Граничник
Шрифт:
А воспитанник мой, такой же продукт воспитания темной и малограмотной эпохи, на чутье одном подобрал к нехристям ключик.
Старею.
Практически сразу после этого люди стали укладываться спать. До рассвета имелось еще несколько часов, так что стоило их потратить на отдых. Тем более, что охотники пообещали с утра задать довольно быстрый темп.
Я же остался на бдении, слушая лес и размышляя. О разном. Например, о том, что было известно Ассамблее о нехристях. В загруженных на мои накопители было довольно много сведений о них, следовало их лишь обновить.
Нехристи, называемые также
Колдовство, вновь пришедшее в мир с Открытием Разломов, и которое в глазах любого верующего являлось мерзостью, они тоже не делили на доброе и злое. Считали, что оными его делают люди и их намерения. А еще они верили, что Церковь намеренно давит любое проявление магии, поскольку видит в ней угрозу своей власти.
Переубедить свободолюбивых бродяг было невозможно, да никто в Ассамблее такой задачи себе и не ставил. Как правило, они уходили с земель, где власть Церкви была сильна. Земля вновь стала огромной и места на ней хватало всем.
Остаток ночи прошел без происшествий и с утренней зарей мы отправились в путь. Шли действительно ходко, дорог и троп избегая. Я периодически сверялся с картами, отмечая, что выбранное направление выдерживается точно. И удивляясь тому, как охотники ориентируются в непролазных лесах. По всему выходило — если ничего нам не помешает, то выйдем к Малахии мы к завтрашнему полудню.
Разговоров нехристи не вели — берегли дыхание. А я, пользуясь относительным спокойствием и безопасностью, просвещал Стефана относительно этой братии. Да и просто развлекал любознательного паренька историями о том, как устроен мир за пределами его общины. Чего время терять?
В частности, рассказал воспитаннику про Синие Глины, куда мы держали путь в данный момент. Поселение это обладало неоднозначным статусом, как и многие другие пограничные общины. С одной стороны — встало под руку Ассамблеи, построило церковь и выплачивало десятину за размещение на территории постоянного поста Стражей. С другой — малахийцы на моления ходили, как на именины дальнего и нелюбимого родственника, догматы веры смешивали с собственными суевериями, а граничников считали кем-то вроде охотников.
В общем — фронтир фронтиром. Рассадник вольнодумства, ереси и крамолы. Но важный при этом плацдарм для освобождения окрестных земель из-под власти демонов. Так что приходилось терпеть.
Через пять часов пути охотники предложили сделать привал. Расположились возле каких-то руин — у меня на карте они даже отмечены не были. Может, поселок тут раньше был, может, какое-то производство. Сразу и не поймешь — пара торчащих из земли металлических, проржавевших насквозь, ферм, да основательные бетонные фундаменты, которые можно обнаружить, если походить по зарослям. Даже удивительно, что за три века руины не растворились в разросшихся лесах без следа.
Мальчишка впервые
Скорее всего, это был поселок. Или даже усадьба. Жилье для одной семьи и несколько разбросанных вокруг хозяйственных построек. Согласно архивам, незадолго до Темных Веков у людей появилась тенденция к такому вот образу жизни. Вдали от суеты многомиллионных городов, в тишине и окружении близких людей. Возможно даже, это поселение просуществовало какое-то время после Огненного дождя и Открытия Разломов — демонов больше интересовали крупные населенные пункты. Вполне может быть, здешний люд прожил тут несколько лет, откупаясь от новых хозяев жизнями своих близких или пойманными в окрестностях беглецами. Бог им судья, если так.
Сказать что-то более конкретное, глядя на проржавевшие балки и поросшие мхом бетонные блоки, не представлялось возможным. Да Стефану это и не требовалось. Он, словно завороженный, ходил по останкам поселения, трогая руками приметы прошлого и, кажется, только сейчас начинал понимать, что все в ролике было правдой. Что действительно на Земле жили люди, которые не боялись выходить за ограды общин, что летали по небу машины, а в космосе плыли гигантские корабли и станции.
Я не мешал — понимал, что с ним происходит. Молчал и ждал, когда воспитанник закончит осмотр. Заодно прислушивался к тому, что говорят отдыхающие поодаль нехристи. Ничего такого — обычный неторопливый треп двух уставших мужчин. Про нас, точнее про Стефана, ни один из них и слова не обронил.
А потом я вдруг перестал их слышать. Внезапно, словно звук отрезали прямо посреди очередной реплики. Вместе с голосами нехристей пропали и прочие звуки: шелест листвы, трели птиц — вообще все. Даже шороха шагов собственного воспитанника я не слышал — только шум его бьющегося сердца.
Над нами раскинули Ловчую Сеть.
Глава 9
И сразу же я сделал вывод, что это охотники. Что это они по неизвестной мне пока причине решили сменить сторону. Догадка подтверждалась еще и тем, что я перестал их видеть.
Понятия не имею, что заставило нехристей так поступить. Может быть, они догадались по не очень убедительному поведению Стефана, что со Стражем что-то не так? Или изначально заманивали нас сюда, чтобы ограбить и завладеть остатками снаряжения? Что ж, тогда у них почти удалось: усыпили бдительность торгом, провели половину пути до Малахии, а теперь решили напасть.
— Продолжай вести себя так, словно ничего не происходит, — велел я воспитаннику. — Над нами Ловчая Сеть.
Пояснять, что это такое, не стал. Но Стефан — умница — обошелся без вопросов. Прошептал одним губами слово «понял», и продолжил бродить между блоками, оглаживая их поросшие мхом бока. А я отдал все внимание дрону, пытаясь определить, где находятся наши проводники, и не мог этого сделать. Пришлось опустить разведчика ниже, под кроны деревьев, что тоже результата не дало. Охотники пропали.