Грешник

Леоне Лаура

— Я не могу себе представить, как ты остался жив, — сказала Сара, все еще держа его за руку. — Я с трудом представляю себе силу, мужество и ум, которые потребовались тебе, чтобы выжить.

 На самом деле он делал такие вещи, чтобы выжить, которые она даже не могла себе представить. Вещи, о которых лучше умолчать и просто оставить их в прошлом.

— Как долго ты жил на улице? — она спросила.

— Немногим более двух лет. Потом я встретил Кэтрин.

Сара отдернула руку.

— Как?

— Я был… — Он вспомнил. — Я работал карманником в районе, в котором у нее

была квартира. Мне нравилось работать в процветающих районах. Они были чистыми и красивыми, и люди там чувствовали себя в безопасности. Кэтрин давно заметила меня. Она видела, что я не живу там и заинтересовалась, что я там делаю. — Через некоторое время, — добавил он, — я тоже заметил ее. Очень красивая. Очень элегантная. Ее одежда выглядела так хорошо, что я хотел съесть ее. Через некоторое время я начал с ней флиртовать всякий раз, когда видел. Она всегда вела себя как дама, но я мог бы сказать, что я ей понравился. В конце концов, она начала платить мне за подработку: сделать доставку или помыть машину, или что-то вроде.

 — А потом она наняла тебя заниматься сексом с клиентками?

 — Боже, нет, — сказал он. — Я был тощий, грязный, ругающийся матом, уличный мальчишка. Я определенно не созрел для такого рода клиентов.

— Тогда как же это случилось?

 Он задавался вопросом, как рассказать ей. Он задавался вопросом, должен ли он вообще рассказывать ей.

— Райан?

 Он решил сказать ей небольшую часть.

— Меня изнасиловали и избили.

— Что? — Ее рука снова сжала его.

— Да. И это было ужасно.

— Райан. — Она посмотрела на него с ужасом.

— Я думал, что умру. Мне никогда не было так больно. Кэтрин однажды дала мне свой номер телефона, чтобы я мог позвонить по вопросам наших с ней дел. Так что я запомнил. Наверное, потому что у меня было страшное влечение к ней. Так что я нашел ближайший телефон, практически прополз большую часть пути и позвонил ей. Она выслушала и...

 Он сделал паузу, когда подошла официантка, чтобы забрать пустой стакан и спросить, хочет ли он еще что-нибудь выпить.

— Нет, спасибо. — Помимо строгих правил Кэтрин, Райан всегда решал остановиться на одном, помня, что выпивка сделала с отцом.

Официантка спросила у Сары:

— Вы все еще допиваете?

— Э-э, да. — Сара смотрела на вино, будто она совсем забыла о нем. К удивлению Райана, она вдруг взяла стакан и осушила половину его содержимого за один длинный глоток. Потом сделала ужасное лицо, которое заставило его улыбнуться. Только она могла так делать. Она могла заставить его улыбнуться, даже в середине этой грустной истории.

Когда они снова остались одни, Сара продолжила:

— Так ты позвонил Кэтрин...

Он кивнул.

— Я едва мог говорить и был очень смущен. Я даже не мог сказать, где нахожусь. Она продолжала задавать мне вопросы, пытаясь узнать, где я. Я упал в середине разговора и просто погрузился в темноту.

— О, Господи. — Сара закрыла рот рукой и продолжала пристально смотреть на него, ее глаза сверкали от слез.

— Она позвала одного из ее мальчиков, парня по имени

Джейсон, они сели в машину и поехали искать меня. Они искали меня до рассвета, но она не сдавалась. Она просто продолжала искать. Меня — беспризорника, которого она едва знала.

— Боже мой, я думаю, любой приличный человек сделал бы это...

— Это потому, что ты не знаешь, как опасно провести ночь в поисках в том районе. Но она знала. И она сделала это, так или иначе.

— Но...

— Когда она, наконец, нашла меня, она и Джейсон затащили меня в машину. Она не оставила меня там умирать.

— Кто-то бы мог оставить...

— Или бросить меня в какой-то клинике, или высадить меня в каком-нибудь отделении неотложной помощи. Она не звонила в полицию или социальные службы, или еще кому-то. — Он поймал взгляд Сары и попытался заставить ее понять. — Она взяла меня домой и заботилась обо мне. Она вызвала врача и дала ему свой адрес, она бы даже не позволила ему спросить мое настоящее имя. Врач взял анализ крови, выписал болеутоляющие таблетки и антибиотики, поставил капельницу. Я бы умер, если бы не она.

— Но...

— Кэтрин спасла мою жизнь, Сара.

— Райан, ты был ребенком, и ты был жестоко...

— Я попросил ее о помощи, и она оказала ее. Она спасла мне жизнь. И она забрала меня с улиц навсегда.

Кэтрин никогда не предлагала Райану жить с ней постоянно. Но, после более двух лет на улицах, у него появились постоянная еда, чистая постель в своей собственной комнате и безопасный дом того, кому он доверял. Таким образом, он не имел ни малейшего намерения уходить, пока она не попросила бы его, и она никогда не просила.

— Она заботилась обо мне, — сказал он. — Может быть, поначалу она думала, что я мог бы быть ей сыном. Или, может быть, она просто хотела сделать что-то хорошее. Я не знаю. Может быть, она просто заботилась обо мне, зная, что со мной случилось.

— Или, может быть, она заметила даже в грязи, каким красивым и обаятельным ты был, даже в том возрасте, — сказала Сара, — и она поняла, что ты мог бы стать прибыльным работником в ее бизнесе.

— Я не знаю, — повторил он. — Но я не думаю, что это так, Сара. В те дни я определенно не выглядел, как парень для дорогостоящего времяпрепровождения.

— Я могу себе представить, что она видела в тебе уже тогда, даже если ты и сам не мог этого разглядеть.

Он решил рассказывать дальше, а не спорить об этом.

— Когда я пришел в себя, Кэтрин начала, ну, обновлять меня. Я хотел сделать все, что она хотела, так что я пытался угодить ей. Джейсон начал брать меня в спортзал, чтобы построить тело, и Кэтрин начала учить меня, как говорить, как одеваться, как действовать, как вести себя в дорогом ресторане или в театре. Она дала мне книги и журналы, потому что женщинам не нравится разговаривать с тем, кто этого не знает. Я был из рабочего класса, неряшливым, хитрым беспризорником. Она начала обучать меня, чтобы быть… — Он пожал плечами. — Кем-то, кто не будет, как не в своей тарелке в обществе богатых женщин.