Город Леиматри
Шрифт:
«Новички», - сразу понял он.
– Мне нужно поговорить с тобой. Срочно, - уже спокойно произнес Эмортдей, подозрительно осматривая хранителей.
– Я понял, - прохрипел Ангириум.
– Алмири, оставьте нас. С ним.
Он безучастно указал на Эмортдея, призывая к себе.
– Демолесму остаться?
– холодно спросила хранительница.
– Идите вон!
– приказал разъяренный архистраж.
Но
– Ясно, - так же отстраненно ответила Алмири. Ее абсолютно не волновал тон Эмортдея. Она резко развернулась и ушла, увлекая за собой Демолесма.
– Ты не должен так неприязненно относиться к ним, - пробурчал Ангириум, поймав недовольный взгляд Эмортдея.
– Не понимаю, почему ты вообще создал их. Они не похожи на хранителей.
– Это не твое дело. Вы плохо справляетесь с моими приказами, поэтому пришлось поручать важные дела кому-то другому.
– Важные дела?
– архистраж взорвался от эмоций.
– Я едва не погиб, ведя переговоры с Матвеем!
Эмортдея сильно зацепило отношение Ангириума. Он вспомнил слова их общего врага и как никогда ощутил нелюбовь творца. Даже хотел скрыть послание из Города, но преданность, впитавшаяся в кровь за тысячелетия, брала верх.
– Ты ведь разговаривал с ним?
– наконец, спросил Ангириум.
– Да, я был в его Городе, - сухо ответил архистраж.
– Я знаю, ты не одобряешь разговоры с Матвеем, но у меня важная информация.
– Это не оправдывает твой поступок, - грубо перебил Ангириум, выдавливая фразы.
– Матвей знает, что ты, мой самый преданный архистраж, попытаешься отмстить за то унижение, которое мне пришлось испытать на собрании. Ему оставалось только спровоцировать, а ты, как послушный раб, бросился на верную смерть. А после, великодушно сохранив тебе жизнь, пытался переманить на свою сторону, как и многих других. Хранители, они предают меня.
– Знаю, но большая часть осталась на твоей...
– Это дело времени, Эмортдей.
– осек Ангириум. Его голос был почти не слышен.
– Он нашел общего создателя, - архистраж взял руку творца и нежно, по-сыновьи, погладил ее.
– Ангириум, нам надо любыми способами заручиться его поддержкой и вернуть твою оболочку.
– Он не говорил, как отыскал его?
– Нет, но, уверен, есть шанс объясниться перед прародителем. Мы ничего плохого не сделали. Это Матвей развязал войну, устроил хаос на земле.
Ангириум немного помолчал. Он попытался пошевелить шеей, но позвонки срослись. Омертвевшее тело доставляло массу неудобств.
– Это все?
– неожиданно спросил Ангириум. В его голосе чувствовалось нетерпение.
– Да, - кивнул Эмортдей.
Он с опаской посмотрел на Ангириума.
–
Хранители послушно приблизились к трону. И тут Эмортдея ударило током. Он, посмотрев на новых хранителей, наконец, все понял.
– Значит, Матвей был прав, - вымолвил он. Во рту пересохло.
– Нет, Эмортдей. Но, поговорив с нашим врагом, ты сам себя подставил. Или он тебя, выбирай. Я не могу сохранить тебе жизнь и отпустить. Ты слишком много знаешь.
Эмортдей упал на колени. Все его попытки встать были тщетны - им управляла сила Ангириума.
– Я был верен тебе до конца, - ища слова, прошептал архистраж.
– И только сейчас понял, что это ты нас всех предаешь, а не мы тебя...
– Не будь так несправедлив по отношению ко мне, - хрипел Ангириум.
– Я всего лишь хочу мира на земле.
– Это ты называешь миром?
– Эмортдей с непониманием посмотрел на него. Он не верил собственным ушам.
– Ты разрушаешь все...
– У каждого своя правда. Так умри за свою.
– Твое последнее слово, - предложила новенькая.
Архистраж промолчал.
Алмири протянула когтистую волчью лапу к Эмортдею и легко пронзила плоть. По щеке архистража скатилась скупая слеза, но он принял смерть достойно, не отрывая взгляда от повелителя. Жаль, тот не смог оценить такой жертвенности. Ангириум издал последний вдох и покинул оболочку.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ СУМАСШЕДШИЙ ПЛАН
– Эй, ты съела мое мороженое!
– Смирнов с претензией посмотрел на Софу, облизывавшую ложку с его десертом.
Ребята сидели в полумрачном подвале, день был в самом разгаре.
– О, Лева, не в мороженом счастье! Счастье осознавать, что оно досталось дорогому тебе человеку. Ты теперь можешь наслаждаться моей великой благодарностью, - усмехнулась девушка и, вздернув носик, встала с кресла.
Мирон и Крис прыснули, переглядываясь. Через секунды их взгляды стали острыми и каждый поскорее занялся своим делом. Громов дочитывал «Идиота» Достоевского. На роман он потратил полтора часа. Ильева вдруг обнаружила, что может играть на пианино не хуже Шопена. Она даже не смогла толком уснуть, так ее мучила музыкальная жажда, и откуда-то притащила тяжеленный рояль.
– Да, я польщен. Не каждому достается твоя великая благодарность!
– передразнил ее Лева, стряпая пиццу.
Раньше верхом его кулинарных способностей был заваренный из пакетика чай, но тут вдруг неожиданно захотелось готовить. Пока Крис искала раритетный клавишный инструмент, он установил духовой шкаф, припер холодильник для хранения продуктов и всевозможную кухонную утварь. Софа же научилась садиться на продольный шпагат, делать сальто и стоять на голове. В эти стуки каждый из ребят заметил у себя странные способности. Один Гронский еще не спускался. После вчерашней репетиции он заперся у себя и ни с кем не общался.