Грезы Мануэлы
Шрифт:
— Мне нужно подумать, — решил схитрить Хуанхо.
Незнакомец развел руками.
— Как видишь, — сказал добродушно он, — в этом нет ничего плохого. Только информация — и ты получишь свои наркотики.
— Но это будет очень сложно.
— Я знаю, что для тебя это не представляет сложности. Ты ведь вхож в семью Салинос. Для тебя это будет проще простого.
— Доносить на своих друзей? — тихо спросил Хуанхо.
— Тебя никто не просит доносить. Просто кое-кому нужна информация. Ты понимаешь?
Хуанхо кивнул.
—
— Это заманчиво, — согласился Хуанхо.
— Вот именно! А если нужен задаток…
Незнакомец порылся в кармане и вынул уже знакомый Хуанхо пакет. Руки у Хуанхо задрожали, и он уже не в силах был сдержать эту дрожь.
— В доказательство дружбы, — заверил незнакомец и протянул пакет. — Это будет задатком. Ведь, рука руку моет, а обе — моют лицо, понятно?
Не очень задумываясь, Хуанхо выхватил пакет и спрятал в карман. Незнакомец довольно улыбнулся и добавил:
— Встречаться будем здесь. Как только добудешь необходимые сведения, позвони по этому телефону.
На прощание он протянул растерянному Хуанхо листок бумаги с записанным на нем номером телефона.
Как только Фернандо и Марио ушли, Исабель легла в постель и предалась мечтам. Все у нее складывалось как нельзя лучше. Она удачно вышла замуж, Фернандо очень любит ее. Хотя Исабель не все нравилось в Фернандо, но о такой любви со стороны мужчины некоторые женщины мечтают всю жизнь.
Исабель и вправду была достойна любви, если молодость, изящество и красота в полном своем расцвете дают на это право. Жизнь еще не лишила ее той душевной свежести, которая так украшает человека. Кроткий взгляд ее красивых глаз говорил о том, что она еще незнакома с чувством разочарования. Она испытала душевную тревогу, тоску и сомнения, но это не оставило в ней глубокого следа, разве лишь более вдумчивым стал ее взгляд, более осторожной речь. Губы Исабель, говорила она или молчала, складывались порою так, что казалось, она вот-вот расплачется, и это не от горя. Просто когда она произносила некоторые звуки, рот ее принимал страдальческое выражение, и в этом было что-то трогательное.
В ее манерах не было ничего навязывающего. Жизнь не научила ее властности, тому высокомерию красоты, в котором таится сила многих женщин. Она жаждала заботы и внимания, но желание это не было настолько сильно, чтобы сделать ее требовательней. Ей все еще недоставало самоуверенности, но она уже столкнулась с жизнью и потому не была такой робкой, как раньше. Исабель жаждала удовольствий, положения в обществе и вместе с тем вряд ли отдавала себе отчет в том, что значит и то и другое.
В области чувств Исабель, как и следовало ожидать, была натурой необычайно отзывчивой. Многое из того, что ей приходилось видеть, вызывало в ней глубокую грусть и сострадание
Когда Фернандо и Марко вышли из игорного зала было уже около двенадцати. Они почти не разговаривали. По дороге Марио отстал, сославшись на какие-то дела, и дальше Фернандо шел один. Пустые, холодные улицы, казалось, издевались над ним. Он медленно дошел до отеля, поднялся по лестнице и вошел в номер, стараясь делать вид, словно ничего не случилось. Но думал он только о своем проигрыше.
Заметив подавленное настроение мужа, Исабель спросила:
— С тобой что-нибудь случилось, Фернандо?
Он посмотрел на нее невидящим взглядом и, ничего не ответив, начал раздеваться. Исабель обиделась и отвернулась.
«Что это со мной в самом деле?» — растерянно подумал Фернандо.
Утром Исабель почти не разговаривала с ним, и Фернандо чувствовал, что ему нужно что-то предпринять. Он сознавал, что скверно обошелся с Исабель, но не решился сделать первый шаг к примирению. Им овладело отчаяние. Уже целую неделю, чтобы угодить Исабель, Фернандо тратил деньги налево и направо. Теперь он понял, что их осталось не так уж и много. Если дела пойдут так и дальше, то ему придется просить Терезу перевести ему в Штаты еще какую-нибудь сумму. Однако делать это ему не хотелось.
— Сегодня уже вторник, — первой начала разговор Исабель.
— Вот как? — удивился он.
— Сегодня уже первое число, — подтвердила она.
Фернандо нахмурил брови.
— Что ты хочешь этим сказать? — произнес он.
— Я хочу сказать, что наш медовый месяц подходит к концу. Нужно уже потихоньку собираться, купить подарки и всякую мелочь.
Фернандо обрадовался, что Исабель начала разговор первой. Значит, она простила ему вчерашнюю грубость. Чтобы сгладить неприятное впечатление, он улыбнулся и как ни в чем не бывало произнес:
— А я думаю, дорогая, что пора уже вставать.
— Нет, — надув губы, проговорила Исабель.
— Я хочу сказать, что тебе пора показать свои прекрасные глазки.
Фернандо пошел в другую комнату и через мгновение вернулся с бутылкой шампанского в руках.
— Шампанское, какая прелесть! — воскликнула Исабель. — Какая великолепная идея пришла тебе в голову!
Фернандо разлил шампанское в бокалы и один подал ей.
— За тебя, Исабель! — произнес он, поднимая бокал.
— За тебя, Фернандо!
Они выпили, Фернандо подсел к Исабель и обнял ее.
— Я люблю тебя! — сказала Исабель.
Фернандо поцеловал ее в щеку и слегка отстранил от себя.
— Извини, что я опять возвращаюсь к этой теме, — сказал он. — Но для меня это очень важно. — И, выдержав паузу, добавил: — Хотя для тебя, мне кажется, это не совсем приятно.
— Ты о чем?
— Я хотел сказать, что я был бы очень счастлив, если б у нас были дети.