Гравитация
Шрифт:
Ее офис напоминает кабинет отца — вокруг трех стен выстроены книжные полки, четыре окна. Напротив окон находится огромный стол из красного дерева с подходящим к нему стулом, сделанным из того же материала и располагающимся прямо перед ним. Помимо стола в кабинете больше нет мебели.
Мы проходим мимо стола к еще одним двойным дверям, расположенным прямо напротив тех, через которые мы только что вошли, и вдруг я слышу голос, заставляющий меня замереть — голос отца, оглушительный и сердитый, грохочущий по ту сторону стены.
— Ситуация
— Но насколько точны ваши данные? — произносит голос, который я не узнаю, однако, его акцент наводит на мысль, что его обладатель работает на президента Крейна. — Осознаете ли вы последствия, которые отразятся на человеческих жизнях, если вы не правы? Наряду с Древними могут умереть люди! Нам необходимо провести больше исследований. Отправьте ваши находки в лабораторию. Позвольте проверить вашу теорию.
Его тон подсказывает, что он думает, будто европейские лаборатории более компетентны, нежели наши, и я уверена, это не осталось без папиного внимания.
Глаза Ло встречаются с моими. Он знает, папа не позволит разговору умереть на этом месте, но прежде чем папа может возразить, в разговор вступает африканский президент, по сравнению с другими у нее мягкий голос.
— Я бы предпочла пойти на компромисс с г-ном Кастелло. Вы уверены, что переговоры невозможны?
Все сразу начинают говорить, пока, в конце концов, президент Картье их не успокаивает.
— Боюсь, что нет, Нинкини. Наши попытки провалились. Конечно, все исследования будут распространены среди четырех главных лабораторий химиков. А теперь, пожалуйста, запомните, мы должны оставаться вместе, если надеемся выиграть. Атаки продолжаются ежедневно — у нас нет выбора, кроме как нанести ответный удар. Можем ли мы все согласиться, что воздушная тактика — лучшая?
Из зала доносится глухое согласие, и затем щелчки со стороны двойной двери заставляют нас с Ло помчаться обратно к секретной лестнице и преодолеть два лестничных пролета, прежде чем достигнуть Джексона. Ло выталкивает нас в главную дверь и затем замедляется, чтобы идти шагом, его дыхание такое же тяжелое, как и мое.
— Итак, похоже, они приняли решение, — говорит Ло Джексону. — Воздушная атака.
— Хмм… — произносит Джексон. — Думаете, речь о спутниковых ракетах?
Ло качает головой.
— Точно не скажу, но они обсуждали это раньше.
— Я так не думаю, — говорю я. — Сибил сказала, что стратегия будет включать себя ксилему, а точнее то, что помешает ее целительным свойствам. Ты получил золотую карту от лаборатории? — спрашиваю я Ло, и он кивает.
— Да, по моим наблюдениям, это будет не обычная атака. Нечто более изобретательное. Не думаю, что они планируют использовать ракеты. Предполагаю, их план — это биологическое оружие.
Мы несколько минут стоим в тишине, пытаясь найти ответ, когда, в конце концов, Ло произносит:
— Это безумие. Мы не собираемся разузнать
Джексон машет рукой, но, в конечном счете, соглашается. Мы выбираем время возвращения на вечеринку, поэтому наше появление остается незамеченным. Когда подходит моя очередь, я прокладываю свой путь через толпу напротив музыкальной группы, все прыгают и подпевают музыкантам. Я решаю, что на какое-то время должна держаться подальше от Ло и Джексона, вот только не знаю, чем заняться, поэтому направляюсь к бару за водой.
Людей слишком много, поэтому я стою в стороне, ожидая, пока мне помогут, и вдруг какая-то рука рывком тянет меня назад. Я спотыкаюсь, а меня все тянут назад, назад и назад. В конце концов, я оборачиваюсь и увижу Брайтона, и, судя по его виду, он украл два, а может и десять напитков для взрослых. Он притягивает меня к себе, грубо целуя, прежде чем мне удается высвободиться и ударить его в лицо.
Он потирает щеку и ухмыляется.
— Мне это нравится; ударь меня еще, — Я отступаю, но он идет в след за мной. Музыка настолько громкая, что никто меня даже не услышит. Мои глаза бегло просматривают безлюдный коридор в поисках двери, выхода, хоть чего-нибудь. Он перевешивает меня фунтов на сто. Тем не менее, его рефлексы никоим образом не могут быть такими же хорошими, как мои.
— Посмотри, — говорю я, надеясь уговорить его. — Я не знаю, что сделаешь ты. Но я собираюсь вернуться на вечеринку. Хорошо?
Он не произносит ни слова. Я пячусь назад, поворачиваясь, чтобы бежать, но он хватает меня за волосы, волоча дальше по коридору. Я вскрикиваю, и затем тепло распространяется по моей груди, прожигая меня изнутри так, словно в моей душе разгорается пламя.
Я поворачиваюсь к нему и ударяю рукой по его затылку. Он бросается вперед, но это еще не все. Я ударяю его снова и снова.
Кто-то кричит о стороны входа. И затем я чувствую, как чьи-то руки оборачиваются вокруг меня.
— Ари, что ты делаешь? — Джексон оттаскивает меня от Брайтона, проводя меня через дверь, которую я раньше не замечала. Это роскошная комната, в центре которой стоит только кровать и больше ничего. — Ответь мне, — раздраженно кричит Джексон.
— Что? — спрашиваю я.
— Что ты там делала?
— О чем ты говоришь? Я пыталась убежать от Брайтона, и потом ты меня нашел. Какое твое дело?
Он изучает меня, и затем его плечи расслабляются.
— Ничего. Должно быть, я… Я не знаю. Я думал… — он сидит на краю кровати и вглядывается в меня так, словно перед ним стою не я, а кто-то другой.
— Что со мной происходит, Джексон? — произношу я бездыханно и устало. — И на этот раз, можешь быть со мной честен?
Он игнорирует вопрос и идет по направлению к двери.
— Мы должны вернуться. Потанцевать или еще что-нибудь.
— Я никуда не пойду, пока ты не скажешь, что происходит.