Горец и леди
Шрифт:
Йен вернулся и погасил все еще тлеющий огонь в очаге. Они вышли из охотничьего домика, лисенок не отставал от них.
– Ты будешь вести себя тихо всю дорогу. Иначе я свяжу тебя и перекину через седло, словно тюк, – пригрозил Йен. – Ты поняла?
Бригитта только кивнула в ответ.
Он помог ей сесть в седло и уже было собрался вскочить на коня позади нее, но Бригитта его остановила.
– Хитрец не сможет пробежать такое большое расстояние. Подай мне его, пожалуйста.
Йен хмуро посмотрел ей прямо в глаза.
– Лисенок
– Что? – Этого она никак не ожидала.
– Что слышала, – холодно сказал он. – Зверь останется в лесу, где ему и положено жить.
– Хитрец мой друг!
– Не смей разговаривать со мной таким сварливым тоном, – предупредил Йен. – Данридж не подходящее место для лис. Там у тебя найдутся более важные дела, и вряд ли останется время для капризов.
– Ну, пожалуйста, – взмолилась она. – Хитрец ведь не выживет здесь один. – Йен, не обращая внимания на ее слова, вскочил в седло. Она тихо пробормотала: – Я тебя ненавижу.
– Чем чаще ты это повторяешь, – с угрозой прошептал он ей прямо в ухо, – тем больше вредишь себе.
Они отъехали от охотничьего домика. Слезы безостановочно катились по щекам Бригитты, она не в силах была заглушить рыдания, сотрясавшие ее. Хитрец, затрусил вслед за ними, временами сворачивая с дороги, но всегда возвращаясь, чтобы следовать за лошадью.
Увидев, что Хитрец не отстает, Бригитта, наконец, перестала плакать. Она поминутно оглядывалась, чтобы посмотреть, где ее рыжий любимец. «Но что будет с ним, когда мы приедем в Данридж?» – подумала она. Если это чудовище, которое называет себя ее мужем, станет причиной гибели лисенка, то… «То я сделаю так, – поклялась себе Бригитта, – что он будет жалеть об этом до конца своих дней».
С каждой последующей милей лисенок все больше уставал, а его хозяйка все больше беспокоилась. Наконец за спиной раздался жалобный визг, и Бригитта оцепенела. Йен остановил лошадь. Оглянувшись, они увидели, что Хитрец в изнеможении растянулся прямо посреди дороги.
– Он слишком устал, чтобы бежать дальше, – сказала Бригитта. – И я уверена, что одному ему не выжить, он слишком мал.
– Ну что ж, – угрюмо произнес Йен, – подожди минуту, только не сходи с лошади.
Он спешился и вытащил из ножен кинжал, вызвав испуганный вздох Бригитты.
– Если ты сделаешь это, – ахнув от ужаса, пригрозила она, – то клянусь, при первой же возможности я сделаю с тобой то же самое.
– Закрой рот, или ты пожалеешь об этом. Намеренно неторопливым шагом Йен направился к лисенку, который, видя это, радостно замахал своим пушистым хвостом. Он перекатился на спину, глядя на Йена снизу вверх черными глазами-бусинами.
Оглянувшись на Бригитту, плечи которой горестно вздрагивали от рыданий, Йен посмотрел вниз на зверька. Потом сунул кинжал в ножны и взял Хитреца на руки, слегка потрепав его по загривку.
– Перси поднимет меня на смех, – пробормотал он себе под нос, когда, вернувшись к лошади, положил Хитреца Бригитте
Удивленная, она подняла глаза и сквозь слезы благодарно улыбнулась ему, еще не веря своему счастью.
– Спасибо, – прошептала она, губы ее еще слегка дрожали.
Йен коротко кивнул и вскочил на коня. Прижав своего любимца к груди, Бригитта успокоилась и теснее прижалась к мужу. «Ну что ж, – решил он, сдерживая довольную улыбку, – пускай смеются, но, пожалуй, я поступил сейчас мудро».
Уже наступил полдень, когда впереди показался замок Данридж. Выстроенный в средние века, он показался Бригитте довольно мрачным, хотя сама она всю жизнь прожила в таком же старинном замке Басилдон.
Не доезжая немного до наружных ворот, Йен остановил коня.
– Добро пожаловать в ваш новый дом, миледи. – Голос его прозвучал почти дружелюбно.
– А где озеро Лох-Эйв?
– Там, позади замка, – ответил он, довольный, что жена выказала интерес к своему новому жилищу. – Кстати, ты должна вести себя в замке как подобает леди, хозяйке и госпоже, – добавил Йен назидательным тоном. – И не позорь меня перед моими…
Сразу помрачнев, Бригитта бросила на него колючий взгляд. Да, пожалуй, он говорит совсем не то, что надо. Йен осекся и тронул поводья коня.
По подъемному мосту они въехали во внешний двор. Часовые встретили Йена радостными криками. Пока лорд проезжал мимо, они провожали взглядами Бригитту и пушистый рыжий комочек у нее на руках. Во внутреннем дворе Йен остановил коня перед входом в главное здание.
– Наконец-то! – бросился к ним Перси. – Добро пожаловать. С приездом!
Йен спешился и помог сойти с коня жене, которая тепло улыбнулась его брату. По мнению Йена, даже слишком тепло.
– А что это у тебя? – поинтересовался Перси.
– Это мой ручной лисенок.
Но не успела Бригитта договорить, как одна из охотничьих собак, живущих тут же в замке, кинулась к ним, заметив повизгивающий рыжий комочек. Вздыбив шерсть на загривке, собака грозно зарычала на лису, а потом громко залаяла. Испугавшись, Хитрец спрыгнул с рук Бригитты и кинулся наутек.
– Стой!.. – закричала она и бросилась за ним вдогонку.
Йен и Перси припустились следом.
Гончая неслась за лисенком по пятам, но Хитрец был быстрее. Он стремительно обогнул главное здание и кинулся к караульному помещению, обитатели которого, заслышав шум, тут же высыпали наружу.
Их глазам предстало весьма странное зрелище. По пятам за невесть откуда взявшимся в замке маленьким лисенком гналась одна из охотничьих собак, за ней с истошным криком мчалась растрепанная женщина, за которой, в свою очередь, гнались двое мужчин. В одном они тут же узнали Перси, другим оказался Йен. Вот чудеса!
Хитрец бросился в сад и там быстро шмыгнул в щель между лежащими на земле бревнами. Разъяренная гончая запрыгала перед узким отверстием и яростно залаяла, не в силах добраться до зверька.