Гробовщик
Шрифт:
А далее было здание конторы МТЗ и «Вспышка».
Когда их накрыло, разведчик шел первым и успел миновать тёмно-зелёный нарост на потолке, прежде чем тот вспыхнул чудовищным бенгальским огнём, выжигая до чёрных клякс глаза Кораблева и Константина Петровича.
После этого двигались, как классические слепцы. Впереди поводырь Лайбола, следом, положив руку ему на плечо, шел Кораблёв. За ним в таком же порядке – Константин Петрович.
Когда на одном из привалов, проклятый бурят пропал, стало совсем
Вот только что говорил, мол, даст Бог, к вечеру доберутся до лагеря, как вдруг запнулся - и всё. То ли утащила его какая-то тварь, а может и сам сбежал, почуяв, что не кончится добром его дружба с учёными. Дурак, если так. Долго он проживёт в Зоне в одиночку…
– Так как?
– прервал мои мысли Кораблёв. – Поможешь до лагеря добраться?
– А где твой лагерь? – сдержанно спросил я. На ловца и зверь бежит. Что и говорить: эта встреча, была несказанной удачей.
– Сейчас, - Кораблев вновь заводил пальцем по экрану прибора у него на запястье. Тот возмущенно запищал.
– Блин, - сказал учёный. – Нужно, чтобы ты сам. Помоги выбраться.
– Хорошо, - сказал я, выдержав паузу для солидности.
– Только давай без всяких «что?», да «почему?», да «ты уверен?». Идёт?
Мой собеседник сглотнул, кивнул после секундных колебаний, и я начал командовать:
– Два шага вперёд, полшага вправо, поворот вправо на тридцать градусов. Перебор. Назад немножко… Стоп! Шаг вперёд…
Кораблёв с готовностью выполнял мои команды. Когда он чересчур близко приближался к аномалиям, прибор начинал верещать, но учёный храбро его игнорировал. Руки его тряслись, пот стекал по вискам.
Через пять минут я скомандовал:
– Всё. Хватит вибрировать. Выбрался. Можешь перекурить.
Кораблёв рухнул на колени и зачем-то потрогал землю вокруг себя.
– Как это у тебя получается? – спросил он. – Ты что, видишь границы аномалий?
– Я вижу след, который ты оставил, когда заполз в эту ловушку, - соврал я.
– Ну да, ну да, - закивал учёный. – Как это я сразу не сообразил…
Он поднял руку с прибором, на уровень глаз:
– Смотри.
Я приблизился и глянул на экран.
– Дотронься пальцем в иконку «Карта» и выбери в меню «Автопилот».
Я ткнул в соответствующие квадратики, и на экране появилась карта. На ней яркой линией был отмечен маршрут от Лубяного, в котором мы сейчас пребывали, до значка в виде палатки, расположенного километрах в пятнадцати к юго-востоку, в окрестностях урочища Корогод.
– Видишь? – с беспокойством спросил Кораблёв. – Работает ПДА?
– Работает, - сказал я. – В каком доме ты ночевал?
Учёный покрутил головой. пытаясь рассмотреть что-нибудь своими кляксами, потом беспомощно развёл руками.
Я чертыхнулся и пошел обходить ближайшие хибары. Возле четвёртой
– Тебя как зовут? – спросил Кораблёв, повернувшийся на скрип колёс. – Ты из какого лагеря?
Очнулся, похоже, наш учёный. Вот уже и любопытство прорезалось.
– А тебе что за дело знать, из какого я лагеря?
– грубо ответил я.
– Чудак-человек, - сказал Кораблёв. – Сообщу твоему куратору, мол, так и так, спас группу, прошу поощрить…
– Чем? – усмехнулся я. – Лишней тарелкой супа? Или медалью «За храбрость»? Зачем покойнику медаль?
– Ты «Вольняшка», - догадался учёный. – Я слышал про таких. Ты в Зоне живёшь. Отдельно. Договорился со своим смотрящим и добываешь артефакты за еду и припасы. Угадал?
– А если и так? – спросил я, подходя к нему. – Давай, снимай свой ПДА.
– Так это же прекрасно! – воскликнул Кораблёв, не глядя, клацая какими-то замками на запястье. – Ты-то как раз то, что мне нужно!
– На, - протянул он мне прибор. – Вот так надевай, здесь защёлкни. Ты даже не представляешь… В общем, мы можем договориться. Будешь работать на нас…
Я надел ПДА на левую руку, закрепил его, и ткнул шокером в шею Кораблёва. Тот замолк на полуслове и кулём рухнул на землю.
Достал уже своей болтовнёй.
4. Дебаркадер.
Телега, которую тащили Мелкий и Здоровяк, не спеша, катила по грунтовке. За моей спиной смотрел в серое небо глазами-кляксами Кораблёв. Лежал он на безголовом теле своего коллеги. Рядом примостилась к небу колесами перевёрнутая тачка «для образцов».
Я изредка косился на своих пассажиров. На счёт покойника не скажу, но вот мой новый знакомый с глазами-кляксами был весьма примечательная личность.
Подробности жизни Андрея Кораблёва.
В шестилетнем возрасте Андрейка Кораблёв убил кошку. Не из жестокости или из садизма. Но и не случайно. Как и многие миллионов мальчиков до него, Андрейка проверял, что будет, если… Что будет, если долго держать в руке зажженную спичку? Что будет, если бросить в костёр кусок шифера? Что будет, если на морозе лизнуть металлическую горку? Что будет, если крепко сжать шею кошке?
Мальчика поразило, как легко можно отнять жизнь. Вот только что кошка мяукала, тёрлась о ноги, выжидательно глядела ему в лицо. А теперь лежит бездыханная и никак не реагирует на осторожные толчки ногой.