Грани судьбы
Шрифт:
– Разумеется, но чуть позже. Встретимся у Галы через час?
Когда эльф ушел, Галатея тут же отодвинулась от волшебника и недоверчиво спросила:
– Эдди, что всё это значит?
Эвдин улыбнулся. Это была маленькая, но очень приятная месть эльфийке за Элдерешена. Проигнорировав вопрос, он вернулся к старой теме:
– Ты так и не ответила на мой вопрос. Неужели, тебе симпатична эта бледная поганка?
– Ты за этим меня сюда позвал?
– Галатея сжала руки в кулаки и отодвинулась ещё дальше: - Нет, именно
– Значит, ты неравнодушна к кому-то другому? К Аристину?
– Нет, сердцу не прикажешь, а жаль, он идеален во всех отношениях, - зло ответила девушка.
– Он - зануда. Вот и не прикажешь, - засмеялся Эдди, - кто же тогда?
– Вот это совершенно не твое дело.
– Мы же подруги, даже сестры, разве ты забыла?
– Не переигрывай!
– Глаза Галатеи яростно сверкнули, а руки впились в край каменной скамейки.
– Так зачем ты меня позвал, надеюсь, была достойная причина?
– Конечно, не кипятись, я подслушал очень интересный разговор.
Эдвин пересказал Гале все, включая слежку за Арсом. Опустил маг только эпизод из беседы, в котором упоминался Элдикас.
– Н-да... Значит, темные нас зачем-то держат в полусонном состоянии... И то, что они следят, подтверждается. Нолашэр уж больно легко нас отыскал.
– Кстати, а как поживают твои загадочные сны? Честно говоря, я напрочь забыл о них, но вдруг, это связано... Думаю, им нужна именно ты.
– Мне все ещё снится тот же садовый лабиринт, но теперь временами я нахожу там двери. Они все заперты, но я чувствую - за всеми дверями есть проходы, спрятанные в листьях...
– Странно это все... Сны, эльфы, убийства...
Эльфийка, чуть помолчав, спросила:
– А зачем, все-таки, было нужно так показушничать перед Нолаэном?
– Мне показалось, такая постановка будет выглядеть эффектнее, разве нет?
В ответ Гала неожиданно приобняла обалдевшего от нахлынувших чувств мага и, почти касаясь его уха губами, прошептала:
– Тогда сейчас вернемся ко мне, пообщаемся с Нолаэном, потом сделаем вид, что идем спать, а сами отправимся в храм, поищем бумаги, послушаем разговоры...
– Конечно, а почему шепотом?
– Так эффектнее, разве нет? Вдруг темные подслушивают со всех сторон?
– улыбнулась она.
Сердце Эдди сладко замерло, он крепко обнял эльфийку в ответ. Вот, казалось бы, подходящий момент рассказать Галатее все. Они глубоко под землей, отрезанные от привычного мира, солнца, прошлого... Впереди лишь бездна неизвестности, полная страхов и невидимых опасностей. Как хотелось ступить в нее без груза на душе, без необходимости врать и недоговаривать. Но губы мага отказались разрушить этот прекрасный момент, мысли перепутались, и Эдвин лишь крепче прижал к себе девушку.
Волшебник с удовольствием просидел бы в объятьях Галы ещё целую вечность, но через мгновение эльфийка выскользнула
В гостиной домика Галатеи их дожидался скучающий Нолашэр и горячий ужин. Как выяснилось, темные питались в основном мясом подземных животных, щедро сдабривая блюда пряностями. "Девушки" в один голос отказались от еды и часа три расспрашивали темного о боях с вампирами, делая упор на полезные заклинания и другие практические знания.
Пребывая в прекрасном расположении духа, Эдвин вовсю удивлялся героизму эльфа, и, изображая легкое недоверие, вытягивал из темного мельчайшие подробности схваток. Под конец беседы маг разошелся настолько, что, по даррийской традиции, предложил рассчитать, сколько и каких заклятий нужно выпустить в среднестатистического вампира, чтобы гарантированно уничтожить. Эдвин собирался перевести получившуюся схему в количество чистой магической энергии, распределенной по школам, но поймал недовольный взгляд Галатеи. Сообразив, что чересчур увлекся, волшебник демонстративно зевнул и засобирался домой.
***
Перешагнув порог своего домика, Эдвин сразу почувствовал, что он не один. Кто-то поджидал его в темноте гостиной. Стараясь не показать свой страх, молодой маг потянулся к ближайшей свече, параллельно проговаривая про себя защитное заклятье.
– Не бойся, это всего лишь я.
– почти шепотом произнес из темноты нежданный гость. Эдвин тут же узнал голос Элдрешена.
Эльф грациозно поднялся с кресла и помог магу зажечь остальные свечи. Наконец, всю комнату осветило уютное пламя, и Эдди недоверчиво уставился на своего незваного гостя.
"Уж не вообразил ли он невесть что", - обеспокоенно подумал Эдвин: "Кажется, я перекокетничал с ним. Ну, мужчины! Два раза улыбнешься, и всё - уже готов к употреблению".
Но темный выглядел непривычно: белоснежные щеки покрыл болезненный румянец, волосы спутались, руки чуть заметно дрожали, а из-за его широкого пояса торчал кусочек бумаги.
– Ну и что же ты хотел от меня, да ещё так срочно?
– первым нарушил затянувшуюся тишину волшебник.
– Эдвина...
– едва слышно произнес темный и покраснел ещё сильнее.
– Я...
Страшная догадка Эдди укрепила свои позиции. "Ну, сейчас я ему покажу", - зло подумал маг: "Будет на ком потренировать антивампирские заклинания". Волшебник в ярости сжал кулаки, но эльф, казалось, даже не заметил этого. Он встряхнул головой, будто отбрасывая сомнения, и немигающим взглядом уставился в глаза молодого мага.
– Эдвина, скажи, ты держишь клятвы?
Брови Эдди поползли на лоб от удивления, и он промямлил:
– Что? Ну конечно.
– Я написал тебе письмо. Но поклянись, что ты откроешь его только когда вернешься на поверхность. Ты ведь собираешься туда?