Грешница
Шрифт:
Вот это подарок. Никакого сравнения с посылкой, отправленной мне коварной Мельничихой.
И тут же зазвонил телефон.
– Привет, сарделька, – услышала я голос Сергея. – К тебе приходил мой гонец?
– Макс? Только что!
– Подарок получила?
– Да! Ты не представляешь, как я тебе благодарна.
– Пользуйся на здоровье. И извини, что так и не разгадал тот шифр. Вернее, совершенно не было времени им заняться.
Как трудно мужчине признать поражение!
Ладно,
Тем более что я сама уже справилась с задачей.
– А тут Макс подвернулся. Он как раз ехал к вам. Ну, я и поручил ему завезти тебе ноутбук.
– Отличная идея! Спасибо!
…Едва подключив ноутбук и загрузив его программами, я сразу обнаружила в ящике имейл от Личного Врага. На экране красовался окровавленный нож. Он был настолько велик, что одномоментно увидеть можно было лишь четверть изображения. «Война! Война! Война!» – написала внизу эта вздорная дамочка, Тамара Геннадьевна Мельник.
Начинаю ее ненавидеть.
В огромном раздражении я схватила трубку телефона и набрала ее домашний номер. Сотовый раздобыть не удалось. Но ничего. Надеюсь, Тамара сама поднимет трубку и мне не придется восстанавливать дыхание и долго успокаивать сердце, услышав голос драгоценного Никиты.
Так и вышло.
– Слушаю, – произнес спокойный женский голос.
– Здравствуйте, Тамара Геннадьевна. Вы знаете, кто вам звонит. Сегодня днем около салона «Гиацинт» вы почему-то отказались со мной побеседовать. А нам много нужно обсудить. Давайте встретимся.
– Девушка, не говорите глупостей! Не звоните сюда больше, – презрительно бросила Тамара и тут же положила трубку.
Какая вредная дамочка! Умудрилась капнуть отравы в божественный напиток – иными словами, испортила впечатление от Сережиного подарка.
И все равно. Пусть обозвали «кем попало» в спортклубе, пусть не удалось продать участок Валерию Константиновичу, пусть Тамара прислала новое письмо с угрозой – благодаря заботе брата этот день можно считать удачным.
И он еще не кончился. В семь вечера – крупная благотворительная акция в «Гиганте», организованная фондом поддержки предпринимательства. Будут все – бизнесмены, чиновники, пресса. Наш Тим Тимыч – с фотоаппаратом, я, как обычно, с ногами и неуемной жаждой общения. Неуемная жажда общения – это профессиональное. Необходимость заполнять колонку светской хроники подталкивает меня в спину отточенным копьем. Иначе я всю ночь курила бы у нового ноутбука, кропая статью о «Саванне».
Иду к Ирише за имиджевой поддержкой. Надеюсь, она меня и оденет, и причешет, и накрасит.
– Предлагаю леопардовое платье, – говорит Ирина. – А мне нельзя с тобой?
– Почему нельзя? Но учти, я видела список приглашенных випов. Аслан Кумраев в нем присутствует.
– Нет, тогда не пойду. Не хочу его видеть.
– Давай я плесну ему в морду шампанского? Нет, лучше – томатного сока. Дольше будет утираться.
– Не
Публика расфуфырена до предела – смокинги, длинные вечерние наряды, драгоценности. Но и я сегодня на высоте: в Иришином платье под леопарда, подол которого почти граничит с линией талии, произвожу на мужчин сильное впечатление. Вспоминаю Мадонну – она возвела умение эпатировать публику и выделяться из толпы в ранг искусства. Когда мир уже устал от ее конусообразных бюстгальтеров и сетчатых колготок, она заявилась на какую-то церемонию в строгом темном костюме и затмила остальных красавиц в стандартно декольтированных платьях.
Владелец мебельных салонов «Таунхаус» вспарывает толпу крепким смокинговым торсом, продвигаясь в мою сторону, улыбаясь и подмигивая. Аслан несет два фужера шампанского. О, чудесно! Сейчас содержимое одного из них плавно переместится на его наглую морду. Я напомню мерзавцу, как жестоко он обошелся с моей подругой. Или даже ничего не буду объяснять. Просто устрою маленький скандальчик. И тогда он…
– Юля!
Я оборачиваюсь и, к великому удивлению, вижу перед собой Марго. Ну надо же, и она здесь, хотя в списке приглашенных ее не было.
Мамуля одета в шелковое платье, ее плечи окутаны мерцающей дымкой палантина, на шее сверкают бриллианты. Под локоток Марго поддерживает широкий упитанный мужчина лет шестидесяти. У него апоплексически красные лицо и лысина, губы-вареники и живые карие глаза. Пригубив бокал, наполненный янтарной жидкостью, он весело и быстро ощупывает меня взглядом с ног до головы.
– Привет, Юля! Развлекаешься? – приветствует Марго.
– Здравствуйте. Работаю. Собираюсь писать об этом мероприятии.
– Маргарита Эдуардовна, да ваша Юленька – красавица! – бархатно рокочет мамин спутник.
Марго с удивлением рассматривает дочь, вероятно противясь присвоенному мне титулу «красавицы».
– Юля, познакомься. Константин Янович. Председатель правления твоего любимого банка «Урал-инком».
Я мысленно падаю в обморок. Окружающим это, конечно, незаметно, но мои тело и мозг на какое-то мгновение парализованы. Ничего не понимаю. Председатель правления «Урал-инкома»! Но ведь он – злейший враг моей маман! Так почему же они воркуют друг с другом, едва ли не обнимаются и дружно распивают алкогольные коктейли?!!
Что это – политкорректность или двуличие?
– Ха-ха, Маргарита Эдуардовна, я полагаю, любимым банком Юлии является «Гелиос». Все же она ваша дочурка, а не моя…
О, какой у него голос! Он обволакивает, как расплавленный шоколад, гипнотизирует.
– Однако кредит на квартиру взяла в вашем банке, – желчно «закладывает» меня мамуля.
Никак не может простить!
– Серьезно? – удивляется Константин Янович. – Вот, моя дорогая Маргарита Эдуардовна, еще одно доказательство превосходства «Урал-инкома». Народ к нам тянется.