Граф Брюс
Шрифт:
— А во-вторых? — хмыкнул я. Первый довод скрепя сердце пришлось принять.
— А во-вторых, в соревнованиях крутятся очень большие деньги. Ставки — это только видимая часть.
— А невидимая — отмыв денег?
Лиса удивлённо посмотрела на меня. Будто я сказал что-то, чего не должен был. Похоже, зря я это спросил. Шестнадцатилетний граф не должен об этом знать. С другой стороны — я же нищий граф. Просто обязан быть в теме.
— И это тоже. Спонсорские деньги не всегда чисты, плюс для крупных меценатов предусмотрены хорошие скидки по налогам. Вложит какой-нибудь трест миллион в команду своего города, а в следующем году на три миллиона
— Каким это образом? — не смог я связать эти два факта. Как через спонсорство можно выиграть аукцион на разработку месторождения?
— Победив.
— Подожди…
— Наследнику престола, Его Высочеству Борису Андреевичу, очень понравилась игра команды «Стерх». — пояснила девушка. — Настолько, что он, склонив выбор отца в сторону нужной компании.
— Ну офигеть!
— Вот именно. Кроме того, не забывай, что «Сеча» — отличный клапан для сброса лишнего напряжения между крупными дворянскими родами. И лакмусовая бумажка для проверки лояльности. В общем, эти самые игры решают слишком много нужных государству задач, чтобы закрывать их из-за такого ничтожного процента летальных исходов.
— И вот в это меня засунули?!
— Ой, не говори ерунды! — рассмеялась лиса. — Районный уровень не ровня областному или общеимперскому! Здесь нет ни больших спонсоров, ни особых денег, только амбиции директоров школ и отдельных учеников. Соревнования проходят на ранге Подмастерья, редко кто берёт Воина в таком возрасте. Сам понимаешь, что с такими вводными погибнуть на турнире — нужно очень постараться.
— Ну хоть это радует. — немного нервно хохотнул я.
— Тем более что ты неплохо подготовлен. Я ведь наблюдала, как ты справился с этой троицей простецов.
— Ключевое слово здесь — простецы!
— Тем не менее. Троих противников, которые были старше и физически сильнее себя, ты вполне спокойно уделал. Если бы ворон не считал, то и лангета бы не понадобилась. — она указала на мою руку, висящую на перевязи. — Завтра сходишь на тренировку команды, посмотришь на них и поймёшь, что опасался совершенно зря.
Я некоторое время шагал молча, решая сказать ей про Алалыкина.
— В основном составе человек, который нанял этих троих.
— Умеешь заводить друзей, что я могу сказать. Что ж, это прекрасный способ с ним разобраться раз и навсегда. О, смотри, мы уже дошли!
В самом деле, за разговором с кицунэ я только сейчас заметил за очередным поворотом родную улицу. И решил продолжить выпытывать из эксперта по «Сече», раз уж она у меня под боком, нужные сведения.
— Слушай, а как сами соревнования проходят?
— По-разному. Ты же в килу играл? Ну, которая с мячом?
— Да, конечно! — забавно, но в моём родном мире такая же игра называлась американским футболом. Конечно, в неё уже давно не проводились никаких чемпионатов, но когда-то она была очень популярна.
— На районных отборочных этапах чаще всего используется разновидность килы. Две команды, тяжёлый мяч, который можно пинать, бросать и перемещать магией, и две крепости. Занос мяча в зону крепости — очко. Пять очков у команды — победа.
— И всё?
— Ну, полигон
— Какие?
— Во имя Аматэрасу, Ром-ром! — вдруг взбрыкнула лиса. — Тебя в сети заблокировали, что ли? Сам поищи! Всё, я пошла с Унием заниматься.
Толкнула дверь и скрылась в доме. В моём доме, вообще-то!
Глава 33
Остаток дня я решил потратить на то, что уже давно собирался сделать, но никак не мог взяться. То есть пойти, наконец, в больницу. Проклятые обстоятельства, будь они неладны! Только успел легализоваться и освоиться, как со всех сторон полетели удары — похищение деда, ханьская разведка, русские контрразведчики, наёмники, детские школьные разборки! Ещё и в дурацкую сборную по «Сече» записали, будь она неладна, на что тоже придётся тратить время, чтобы не привлекать к себе внимания.
Но с шести до десяти вечера у меня время имелось. Поздновато, но уж как есть. Поэтому перекусив, мы с лисой отправились в больницу. Точнее, в дом призрения — лечебное учреждение находилось под патронажем великого князя Алексея Николаевича Шереметьева, двоюродного дяди императора, и обслуживало самые бедные слои населения. Здесь бесплатно могли получить лечение сироты, оставшиеся без средств к существованию, пенсионеры, разного рода бродяги и тому подобная публика.
Выбор был сделан давно и по множеству причин. Во-первых, больница находилась буквально в двух шагах от дома. Во-вторых — контингент заведения был именно таким, какой и был мне нужен. То есть, люди, которые мало кому интересны, зачастую без родни и друзей. В-третьих, врачи здесь, по мнению деда, были настоящими коновалами. Больше отбывали на работе время, чем действительно лечили людей.
Для меня это значило, что при случае чудесного исцеления пациента, они с большей вероятностью облегчённо вздохнут, перекрестятся и быстренько выпишут пациента, нежели соберут консилиум и начнут выискивать причины этого феномена.
Но было ещё и в-четвёртых. Многие желающие сделать доброе дело (или очистить нечистую совесть) дворяне оказывали дому призрения помощь. Кто деньгами, просто переводя на счёт деньги, кто вещами и продуктами, а кто и личной помощью.
В большей степени последними были женщины из благородных родов. Преследующие как минимум две цели — как-то помочь нуждающимся, и засветиться на благотворительной деятельности. На фоне этих расчётливых барышень я и планировал затеряться. Никого же не удивит пришедший волонтерить граф, который к тому же сам не так давно был прикован к больничной койке.
Ринко мой мотив не очень поняла. Не спорила, но смотрела странно. Типа, ты же выжил, оправился после болезни, ну и радуйся! Зачем тащиться в эту обитель скорбей, какую вину в душе искупать? Давай лучше дома останемся, я с Унием позанимаюсь, ты тоже себе дело найдёшь.
Но одному идти не дала. Мол, хватит, я тебя уже одного отпустила, и вот что из этого вышло! А дед твой, между прочим, с меня, если что, спросит! В общем, загадочная ниппонская душа.
Главный врач больницы Евгений Ильич Фомин, несмотря на поздний час, ещё не успел уйти домой и согласился меня принять. Без особого интереса выслушал о причинах визита, слегка поскучнел, когда понял, что речь пойдёт не о спонсорской помощи, но покивал, и, не тратя время на разговоры, вызвал дежурного доктора.