувствую себя лысым мужиком со штрих-кодом на затылке. Осталось только переодеться в солдатскую форму и потусоваться среди них.
Когда путь был расчищен, я пошёл к вратам, где, на удивление, было пусто. Вообще ни одного солдата.
— Я знал, что ты придёшь… — вышел из-под надвратной башни мускулистый тип, на ходу сбросивший плащ.
Ростом он чуть ниже меня, то есть, под два метра, вширь он масштабнее, но это не только мышцы — в нём жира килограмм на двадцать. На голове стрижка в монгольском стиле, то есть, макушка выбрита, но имеются волосы на лбу и на затылке. Ещё у него с висков свисает что-то вроде пейсов — заплетённые в косички волосы.
— Ребе Моисей? — спросил я.
— Чего? — нахмурился «монгол». — Неважно. Я ждал тебя и ты пришёл. Мы сразимся с тобой и установим, кто из нас сильнейший. Солдаты не будут стрелять, пока идёт наш поединок.
Меня ждали — солдаты вышли из укрытий и обступили нас со всех сторон.
— Ты дурачок? — спросил я его. — Ты знаешь, кто я?
— Ты — юся, — кивнул «монгол». — Я люблю убивать таких, как ты.
— Любишь убивать юся в своих влажных фантазиях? — криво усмехнулся я. — Что-то не похож ты на хорошего воина.