Город

Саух Виталий Анатольевич

Он отнял одну руку от руля и с силой стал растирать покрасневшие глаза. А в следующий миг, когда он открыл глаза рядом с ним в окне появилась фигура подростка, со скальпом небрежно свисающим на левую часть его лица — должно быть он сам того не осознавая сбросил газ и дал тому возможность взобраться на подножку автомашины.

Всеволод в ужасе отстранился от нежданного попутчика, однако не решился бросить руль и именно в его левую руку продолжающую удерживать баранку вонзил свои кривые зубы обезображенный подросток.

Место укуса вспыхнуло нестерпимой болью.

В панике Всеволод начал выталкивать обезумевшего паренька в окно совершенно забыв о управлении, и это было совершенно неудивительно, так как по ощущениям это было можно сравнить лишь с тем, как голыми руками выталкивать обезумевшую собаку — вряд ли любой на его месте думал бы о чём-нибудь другом, кроме собственно безопасности. Однако Всеволод нашёл время для того чтобы бросить взгляд через лобовое стекло. Сделал он это как нельзя вовремя, так как его машина стремительно шла на таран с одной из заправочных колонок. Для того чтобы избежать столкновения Всеволод вновь был вынужден взяться за руль и в тот же миг безумный парень отпустил его руку, для того чтобы тут же вонзить свои зубы ему в шею.

Взвыв от нестерпимой боли и ужаса, Всеволод совершенно забросил управление, и, упираясь обеими руками, стал отстранять от себя паренька.

Кровь из раны ручьём струилась на грудь на штаны и дальше на пол.

В отчаянии, упираясь ногами в пол, Всеволод случайно нажал на педаль газа и, взревев, никем неуправляемая машина, пронеслась мимо колонки всего лишь в нескольких сантиметрах.

Из горла Всеволода вырвался крик нестерпимой боли, когда ему удалось оторвать от себя паренька с изрядным куском плоти в зубах и вышвырнуть его за пределы кабины.

В ту же секунду кровь под чудовищным напором начала покидать его тело, окрашивая лобовое стекло и весь салон в нестерпимо красное.

А в следующий миг автоцистерна на полном ходу въехала в огромный резервуар, и всё вокруг поглотило ненасытное пламя.

ГЛАВА 6

Полдень

Вряд ли она сама могла это осознать, но, похоже, что именно грохот далекого, и вместе с тем, невероятно мощного взрыва, вырвал её из оков тяжёлого забытья, при этом она даже не услышала отчаянное дребезжание стекла под напором ударной волны.

Какое-то время в мельтешении тёмных пятен пред глазами она вообще не могла понять, где же она находится. Затем зрение немного прояснилось и Евгения с облегчением распознала в окружающей обстановке свою собственную спальню. Воспоминания о минувшей ночи, казалось, начисто были стёрты из её памяти, но радовало хотя бы то, что она находится у себя дома.

Попытка что-либо припомнить о вчерашнем вечере в кафе и его бурном продолжении вызвала приступ сильнейшей головной боли. Если говорить откровенно, то любая умственная деятельность вызывала у неё острую мигрень.

Как бы Евгении этого не хотелось, но, похоже, всё шло к тому, что она вынуждена будет встать и отыскать в домашней аптечке

что-нибудь от головной боли иначе она просто не выдержит этой пытки.

Евгения попыталась приподняться с кровати, но её ноги тут же подкосились от невероятной слабости и она с тяжким стоном, опустилась обратно. Решив немного посидеть на кровати, для того чтобы собраться с силами, Евгения опустила случайный взгляд на скомканную постель, при этом ей удалось разглядеть измятой простыни следы уже засохшей рвоты — похоже, что вечерок выдался тот ещё.

От вида ночной рвоты ей вновь сделалось дурно, и Евгения поспешно отвела взгляд в сторону, а если точнее, то на свои ноги. Здесь её тоже не ждало ничего хорошего — ноги были черны, словно она ходило по улице босиком (хотя так, скорее всего, и было на самом деле — и если это правда, то с совершенно новыми туфлями, купленными всего лишь на прошлой неделе можно смело попрощаться). Помимо грязи на ногах так же имелись следы вездесущей засохшей блевотины.

«Мерзость», — невнятно пробормотала Евгения и вновь попыталась встать. На этот раз её попытка удалась — должно быть вид плачевного состояния в котором находилось её тело придал ей сил.

Сначала выпью пару таблеток аспирина, а потом немедленно в душ, решила Евгения.

Нетвёрдой походкой она направилась к кухне, стараясь придерживаться стены, на которую в случае чего можно было бы опереться. Добравшись до аптечки Евгения, отыскала аспирин и, не считая, высыпала на ладонь несколько таблеток. Затем налила в литровую банку, стоящую у раковины, холодной воды из-под крана, отправила таблетки в рот и тут же осушила наполненную до краёв емкость.

После этого Евгении стало значительно лучше.

Ей полегчало настолько, что она даже осмелилась немного приоткрыть плотные шторы, для того, чтобы выглянуть в окно выходящее на стадион, принадлежащий школе № 10, но дневной свет болезненно резанул по глазам, вызвав очередной приступ головной боли, и Евгения поспешно вернула шторы на место.

Уже на подходе к ванной комнате сдвоенной с туалетом Евгения почувствовала в животе бурление и решила, прежде чем принять душ, мимоходом сделать ещё кое-какие дела.

Подняв крышку унитаза, Евгения подняла подол платья, намереваясь спустить вниз плавки, однако, этого не требовалось — прошедшей ночью кто-то уже сделал это за неё. Похоже, что про ярко алые кружевные трусики с кружевной окантовкой тоже придётся навсегда забыть, также как и новых туфельках.

Сев на седло унитаза, Евгения между делом изучала свои бёдра, покрытые белыми пятнами — она слишком хорошо знала после чего появляются такого рода пятна, но вот незадача, как бы она ни старалась, хоть убей, но припомнить каких-либо подробностей вчерашней бурной ночи совершенно не могла.

После того, как Евгения обнажилась, для того чтобы принять душ она обнаружила ещё несколько неприятных сюрпризов — на её теле появилось несколько тёмных синяков. Теперь какое-то время придётся ходить в брюках и рубашке, закрывающей ноги и руки до кистей.