Город чужих желаний
Шрифт:
– А что будет, если вас поймают?
– поинтересовался Гоша.
– Не знаю, - Кит пожал плечами, - расстреляют, наверное.
– За что?
– ахнула Арина.
– Мы - сексуалисты, - сказал Кит.
– Только не путайте с гомосексуалистами, этих мы сами не любим. Да. Свободная любовь. Слыхали?
Арина кивнула.
– Ну вот. Нас никто не любит, ну и мы платим тем же. Я же говорю.
– Неужели вот за это можно расстрелять?
– поразилась Арина.
– Да ты что, с луны упала, что ли? Они безвинных стреляют, а для нас устроят показательную казнь, с помпой, с рекламой. В назидание другим, значит. Я же говорю.
– А соседи?
– спросил Гоша.
–
– Соседи?
– Кит улыбнулся.
– Нет. Соседи - добропорядочные граждане. Нас они не выдадут, потому что у нас они вот тут - Кит показал жилистый кулак.
– Они все тут побывали и у нас есть фотографии. Соседи не выдадут, им еще жить не надоело. Я же говорю. Белка, да ты накинь что-нибудь, неудобно, гости, все-таки.
Белка послушалась, прикрылась простынью. Между тем совсем рассвело и в комнату пробрался пыльный солнечный луч, осветил выбеленную стену. Сексуалисты начали просыпаться, ворочаться, переговариваться. Кит посмотрел на часы.
– Пол шестого, - сообщил он.
– Сейчас мы все уйдем, вы останетесь одни. Можете отсыпаться.
А Белка сказала:
– Жалко, что мне на работу. Я бы тебя соблазнила, крутой парень она встала, отбросила простыню, подошла к Гоше вплотную, и у Гоши захватило дух.
– Белка, - укоризненно, сказал Кит.
– Я же говорю.
– Ладно, ладно, - усмехнулась Белка.
– Я бы прогуляла, но у меня начальник - сволочь, уволит сразу же. Я же говорю, - передразнила она Кита и показала ему язык.
Кит улыбнулся.
– Не обращайте на нее внимания.
– Как это?
– возмутилась Белка.
– Как это не обращайте внимания? А ну, извинись!
Кит обнял ее за талию и чмокнул в живот.
– То-то, - сказала Белка. Она подошла к стулу и стала искать свою одежду. Сексуалисты все были молодыми, среди них оказалось много подростков. Они одевались, перебрасываясь шуточками и не обращали внимания на посторонних. Парни шлепали девушек по задам, кто-то спрашивал: "Кто взял мой лифчик?", другой гудел: "Сойди с моих штанов, вертихвостка!"
– Дурдом, - тихо сказал Гоша.
Арина кивнула.
– А?
– спросил Кит.
– Да это я так, - отмахнулся Гоша.
– Ну. Мне придется вас закрыть. В коридор вам выходить не стоит, соседи могут донести, я же говорю, так что насчет туалета... Во! Я принесу вам ведро. Он убежал, а Гоша подумал, что скорее он лопнет, чем будет делать в ведро при Арине. Сексуалисты, гомоня, разошлись. Белка, уходившая последней, послала Гоше воздушный поцелуй. Гоша отвернулся, Белка хихикнула.
– Дурдом, - повторил Гоша.
Пришел Кит, поставил помятое жестяное ведро в углу, виновато улыбнулся. Арина вздохнула.
– Я пошел, - сказал Кит.
– Будьте как дома. Так я вас запру?
Гоша кивнул и Кит удалился. Щелкнул замок. Гоша поднялся, размял ноги, сделал из матрацев два ложа и пригласил Арину лечь. Они легли. Гоша подумал о Белке, и со стыдом признался себе, что не будь рядом Арины, Белка его соблазнила бы. Он мысленно плюнул, обругал себя последними словами. Но он просто не мог не думать о Белке, это было выше его сил. Он открыл глаза, встряхнул головой. Бесполезно. И тогда он сдался, и стал думать о Белке, и перед глазами стояла она, обнаженная, зовущая, насмешливая. Как она подошла к нему вплотную... И какие у нее красивые ноги... О! Уснуть бы скорее. И сон пришел, и во сне они с Белкой шли по бесконечному светлому коридору, взявшись за руки, и она была в восхитительном белом платье, и счастливо улыбалась. Все было бы чудесно, если бы над ухом не бубнил назойливый голос: "Робость - девятнадцать процентов. Стесненность в общении - двадцать семь процентов. Скованность -
– Гоша! Гоша, что с тобой? Гоша...
Он открыл глаза. Над ним склонилась Арина.
– А? Что? Я, кажется, заснул.
– Ты кричал и метался. Приснилось что-то нехорошее?
– Да, пожалуй. Ффу-у! Который час? Уже три... Ты поспала? Хорошо.
Он откинулся на матрац, закрыл глаза. Белка ушла в какую-то дверь, в которую он никак не может пройти. Почему? Он почувствовал, что никогда больше ее не увидит, и ему сделалось так тоскливо, что захотелось завыть. Он сжал кулаки. Что же это? Он влюбился в проститутку? Стоп, никакая она не проститутка, проститутка получает деньги, а Белка... Для чего же она здесь? Ну, не проститутка, так шлюха. Влюбился в шлюху. Банально. Пошло. Влюбился в шлюху. Интересно, почему мужчин так тянет к падшим женщинам? Почему он не влюбился в Арину, порядочную, правильную Арину, которая делает испуганные глаза, когда видит Белку и ей подобных? Ведь когда-то он так хотел с ней познакомиться, так тянулся к ней, а когда это желание исполнилось, вдруг потерял к ней интерес. Почему? Гоша долго лежал с закрытыми глазами и думал. Останусь здесь, дождусь Белку и уведу ее отсюда. А Арина? Разве я не ответственен за Арину? Она ни за что не захочет остаться, это можно сказать совершенно определенно. Придется идти с ней. А куда? Куда идти? И надо ли идти?
Послышалось шуршание и звяканье ключей. Кто-то открывал дверь. Белка? Но это была не Белка. В комнату вошел Кит.
– Привет. Ну как? Отдохнули? Я тут вам пожрать принес, - он поставил на пол полиэтиленовый пакет с полуголой красоткой.
– Налетайте, а я сейчас.
Кит вышел. Гоша взял пакет, посмотрел. Булка хлеба, две банки каких-то консервов. Гоша разломил хлеб, передал Арине. Появился Кит с кухонным ножом и двумя алюминиевыми вилками, присел рядом, стал открывать одну из банок. В банке оказалась говяжья тушенка. Кит открыл вторую, плоскую, со шпротами.
– Лопайте, ребята, - сказал Кит, улыбаясь.
– А ты?
– А я уже. Лопайте. Я же говорю.
Арина крошила хлеб на мелкие кусочки, ела вяло, без аппетита.
– Слушай, Кит, - сказала она.
– А есть у вас тут что-нибудь светлое?
– Есть, - Кит повернулся к ней.
– Светлый квартал. Там мечтатели живут, чокнутые.
– А где это?
– А я покажу, как дойти. Вот поешьте и идите. Ваше дело закрыли.
– Что-то больно быстро, - хмуро сказал Гоша.
– А ты думал! Тут после вас еще десятка два преступлений совершилось, а милиционеров у нас не хватает. Вот если бы вы убили кого-нибудь, тогда вас дня два-три искали бы, а так - закрыли и все тут. Я же говорю.
– Спасибо тебе, Кит, - сказала Арина.
– Угу, - подтвердил Гоша.
– Ты нам здорово помог.
– Пустяки, - Кит махнул рукой.
– Почему бы не помочь хорошим людям.
– Гоша, пойдем?
– сказала Арина.
– Угу, - Гоша нехотя поднялся.
– Погоди, - остановил его Кит. Он подошел к стулу, на котором оставался небольшой ворох одежды, порылся в нем, вытащил серый в клеточку пиджак.
– На-ка вот,надень. А то твои пушки за версту видно. Портупею тебе надо, да нету.