Гриндер

Уиски Саманта

Аллилуйя, черт возьми, огромным ваннам.

Я обхватил ее идеальную задницу руками, когда она скользнула по мне, мой член поглаживал складки ее киски. Могла ли в самом деле существовать женщина, созданная настолько идеальной для меня?

— Ты идеальна, — сказал я ей.

Она немного выгнулась, прижимая свои напряженные соски к моей груди.

— Ты и сам не так уж плох, — ответила она.

Мои пальцы прошлись по ее позвоночнику, танцуя вверх по спине, и как только одна моя рука погрузилась в темный шелк ее волос, я приблизил ее рот к своему. Черт возьми,

она целовалась так, как делала все остальное в жизни — со всей страстью в своем теле и ничем не сдерживаемая.

Наши языки сплетались, сражались, терлись друг о друга так же, как наши нижние части тела не могли не тереться под водой. Я чувствовал себя пороховой бочкой, а Бейли держала спичку — черт возьми, она и была спичкой. Она заводила меня, как никто, кого я когда-либо встречал — и, может быть, это было не потому, что она была создана для меня, а потому, что я был создан для нее.

Ее всхлипы становились все громче, пока я целовал ее, вкладывая в поцелуй всего себя и молясь, чтобы этого было достаточно — достаточно, чтобы дать ей все, в чем она нуждалась, хотя понимал, что, скорее всего, потерплю неудачу.

— Гейдж, — выдохнула она мне в рот, когда я провел пальцем по ее соскам, борясь с каждым инстинктом, который у меня был, чтобы проникнуть в шелковистый жар прямо над моим членом.

Я повернулся, посылая воду каскадом через край ванны, и приподнял ее задницу к гладкому, выложенному плиткой краю у стены.

— Видишь ту вешалку для полотенец? — спросил я ее, указывая на пустую петлю над ее головой.

— Да? — неуверенно сказала она, поднимая взгляд.

— Хватайся и не отпускай, — приказал я.

Ее руки вцепились в металл, а тело сотрясла легкая дрожь.

— Холодно, детка? — спросил я.

— Нет, — ответила она, задыхающимся голосом.

— Хорошо, — сказал.

Я раздвинул ее колени перед собой и чуть не застонал при виде ее мокрой и набухшей для меня киски. Без предисловий я закинул ее ноги себе на плечи. Просунув голову между ее бедер, раздвинул ее большими пальцами и прижался к ней ртом.

— Гейдж! — взвизгнула она, и ее голос эхом отозвался в комнате.

— Ш-ш-ш-ш, — шикнул я в ее дрожащую плоть. — Что подумают соседи?

Не то чтобы мне было не наплевать, кто находится по другую сторону этой стены.

— Что твой язык волшебный, — сказала она, слегка ударившись головой о кафельную стену.

— Ну, в таком случае…

Я снова прижался ртом к ее мягкой киске, облизывая и посасывая нежную плоть, проводя языком по ее клитору, пока она мяукала от удовольствия.

Боже, только этот звук заставил меня быть готовым взорваться, ударившись о бортик ванны.

Я прижался к ней кончиком языка, делая длинные движения вверх по ее щели, когда надавил палец в тугое кольцо ее входа.

— Да! — закричала она, сопротивляясь моему пальцу.

Она была горячей, невероятно тугой и такой влажной, что я знал, что проскользну внутрь членом в ту же минуту, как она кончит. Ее пальцы зарылись в мои волосы, ногти идеально царапали кожу головы, но я хотел, чтобы все ее внимание было сосредоточено на ощущениях,

а не на мне.

— Руки на вешалку для полотенец, Бейли, — приказал я.

Она захныкала, но сделала так, как я ей сказал, доверив мне дальнейшую заботу о ней.

Черт, я хотел ее. Это было не просто желание или похоть — это была первобытная потребность, призвание заявить права на эту женщину и убедиться, что она чертовски хорошо знает, кому принадлежит, чье имя она будет выкрикивать всю оставшуюся жизнь.

Я был единственным, кто когда-либо снова прикоснулся бы к ней вот так своими губами. Она была моей, а я принадлежал ей. Точка.

Я добавил еще один палец и погладил ее внутренние стенки прямо вдоль точки G, посасывая ее клитор, щелкая языком по бутону с той же скоростью, что и пальцы. Она напряглась сильнее, ее бедра дернулись навстречу моему рту, оседлав мое лицо, когда я снова вошел в нее.

— Гейдж! — вскрикнула она, когда кончила, ее ноги дрожали рядом со мной.

Я облизал ее, помогая ей пережить оргазм с каждой унцией мастерства в моем арсенале. Каждая женщина, которую я когда-либо трахал, каждое порно, которое я когда-либо видел, — все это было ради этого момента, ради возможности заставить эту единственную изысканную женщину выкрикивать мое имя, пока она кончала.

Встав, я позволил ее ногам скользнуть вниз по моим бокам, и когда они достигли моей талии, схватил Бейли за задницу и потянул ее за собой. Она безвольно упала мне на грудь, удовлетворенная и измученная, но ее язык прочертил узор на моей шее, отчего мой член дернулся, более чем, осознавая, что настала моя очередь.

— Хочу тебя в нашей постели, — сказал я ей, и она кивнула.

Отнеся ее в спальню и уложив на кровать королевских размеров, я наслаждался тем, как лунный свет играет на ее коже из открытого окна в затемненной комнате. Она протянула ко мне руки, и я пошел, накрыв ее, чтобы согреть там, где капли воды все еще прилипали к ее коже.

— Сейчас, — умоляла она, выгибая бедра напротив меня.

Нам просто был нужен…

— Черт, у меня нет презерватива, — простонал я. Как, черт возьми, я позволил этому случиться? — Кажется, я видел кое-что в сувенирном магазине внизу.

Она покачала головой и прижалась своими влажными складками к моему члену.

— Че-е-ерт, Бейли.

— Я чиста, — тихо сказала она.

— Я тоже, — ответил. — Я сдал кровь еще до того, как прикоснулся к тебе.

— Тогда я в порядке, что бы ни случилось, — сказала она, притягивая меня к себе. — Я просто хочу тебя. Пожалуйста, Гейдж.

Я сглотнул. Если бы мы оба были чисты, не похоже, что что-то могло пойти не так… Но я знал, что она думала совсем о другом, потому что не был честен с ней. И точно так же, как знал, что мне придется ей рассказать, я также знал, что сегодня этого делать не буду. Нет, сегодня вечером я собирался быть эгоистичным ублюдком и взять единственную женщину, которую хотел, без какого-либо куска хрупкой резины между нами.

— Ты уверена? — спросил я, слегка водя большим пальцем по ее клитору.

— Да, — простонала она.