Горизонты вечности

Бриз Евгений

– Почему?

– Париала нет на месте, – проговорил кто-то ещё.

И только? Из-за его отсутствия весь сыр-бор? Да может Уллса прихворал, с кем не бывает.

– Такого никогда не случалось прежде, – пояснил мне Сумволь, уловив удивление. – Овилла жил и работал в этом здании.

– Кажется, я знаю, в чём дело, – мысленно ответил я Сумволю. – Его постигла твоя участь. Один из моих помощников завладел телом париала.

– Почему же вчера он не откликнулся на твоё послание? – спросил Сумволь.

– Если он не покидал центра,

то просто-напросто не видел его. А вот почему пропал накануне лекции – другой вопрос. Как бы один из этих олухов не напортачил. – Я покачал головой, затем обратился к ученикам: – И что будем делать?

Все молча покосились на Таксэна, негласного лидера группы. Тот изобразил задумчивость, будто взвешивая в уме оптимальный вариант.

– Сообщим старшему париалу и дождёмся указаний, – пришёл он к гениальному в своей простоте решению. – Думаю, для нас выделят замену, пока не разыщут Овиллу.

Ученики предсказуемо одобрили план.

– И именно тебе, Таксэн, – обратился я к нему, – как нашедшему решение в непростой ситуации, следует поговорить со старшим париалом. Нет смысла идти к нему толпой.

Местный ботаник метнул в меня ядовитый взгляд и едва заметно кивнул. Разве тут поспоришь? Дожидаться результатов остальные решили в комнате, где всегда проходили лекции Овиллы. Вскоре подтянулись и опаздывающие. Все, кроме Лузы. Я сел возле выхода, чтобы в случае затянувшихся ожиданий слинять незамеченным. До рассвета стоило разыскать не только париала, но и подругу. Кажется, именно эти двое стали вместилищами Мойвина и Холодова. Если, конечно, доктор Джудо не ошиблась с настройками цифрофагов и не запулила нас в разные точки города.

Спустя несколько минут как минимум половина моих опасений развеялась. Лузу не пришлось искать, она сама позвала меня. Обернувшись, я увидел её выглядывающей из проёма. Жестом она поманила меня выйти наружу. Убедившись, что все заняты обсуждением пропажи Овиллы – без упоминания красных вдов не обошлось, не смотря на солидный возраст париала, – я прошмыгнул к выходу.

Луза завела меня за угол, подальше от ярко освещённого участка.

– Ты ведь Майло? – без лишних прелюдий спросила она.

– Пять за догадку. А ты кто?

– Николай. Как видишь, мне повезло куда меньше. – Он – или она – развёл руками, дабы я оценил случившуюся незадачу во всей красе.

Но аппетитные формы скрывал свободный халат. Открытыми оставались лишь кисти и голова. И голос, приятный, певчий, девичий. Непросто было настроить ассоциативное восприятие.

– Плевать, – махнул я рукой, не особо стараясь утешить незадачливого попаданца. – Мы здесь для дела, а не самолюбования. Где ты пропадал столько времени?

– Не знаю, как у тебя, – сказал Холодов, – но мне пришлось пережить жёсткую войну за право управления этим сладким телом. Луза обнаружила моё присутствие, хотя я притаился, как и велел полковник Парсон.

– И что она успела сделать? – спросил я, чувствуя, как в ночной духоте холодеют пальцы.

– Наплела

всякой чуши своей матушке и пыталась с её помощью добраться до императорского лекаря. Девица ведь оказалась непростой, а дочерью одной из красных вдов. Теперь за мной охотится чуть ли не вся община. Надеюсь, ты знаешь, кто они такие?

– С недавних пор – да. – Я облокотился на остывшую стену здания и запрокинул голову. Этого ещё не хватало. – У меня складывается ощущение, что этих чёртовых красных вдов в городе больше, чем нормальных жителей.

– Я знал, что легенды не врут! – оживился Сумволь. Присутствие подруги по несчастью, несомненно, обрадовало его. – С Лузой всё в порядке? Я хочу поговорить с ней.

– Не сейчас, Су, – бросил я вслух и перекрыл канал.

Холодов без труда догадался, в чём дело.

– Ты не убрал этого психа из своей башки? – настороженно спросил он.

– Мы с ним вроде нашли общий язык. – Я выглянул из-за угла. Никого. – Слушай, Ник, ты взбаламутил воду в нашем ручейке. Не стану винить тебя в некомпетентности, но теперь наша операция под угрозой срыва. Ты уверен, что тебе безопасно торчать возле париального центра?

– А как иначе я мог с тобой встретиться? – раздражённо прочирикал он. – Вряд ли им придёт в голову искать меня здесь. Но ты прав – нам лучше убраться отсюда.

– Мы ещё не нашли Захара, – напомнил я. – Есть основания считать, что он завладел Овиллой.

– Но ведь его здесь нет. Оставим ему послание на центральной площади, а сейчас лучше уходить.

Стоило признать здравость рассуждений Холодова. По крайней мере, нас уже двое, хотя я бы предпочёл видеть в напарниках проверенного Мойвина в теле париала, чем едва знакомого «мотылька» в обличии непокорной смуглянки, преследуемой общиной красных вдов.

– Где ты скрывался от них? – спросил я. – И что вообще выяснил за это время?

Холодов поведал, что ему удалось приютиться в одной из городских библиотек со свободным входом. Читателей официальной литературы там собиралось немного, никакой охраны и множество комнат с укромными углами. Слушая его рассказ, я невольно подумал о том, сколь родственна наша людская раса с предками Экспонатов. Императоры, лекари, библиотеки. Своя вера, свои еретики. Определённо, нас связывало нечто большее, чем внешнее – и явно неслучайное – сходство.

Правда, в библиотеках хранились не книги в привычном понимании, а так называемые писания – средние и мелкие полотна с выведенным от руки текстом. Создавали и пополняли их только летописцы и писчие. Всё, что имело иную форму, содержание или принадлежало не официальным императорским авторам, приравнивалось по статусу к погребённым архивам и безжалостно истреблялось вместе с создателями и хранителями. То есть, даже проявление свободного творчества здесь считалось занятием еретика. Искать в библиотеках сколько-нибудь значимую для нас и «Магеллана» информацию не имело никакого смысла. Но вот искать там временное убежище – почему нет?