Город ящеров
Шрифт:
Но я плакала. Я схватила его за плечи, не зная, что делать дальше. Он позволил мне подержаться за него несколько секунд, а потом вежливо оторвал от себя…
— Лин, — сказал с некоторым раздражением, — не стоит. Мне будет… тяжелее. Не давай мне надежду…
Мои глаза бегали. Метрах в пятистах от моста стояла патрульная машина. Уверена, они смотрели на нас сквозь увеличители, но не смели приблизиться — судью Руанна даже в простой одежде не узнать сложно.
— Руанн… Руанн…
Он отошёл, в то время как я продолжала стоять
— Что вы, земляне, говорите в таких случаях? До встречи, Лин.
И двинулся по мосту. А я осталась стоять на том же месте, как настоящий человек, закованный в игрушечное тело, — тело, неспособное двигаться, неспособное сопереживать.
Он шёл по мосту. Шум воды перекрывал остальные звуки. Светало. Каждый шаг приближал его к смерти.
Эта история закончится хорошо… Эта история закончится хорошо… Эта история… Я упала на колени. Спрятала лицо в ладонях. И не знала, что сделать, чтобы панический страх ушёл.
Жалела себя.
Ненавидела себя.
Но не сделала ничего, чтобы предотвратить смерть судьи!
Трусливая сволочь!
Мне было некуда бежать. Не осталось в моей голове потаённых уголков, где я могла спрятаться. Только мир, в котором существует Руанн. А без него…
Не могу… не могу…
Осознание содеянного было как вспышка. Как болезненная стрела в шею, грудь, ноги, лицо, нос, пальцы. Осознание его скорой смерти как будто запустило во мне новый виток механизмов. Все установки, все правила отошли на второй план. Над всеми этими проблемами возвысилась одна, самая главная — мир без моего судьи!
Он шёл. Уверенно, не сомневаясь. Шёл к своей смерти.
— Руанн… Руанн… Проклятый судья, остановись! — кричала я. — Руанн!
От земли исходил холод. Руки замёрзли, колени запачкались. А мост сверкал — на нём был установлен подогрев.
Я поднялась… потому что слишком часто плакала, и это ни к чему не приводило. Это лишь трата сил.
— Руанн! — закричала я и двинулась ему вслед. Он обернулся. Увидел меня. И тогда… тогда на его лице появилась улыбка, которой у великого судьи попросту быть не должно — шальная, искренняя, свободная и свежая, как ветер в лесу.
— Руанн!
Я побежала к нему, и кожа чесалась от желания обнять моего судью… моего мужчину… Мужчину, которого я…
Ну же, договори… додумай эту мысль!
Мужчину, которого я…
Мужчину, которого я ЛЮБЛЮ!
— Руанн!
Сколько сил мне понадобилось, чтобы осознать правду. Только страх его потерять вынудил меня посмотреть правде в глаза. Без этого я бы никогда не позволила себе думать, что могу любить ящерра. Ящерра, который стал кошмаром «Станции 5»… который разрушил Мыслите.
— Руанн!
Он успел сделать шаг мне навстречу. Ближе, Руанн, подойди ко мне…
И тогда… хлопнул выстрел — один чёткий выстрел, которого я не увидела и не услышала. Это длилось недолго — секунды. Мой мужчина смотрел на меня с застывшей, по-прежнему шальной и
Я застыла. Передо мной как будто выросла стена. Я не могла ступить и шагу вперёд. Закрыла глаза и не верила… не верила, что это произошло.
Не может быть! Не может быть!
Это всё неправда!
Неправда!
— Руа-а-а-а-а-анн!
Это было моё первое слово, произнесённое на ящеррином… сознательно. Его имя. Это было просто, по-настоящему просто. Если захотеть.
Я не подходила ближе. Не хотела, не могла, не смела. Даже на расстоянии видела, что тело его не двигается.
Он был мёртв!
Руанн был мёртв!
Судья Руанн был мёртв!
Единственный способ убить ящерра — выстрелить из брыча. Дорогая штука, тяжело найти, и стрелять можно только с близкого расстояния. Заряжать сложно, в бою на это попросту нет времени. Да и ящерры быстрые, они умели отбивать пули, тем же хвостом.
Руанн не защищался. Он позволил брычу попасть в тело. Исход — известен.
Я не могла рассмотреть след от выстрела — была слишком далеко. Но знала, что он есть… А это значит…
Я оперлась о край моста. Ноги отказывались повиноваться, а мозг — верить. Мне нужно было время…
Выстрел — был… А это значит…
Что это значит, Лин? Скажи, признайся, пойми! Ну же, дура, сволочь, скажи, к чему привели твои действия?! Что это значит, аморфная дрянь?!
«Это значит, — спокойно констатировал голос внутри меня, — что великий судья Руанн умер. И в этом виновата ты».
Глава четырнадцатая
Конец
Не знаю, были ли где-то люди. Был ли звук, был ли мост. Всё, что я слышала, — шум в ушах. Видела тело Руанна, распростёртое на брюхе моста, и маленькую лужицу крови рядом с ним.
Я схватилась рукой за поручень. Из-за того, что ладошка была мокрой, я поскользнулась, железная перекладина больно ударила по плечу, но я даже не ощутила этого.
К судье подбегали люди — те самые, которых нигде не было, когда в него стреляли. А я лишь смотрела на всю эту суету, а потом — на небо. Оно было по-настоящему весенним.
Я оглянулась вокруг. Очень красиво. Как будто за ночь исчезла вся слякоть, весь холод. Или я пропустила всё это? Лишь величественный мост, шум водопада и, кажется, бескрайние просторы воды. Как всё это могло поместиться в одном городе, так близко к Маятнику? Почему вокруг так много воды?
На меня не обращали внимания. Количество людей увеличивалось, они суетились вокруг Руанна. Откуда они взялись, эти люди? Ещё минуту назад их не было.
Я стояла неподалёку и слушала собственное дыхание. Понимала — мне нужно отсюда убираться. Но куда? Имеет ли смысл уходить без Руанна?