Горец (3)
Шрифт:
– Да, так. Но никак не возьму в толк...
– Вот уже много лет ты не дерешься.
– Да. После того, как двадцать семь лет назад ты убил моего противника.
Обратная дорога заняла не очень много времени. Поэтому, подъехав к двухэтажному дому, они продолжали разговор, не выходя из машины.
– Неужели именно сейчас ты хочешь снова начать воевать?
– Нет. Но это мое личное дело.
– Если ты сразишься со Слэном и победишь, то тебе придется сражаться дальше. Отдай его мне.
–
Конан тяжело вздохнул и тоже вышел из машины.
Тесса поставила огромный медный кофейник на плиту и, зарядив тостер очередной порцией хлеба, отошла к столу. Взяв в руки нож, она принялась резать сыр и ветчину. Спокойно смотревший на все это Конан, наконец, не выдержал и, забрав из рук Тессы нож, произнес с улыбкой:
– Наверное, это дело я не доверю никому.
Она улыбнулась в ответ и попыталась взять другую доску, чтобы нарезать салат, но он вновь остановил ее:
– Это я тоже не доверю никому. Если ты не возражаешь, то сегодня готовлю я.
Острие ножа с монотонным цокотом плясало по доске, а с противоположной стороны от куска ветчины постепенно образовывалась стопка одинаковых не слишком толстых, но и не слишком тонких ломтиков. Оставшись не у дел, Тесса отошла к соседнему столику и, сложив руки на груди, ехидно заметила:
– А может, тебе больше подходит работать мечом или шпагой?
Но Конан не ответил на колкость, а просто перевел разговор на другую, более интересующую его тему:
– Я думаю, то, что ты видела вчера, было для тебя в новинку?
Тесса хотела ответить ему, но в разговор вмешался Дункан, до сих пор молча пивший вино и читавший какие-то бумаги:
– Да. Что и говорить, для Тессы это было внове.
Он явно нервничал, а она никак не могла понять, с чем это связано, и, чтобы поддержать разговор, поинтересовалась:
– А как давно вы знаете друг друга?
– У-у-у, - Конан расплылся в своей привычной улыбке, давая понять, что так давно, что и не вспомнить.
– Вы родственники?
– не унималась женщина.
– Мы из одного клана, - пояснил гость, откладывая ветчину и принимаясь за ювелирную нарезку сыра.
Напряженное выражение лица у Дункана не исчезло и он попытался разрядить обстановку:
– Когда я был совсем мальчишкой, у нас существовала одна легенда об удивительном человеке, жившем много-много лет назад, которого убили в бою.
– Все думали, что он умер, а он не умер, - влез с объяснениями старший Мак-Лауд, снова заправляя тостер.
– Тогда все просто считали, что это колдовство.
– Правильно, а в мое время это считали сказками. Я тоже считал, что это легенды, как о короле Артуре. Но потом...
– Да, - радостно подхватила Тесса, - знаю. Однажды тебя убили, но ты не умер.
От этих слов Дункан
– А потом Конан нашел меня.
– Да, - подтвердил тот, - точно так же, как когда-то кто-то нашел меня.
– И он сказал мне все, что необходимо знать для того, чтобы жить дальше, обретя бессмертие.
– Точно так же, как другой рассказал мне, что делать, чтобы одержать победу и выиграть в этой игре, - Конан сказал это так нежно, что Тессу вдруг затрясло, ноги отказались ей служить, и она неожиданно поняла, что эта игра совсем не та игра, о которой ей рассказывал Дункан.
Она резко повернулась к нему, но увидела, что он все так же стоит возле окна и смотрит на улицу. Лишь напряженные мышцы спины подрагивают и это заметно, несмотря на рубашку. Истерика захватила ее и она быстро и нервно заговорила:
– Конан, где тот, который тебя учил? Победить кого? Выиграть что, Конан? Я ничего не понимаю! Почему этот Слэн хочет убить Дункана?
Конан поднял глаза и посмотрел на Дункана, который тоже, развернувшись, смотрел ему в глаза. Потом они оба поглядели на Тессу и опустили глаза.
– Нет, нет, - засуетилась она, - я понимаю. Не надо говорить в присутствии дамы ничего серьезного, - ее голос дрожал и она делала огромные усилия, чтобы не разрыдаться.
– Сейчас я выйду в другую комнату и там притаюсь. Хорошо? А вы тут закурите сигареты, нальете себе бренди и будете говорить о том, как обезглавить противника. Словно ветчину нарезать...
Конана будто отбросило от стола. Он сел на табурет и впился в Дункана холодным взглядом.
– Я Тессе...
– принялся оправдываться тот, как напроказивший школьник, - кое-что рассказал. Я считал... Я думал, что уже давно выбыл из этой игры и что ей не обязательно знать все правила...
– Из этой игры не выбывают, - жестко и четко заговорил Конан.
– И ты прекрасно знаешь, что продолжаешь в ней участвовать. И еще ты знаешь, что в конце концов останется только один. Хоть это правило ты еще помнишь?
Взгляд Тессы забегал, переходя с одного Мак-Лауда на другого. И, совершенно ошалев от услышанного, она очень серьезно спросила:
– Один - это кто? Один из вас? Так? Что, в результате останется всего один бессмертный? Тогда получается, что остальные на самом деле не такие уж бессмертные, а скорее наоборот, смертники?
Конан лишь развел руками: мол, сама понимаешь.
– Ну и что же получает победитель?
Сочувственно глядя на нее, он как можно спокойнее принялся объяснять: