Горение (полностью)
Шрифт:
Организация рабочих - для блага царя и фабрикантов - в защиту кнута и эксплуатации, вот - патриотическая программа национал-демократии.
Рабочий народ Польши ежедневно приводит доказательства тому, что его не испугают преследования правительства, царские указы и винтовочные пули. Тем более не испугают его "черные сотни" национал-демократии...
Долой слуг деспотизма!
Да здравствует революция!
Главное Правление
Социал-демократии Королевства Польского и Литвы".
Вечером, во время раздачи ужина, в камеру зашел "граф", Анджей.
– Давай миску, чего вылупился!
– крикнул он Дзержинскому и
Дзержинский миску протянул, Анджей плеснул ему баланды и незаметно подтолкнул половником. Миска со звоном упала на кафель, картофельная жижа растеклась лужей, формой, похожею на Черное море.
– Вытирай теперь!
– сказал Анджей.
– Я не нанимался.
– Плохо наливал! Вместе вытирать будем.
Надзиратель кончил зевать лающе, со стоном; откашлялся, прохрипел посаженным голосом:
– Бери тряпку, поможь...
– В других камерах арестанты галду подымут, еду надо разносить, ваш бродь.
Охранник выглянул в коридор, лениво крикнул:
– Майзус, помоги котел перенесть!
– и отошел к соседней камере.
Анджей взял тряпку, опустился на колени - голова к голове - с Дзержинским:
– Сегодня можно бежать.
– Не надо. Скоро тюрьму откроют.
– Тебе откроют, мне - нет.
– За что сел?
– Тюк с вашими газетами волок.
– Тюрьмы откроют, Анджей. Потерпи. Мы вместе выйдем, потерпи, прошу тебя.
Анджей поднялся, отжал тряпку в ящик для мусора, посмотрел на Дзержинского сожалеюще и молча вышел из камеры.
Вечером, попросившись в уборную, Анджей потянул на себя подпиленную решетку в маленьком оконце, которое выходило на крышу административного флигеля. Решетка подалась легко, без скрипа. Анджей действовал быстро, опасаясь, что надзиратель, который по-прежнему лающе зевал около двери, начнет торопить его. Подтянувшись, Анджей пролез в окно. В это время, как и было уговорено, в камере, что находилась в дальнем углу коридора, закричал "Евсейка-дурак", отвлекая надзирателя. Услыхав, как протопали сапожищи, Анджей опустился на крышу флигелька, сорвал с себя бушлат, размотал тонкую шелковую сутану, которую ему передали сегодня утром; ксендзовскую черную атласную шапочку надел на себя, стремительно спустился по пожарной лестнице в неохраняемый дворик, пересек его, вошел в коридор, откуда вела дорога к свободе, - остался лишь один караульный, старикашка, придурочный, носом клюет, а на пенсию не хочет - поди проживи на пятнадцать рублей.
Когда осталось до старика пять шагов, Анджей услыхал крик: надзиратель, который пас его возле уборной, видно, обнаружил побег.
Анджей распахнул дверь, прошел мимо дремавшего караульного, который вскочил, увидав сутану (рассчитано все было точно - ксендз входил сегодня днем через эту дверь, а выводили его главным подъездом, придурочный караульный соображал туго, но то, что т у д а входил, - должен был помнить).
Когда дверь за Анджеем захлопнулась, заныли колокола тревоги. Анджей побежал по набережной Вислы. Бабахнул выстрел, второй, третий.
– Стой!
– закричали сзади.
– Стой, черный!
С третьего выстрела п р о ш и л и.
Анджей бежал по набережной, навстречу людям, чувствуя, как соленая кровь обжигает горло.
С пятого выстрела перебили руку.
– Ну что ж вы?!
–
– Что ж вы, люди?! Что ж стоите?! Убивают ведь!
Терял он сознание легко, будто отлетал - в ушах колокольчики звенели, много маленьких медных колокольчиков, про которые мама певучие сказки сказывала, пока еще живой была, - царство небесное ей, святой, доброй, нежной великомученице.
Слабо помнил Анджей, как подняли его, понесли куда-то; слышал только крики и понял, что не отдадут его городовым - набережная запрудилась народом, жаться к стенам перестали, высыпали на мостовую...
"НЕ ПОДЛЕЖИТ ОГЛАШЕНИЮ.
ЕГО ВЫСОКОПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ
ТОВАРИЩУ МИНИСТРА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ
ЗАВЕДЫВАЮЩЕМУ ПОЛИЦИЕЙ
Д.Ф.ТРЕПОВУ
ЗАПИСКА О ПРОИСШЕСТВИЯХ
Варшава, 10 октября 1905 года.
I. УБИЙСТВА И ПОРАНЕНИЯ.
1) Вчера, в 8 ч. вечера, во время побега контрабандиста Анджея Штопаньского из цитадели, охраною замка была начата стрельба, во время коей ранено два человека; беглеца захватить не удалось. Вспыхнула стихийная демонстрация, которую удалось разогнать лишь после того, как вызвано было полсотни казаков.
2) Вчера, в 1 час дня, на станцию "Варшава-Ковельская" прибыл с 5-часовым запозданием пассажирский поезд из Сосновиц. Поезд этот подвергся вооруженному нападению боевиков ППС между станциями "Целестинов" и "Отвоцк". В 6 верстах от Отвоцка один из пассажиров остановил поезд тормозом Вестингауза. Из поезда и из прилегающего к линии леса собралась шайка революционных разбойников, вооруженных браунингами, в числе около 40 человек. Часть разбойников, стреляя из револьверов, заставила пассажиров не выходить из вагонов, другая - кинулась на паровоз и, припугнув машиниста револьверами, завладела машиной, а остальные кинулись к багажному вагону, в котором под охраной жандарма Мищенко перевозилась значительная сумма выручки станций этой линии. Мищенко отстреливался, пока в ружье были патроны, а затем преступники убили его многочисленными выстрелами. Отцепив паровоз с тендером и багажным вагоном от остальной части поезда, разбой-вики уехала версты на три, разбили железные сундуки, в которых хранились денежные суммы, забрали, по слухам, 15 000 руб., выпустили пары из паровоза и скрылись в лесу.
II. НАСИЛИЯ, ГРАБЕЖИ И КРАЖИ.
3) Вчера совершены нападения на следующие казенные винные лавки:
В 1 участке: В лавке под No23 на Доброй улице трое злоумышленников в 4 часа дня забрали 40 рублей и на 50 руб. гербовых марок и разбили посуды с водкой на 20 рублей.
В 3 участке: Под No49 на Дельной улице пять грабителей в 3 часа дня забрали 34 руб. 84 коп.
В 6 участке: Под No101 на Панской улице трое грабителей в 10 часов утра забрали 10 руб. и разбили посуды с водкой на 15 руб.
В 7 участке: Под No52 на Холодной улице в 2 часа дня четверо грабителей забрали 50 рублей.
В 8 участке: Под No20 на Панской улице двое грабителей забрали две бутылки с водкой, стоимостью в 2 рубля.
В 10 участке: Под No5 на Александрии в 6 час. 30 мин вечера пятеро грабителей забрали 200 рублей.
III. ОБЫСКИ И АРЕСТЫ.
4) Начальник Варшавского отделения С.-Петербурго-Варшавского жандармского полицейского управления ж. д. препроводил к Приставу 12 участка конфискованные им, по распоряжению Начальника означенного управления, 96 экз. газеты "Наша Жизнь", 64 экз. газеты "Современная Жизнь" и 72 экз. "Червоного Штандара".