Грешник
Шрифт:
— Моя мать так и не развелась с ним. Я не знаю почему. Это вопрос, о котором начинаешь задумываться, только когда становишься старше. Может быть, потому что она была настолько религиозна. Или, может быть, она не могла позволить себе адвоката для развода, или мой отец не соглашался разводиться. — Райан пожал плечами.
— Но теперь он вернулся и попытался общаться с тобой?
— Не совсем. Мы виделись в течение двух выходных в месяц, что, видимо, было предусмотрено постановлением суда. Оба выходных были невероятно скучными и неловкими. А потом он исчез. В следующий раз, когда он должен был прийти и забрать меня, мама и я прождали его более
— Он снова начал пить?
— Вероятно.
— Таким образом, ты больше не видел его?
— Ах, если бы это было так. — Райан сделал большой глоток пива. — Когда мне было тринадцать лет, мама умерла.
— Ой. — Сара вложила все свое сочувствие в этот один слог. — Как? Должно быть, она была довольно молодой.
— Дело не в возрасте, — сказал он, вспоминая тот день. — Аневризма. Это произошло мгновенно. Миссис Фергюсон (Фергюсоны были ее работодателями) пришла домой из магазина во второй половине дня и нашла ее мертвой на кухне. Вот так просто. — Он сделал паузу. — Я пришел из школы домой и увидел машину скорой помощи и патрульную машину. Я подумал, что у мистера Фергюсона случился сердечный приступ. Мама всегда волновалась по этому поводу. Но... тогда они сказали мне.
— О, Райан. Мне так жаль.
Он вздохнул.
— Несколько дней спустя меня послали жить с моим отцом в Оклахома-Сити.
— Должно быть, это было очень тяжело для тебя.
— На самом деле самая тяжелая часть началась, когда он начал избивать меня.
— Что?
— Он много пил, когда я переехал к нему. Он бил меня иногда, но ...
— О, Райан!
— ...так продолжалось около года, прежде чем он начал бить меня по-настоящему.
— О, мой Бог.
— В конце концов, после того, как отец отключился в одну из ночей, я позвонил мистеру и миссис Фергюсон и попросил забрать меня. Они всегда были добры ко мне, и я не знал, что еще делать.
Фергюсоны были рады приютить меня снова. Они проехали большое расстояние ночью, чтобы спасти бестолкового подростка, который попросил их помочь ему. Потрясенные тем, что они узнали о моей жизни в доме отца, Фергюсоны взяли меня к ним домой и начали консультироваться с адвокатом. Я оставался у них несколько дней, — сказал Райан. — Но меня у них забрали и снова отправили к моему отцу.
— Зачем?
— Так как моя мать была не разведена с моим отцом и не подавала заявление о лишении его родительских прав, или что-нибудь в этом роде, мой отец имел больше прав на меня, чем они. К тому же, не было никаких заявлений либо жалоб от моей матери против моего отца. И там была только запись о его обращении в суд, чтобы позволить ему видеть меня после того, как она отказалась предоставлять ему такую возможность, так что это делало его похожим на заинтересованного и ответственного родителя. — Райан чуть не подавился словами.
— И всем было все равно, что он был алкоголиком, который избивал тебя?
— Мой отец сказал, что это случилось только один раз, и никогда больше не повторится. Его адвокат сказал, что Фергюсоны были в сговоре с моей матерью, чтобы отказать моему отцу в его законных
— Что случилось дальше? — спросила Сара.
— Я полагаю, что общение с представителями закона произвело впечатление на моего отца. Его хватило на несколько месяцев, прежде чем он снова начал бить меня. Я должен был видеться с социальным работником раз в две недели. Я полагал, что она должна была быть моей защитой от него. Но когда в один прекрасный день я появился с опухшей губой и сказал ей, кто это сделал, она пошла и поругалась с ним, что только сделало его еще более агрессивным. Так что я никогда не рассказывал ей об этом снова.
— Мне плохо от твоего рассказа, — сказала Сара. — Райан, почему ты не обратился к взрослым и не попросил помочь?
— Фергюсоны пытались, но… — Он покачал головой. — Они не могли помочь. Никто не мог.
— А как насчет родственников?
— Мама была единственным ребенком в семье, ее родители уже были мертвы. Я не знал, как связаться с любым другим из ее родственников. И я никого не знал о семье моего отца.
В это время Райан редко посещал школу и все запустил. Он не мог спать, он был подавлен и напуган, похудел. У него не было друзей после переезда к отцу. У него не было никого и ничего.
— Однажды ночью мой отец решил снова выплеснуть всю злость на меня, на этот раз он пытался убить меня.
— Райан!
После той ночи прошло столько лет, но она все еще была свежа в его памяти, и он содрогался, вспоминая о ней.
— Он гонялся за мной по всему дому, опрокидывая мебель, бил меня руками и ногами. Он кричал, что он устал от меня, что он хочет меня убить, что он собирается убить меня. — Райан сжал кулаки. — Я был так напуган, что не мог даже говорить. Я действительно думал, что он намерен сделать это. Я действительно верил, что я скоро умру.
В ее глазах были слезы, когда она потянулась к одной из его стиснутых рук, не обращая внимания на «правило», которое они установили ранее.
— Я выбежал на улицу, пытаясь уйти от него. Но он наступал мне на пятки, крича, что сломает мне обе руки и убьет меня. — Разъяренный, ужасающий вопль его отца снова звучал в его голове. Проклятия и угрозы. Крики, неоправданное насилие. — «Ты труп, мальчик!» — продолжал кричать он. — Райан потер лоб, чувствуя, как на него накатывают воспоминания. — Там во дворе было много техники. Я не знаю, почему. Я никогда не видел, чтобы ее кто-то использовал. Все было ржавое и разваленное. Я взял кусок машины... Я думаю, это было что-то размером с тостер, но я не знаю, что именно это было…
Когда он замолк, она мягко подтолкнула его.
— Что случилось?
Он вздохнул.
— Я обернулся, и, когда он бросился на меня, я ударил его по лицу так сильно, как только мог. Он вскрикнул и попятился назад. Его рука прикрывала лицо вот так. — Райан продемонстрировал. — В свете от фонаря на крыльце, я мог видеть, как кровь стекала из-под пальцев по его лицу. — Райан остановился на мгновение. — И тогда я ударил его еще раз.
— Это могло спасти тебе жизнь, — сказала она тихо.