Город Леиматри
Шрифт:
– Ты - фанатик!
– топнул ногой розоволосый.
– Я верен своему долгу. Твое дело подчиняться!
– Да кто ты такой? Мы с тобой наравне, если забыл. Мы - помощники Ангириума, наделенные одинаковой властью.
Их окружил дикий рык соплеменников. Волки принимали сторону сильнейшего, как и велит инстинкт. Но вступить в спор архистражи не успели: из-за стены, той самой - молчаливой и неприступной - вышел мужчина. Каждое его движение было преисполнено жеманности. Свободная правая рука
– Матвей!
Реакция последовала мгновенно: неуправляемый гигант бросился на долгожданную жертву. На лету он превратился в свирепого зверя, оголившего двадцатисантиметровые клыки и выставив мощные лапы. Но они не достигли цели. Волк, визжа и клацая, рухнул на землю, отброшенный невидимой силой.
– Ты хотел меня убить?
– негромко спросил хранитель. Он незаметно улыбнулся, показывая наигранное удивление.
Эмортдей превратился в человека и сплюнул кровь. «Это невозможно!» - испугался он, вытирая красную струю, но виду не подал. Встал, расправляя широкую спину, выровнял дыхание.
Враг смотрел свысока.
– Не буду спрашивать, кто вас послал, - продолжил он, оглядывая многотысячную стаю.
– Ангириум ведь так сильно любит вас. Он никогда не станет рисковать вами. Так?
Все сказанное злило Эмортдея. Архистраж понимал: этот наглый предатель недосягаем. Его могущество сравнимо с могуществом самого творца. Он отразит сотни ударов, проглотит их силу.
«И на что мы рассчитывали?
– сокрушался теперь архистраж, с трудом переборов внутренний страх.
– Матвей нам не по зубам. О чем думал Ангириум, посылая нас сюда?»
– Ты проиграешь, Матвей! Не губи людей, сдай Город. Клянусь, мы казним тебя гуманно. Ты один, а нас - тысячи! Оглянись. Твоя погибель в двух шагах. Пощади горожан, они не должны страдать!
Хранитель одарил его уничижительным взглядом - это было понятно по вздернутой голове, и некоторое время совершенно не шевелился. Рассвет облил его точеную фигуру золотом. Слепящее солнце озарило идеально ровный горизонт и огненной дорожкой пролегло прямо к его ногам.
Он глубоко вдохнул этот мир.
Пейзажи вне Города пестрили и оживали. Но никто этого не замечал. Волки были напряжены, готовы к атаке в любой момент. Однако архистражи, первые учуявшие, что им не справиться, не торопились на верную погибель.
– Кто тебя надоумил, Матвей?
– вступил в беседу Исаим. Он был гибок умом и раньше Эмортдея понял - врага так просто не схватить. Нужна хитрость.
– Мы ведь понимаем - сам бы ты не додумался до подобного. Хранители наделены средним умом, но большой преданностью. Сдай злодея и, возможно, мы пощадим тебя, изгоним из наших рядов, сделаем человеком. Это не самый плохой исход.
Хранитель издевательски рассмеялся, раскинул руки в стороны и обратился к небу. Ввысь
– Слышал, Ангириум? Твоя прислуга диктует мне условия. Мне, - ощетинился он, - самому могущественному существу на планете. Выходи, Ангириум, выходи из света, окунись в мир смертных!
И расхохотался, забавляясь. Однако настроение его резко изменилось, когда по небу пронесся гром.
– Ангириум рано или поздно сделает то, что задумал. И ты умрешь первым, - обратился он к Эмортдею.
– Не скрою, твоя верность импонирует. На моей стороне у тебя больше шансов выжить.
– Это предложение?
– архистраж невольно улыбнулся.
– Ты серьезно?
Хранитель лениво обошел его, повернулся спиной и некоторое время молчал. Ему нравилась власть над этой ситуацией, он упивался каждым мгновением. Эмортдей же терпеливо ждал, ощущая на затылке магнетическую силу, исходившую от недруга. Как будто кто-то щекотал его мысли. А они были чисты. Архистраж никогда не сомневался в Ангириуме и его политике, всегда слепо выполняя любые приказы. Так было с самого начала, так будет до конца. Иерархия непоколебима.
– Его вечное стремление к совершенству мира, от которого он целиком и полностью зависим, сравнима с безумием. Согласен?
– Он, в отличие от тебя, никогда не давал повода усомниться в его любви к нам, - вспылил Эмортдей. Он твердо стоял на ногах, хотя все еще был слаб. В его взгляде была искренняя ненависть.
– А я давал?
Эмортдей умолк. Ангириум, и, правда, иногда казался одержимым своими идеями. Люди поработили его сознание. Он готов был пожертвовать чем угодно ради их благополучия.
«За последний год шестеро наших погибли на службе, защищая смертных, - с горечью вспомнил архистраж. Хранители никогда не задавались вопросом, в чем смысл их существования. Каков замысел творца на их счет? Молчаливое исполнение приказов?
– А ведь верно. Ангириум трясется над людишками, но наши судьбы его мало интересуют. Наша вечная борьба против пороков в нынешней реальности доходит до абсурда. Сознание человека уже так просто не поддается влиянию. Если раньше было возможно внушить преступнику, что он отличный лесоруб и в этом его предназначение, то теперь приходится стирать им память. Иначе со злостью не справиться. Но кому это интересно? Разве что Матвею...»
– Ты полон сомнений, друг мой, - констатировал хранитель.
– Решайся, это судьбоносный момент.
Чтобы свергнуть нынешнего владельца Занебесья, необходимо было действовать особыми методами. И у кандидата на место Ангириума было весомое преимущество - его гипнотическое влияние. За последнее время он переманил треть хранителей на свою сторону. Высшие шли за ним, вдыхая шлейф войны.
«Неужели все они хотят кровопролития? Знаю, создатель смотрит сейчас на меня. Меня, растерянного глупца, который, словно ведомая овечка, заглядывает в пасть ко льву», - терзался Эмортдей. Но в ответ на предложение смачно сплюнул в сторону неверного и отвернулся к своим.