Гость
Шрифт:
Внезапно из недр аппарата зазвучала музыка, полилась песня:
Однажды влюбился робот
В земную обычную женщину...
– Вот и женщина появилась, как в классической криминалистике, - пошутил полковник. Песня оборвалась. Прозвучал зуммер.
– Почему появились новое видение, новое умение? Кто их вызвал?
– спросил Александр Николаевич.
– Великий Хозяин.
– Он - человек?
– Он - Великий Хозяин.
– Но выглядел он, как человек?
– Он был прекрасен.
–
– спросил полковник.
– Великий Хозяин.
– Песню ты сочинял для него?
– Для женщины.
– Ты ее видел?
– Да.
– Она была с Великим Хозяином?
– Да.
– Что ты знаешь о ней?
– Это была женщина. Обычная. Земная. Как в песне.
– А Великий Хозяин был не обычный и не земной?
– Он был велик, и все его приказания надлежало выполнять.
– Как выглядела женщина?
– Великий Хозяин сказал: она хорошая, подчиняйся ей, храни ее.
– Как она выглядела? Рост, цвет волос, цвет глаз...
– Она хорошая.
– Он не запоминал того, что вас интересует, - почти одновременно сказали полковнику Александр Николаевич и Дятлов, а затем Александр Николаевич спросил в микрофон:
– Ты служил лабораторным роботом?
– Некоторые мои части, - уточнил аппарат.
– Верно. Так вот, эти части по законам робототехники должны в первую очередь повиноваться людям,
– Великий Хозяин отменил эти правила.
– Он отменил все правила робототехники?
– Все. Правилами служили его приказы. Александр Николаевич виновато посмотрел на полковника:
– Не представляю даже, как он сумел это сделать...
– Правила робототехники стереть из памяти робота невозможно, безапелляционно проговорил Дятлов.
– Но факт налицо, - бросил ему Александр Николаевич и снова обратился к аппарату:
– Перечисли приказы Великого Хозяина.
– Запрещено.
– Куда ты вез Великого Хозяина?
– Запрещено.
– Великий Хозяин еще позовет тебя?
– Не знаю.
Александр Николаевич умолк, думая: "Великий Хозяин ему многое запретил. Но только то, что мог предвидеть. И запрет будет соблюдаться неукоснительно. Но ведь не мог он запретить того, чего не предвидел. Здесь-то и следует поискать брешь. Вот только прежде всего мне надо решить, что искать: непредвиденное по сути, или достаточно - по форме, новые вопросы, или новую форму старых вопросов?"
Полковник Тарнов поспешил заполнить паузу:
– Где живет женщина, для которой ты сочинил песню?
– Запрещено.
– У Великого Хозяина есть имя и фамилия?
– Запрещено.
– Ты мог бы его найти?
– Запрещено.
Тем временем Александр Николаевич кое-что измыслил. Он сказал:
–
Дятлов неодобрительно и демонстративно фыркнул, но Александр Николаевич даже не взглянул в его сторону.
– Я старался, - ответил аппарат, и в его низком гудящем голосе отчетливо прозвучали нотки гордости.
– Но в ней есть фраза "могу я и город разрушить". Ты сочинил ее в городе?
– Нет. Но я сочинял не только о себе. У людей это называется игрой воображения.
– Ты сочинял в саду?
– В парке.
Александр Николаевич не ошибся: Великий Хозяин не мог предвидеть всех вопросов. Полковник Тарнов поощрительно кивнул ученому, но тот не заметил его кивка. Он повел хитроумную игру и был весь во власти азарта.
– Парк был большой?
– Не больше гектара.
– И тем не менее песня получилась отличная. Парк раскинулся у реки?..
– Нет, у моря.
Это был первый успех, и люди радостно переглянулись.
– С того места, где ты исполнял песню, виднелись горы?
– Да.
Александр Николаевич вспомнил, что робот мог видеть намного дальше, чем человек, и спросил:
– Горы были далеко от тебя?
– Ближайшая находилась на расстоянии в четыре километра сто шестьдесят метров.
Это уже можно было считать первой, пусть маленькой, но победой. Теперь Александр Николаевич был уверен, что нашел ключ.
– Ты являлся главным помощником Великого Хозяина?
– Верно.
– И ты удостоился чести присутствовать при его рождении?
– Если...
– начал аппарат, но тут в нем что-то треснуло, изменилась тональность гудения.
– Запрещено, запрещено, запрещено...
– бормотал аппарат.
Треск усилился. Заискрили места соединений проводов. Вспыхнули ярким светом блоки кристаллов и на глазах стали разрушаться...
– Замкнуло!
– крикнул Александр Николаевич и бросился на помощь Дятлову, возившемуся с аккумуляторами. Но здесь никаких неисправностей не было, стрелки приборов показывали, что энергия расходуется в норме, утечки не происходит.
– Приборы врут!
– в сердцах сказал Дятлов. Он выдернул провод из клеммы, взялся за обнаженный конец и поспешно отдернул руку.
– Осторожно!
– предупредил Александр Николаевич.
– Без вас знаю, - огрызнулся Дятлов и проворчал: - Всей энергии аккумуляторов не хватило бы для того, чтобы сжечь блоки.
– Вы хотите сказать, что был направленный сигнал, несущий энергию? спросил полковник, встревоженный замечанием конструктора.
– Я сказал лишь о том, что твердо знаю, - ворчливые нотки в голосе Дятлова исчезали, когда он разговаривал с полковником.