Горец (3)

Макнамара Кристофер Лоуренс

– Хорошо. Пошли. Осторожно...

Взяв Тессу под руку, он довел ее до дивана, стоящего в гостиной и, усадив на подушки, укрыл поверх халата пледом. Немного повозившись и устроившись поудобнее, Тесса сказала:

– Тут сегодня Ребекка заходила.

Дункан, склонившийся над камином, на мгновение замер с зажженной спичкой в руке и, не поворачивая головы, спросил:

– Что ей было нужно?

– Она забрала саблю, которую ты возил к ней.

– Зильбер?
– странным холодно-равнодушным голосом спросил Дункан, словно пытаясь выиграть время,

чтобы обдумать то, что сказала Тесса.

Спичка в его руках горела уже около самых пальцев, грозя вот-вот обжечь кожу, но он только смотрел в колеблющееся маленькое пламя отсутствующим взглядом и ничего не делал, чтобы избежать ожога.

– Да, - она кивнула.

– Черт!
– Мак-Лауд швырнул догоревшую спичку и зажег новую.

Когда приготовленная под сложенными дровами береста занялась, он закрыл защитное стекло и, поднявшись, стал смотреть на разгорающееся пламя, как только что смотрел на спичку.

– Значит, Райнхардт жив, - наконец проговорил в задумчивости Дункан, ломая по очереди оставшиеся спички.
– Он хочет вернуть себе саблю.

– Ты думаешь, что он жив?

– Да, - Дункан кивнул.

– И ты думаешь, что Ребекка похитила саблю для него?

– И проделка с платьем - это лишнее доказательство, что она действует заодно с Райнхардтом. Ей самой это все было бы просто не нужно, - скорее рассуждал вслух, чем объяснял Мак-Лауд.

– Мак, - Тесса вздохнула, - мне все-таки кажется, что Ребекка не заодно с ним.

– Да?
– Дункан поднял брови.

– Она думает, что ты его убил. Она не может отделаться от этой мысли и, по-моему, просто близка к помешательству. Она все же очень несчастная женщина, Мак.

Тесса еще раз тяжело вздохнула.

– Значит, он ее использует, - заключил Мак-Лауд.
– Он считает, что мир для него - игровая площадка, где все придумано только для того, чтобы он мог спокойно развлекаться, а смертные - это лишь пешки в его игре. Поэтому он лишен всяких угрызений совести, или каких-либо других чувств по отношению ко всем. Его в этой игре интересую только я.

– Значит, он ее использует? Господи, Мак, неужели люди могут быть настолько омерзительными?!
– удивленно проговорила Тесса.

– К великому сожалению, - в пальцах Дункана жалобно хрустнула еще одна спичка.

Напряженную тишину гостиной взорвал телефонный звонок, резким залпом зуммера вмешивавшийся в разговор. Дункан подошел к столику, на котором стоял аппарат, и поднес трубку к уху.

– Алло.

– Это вы, мистер Мак-Лауд, - услышал он из трубки нервный голос. Где вы были? Я к вам звоню уже который час.

Внезапно Мак-Лауд почувствовал на том конце провода, возле телефонной трубки, присутствие того человека, кто уже много лет ждал случая, чтобы заполучить голову Дункана. Трубка держала паузу, и Дункан позвал в пустоту:

– Ричи?

– Да, мистер Мак-Лауд, - голос паренька немного повеселел, но все равно в нем чувствовалось напряжение.

– Это я отключал телефон, - пояснил Дункан.
– С Тессой тут произошел один несчастный случай... С тобой все в порядке?

–

Нет, - прозвучал из аппарата спокойный голос, говоривший так, словно это была его заранее отрепетированная роль.
– Меня захватила Ребекка, - Дункан все же почувствовал дрожь в голосе Ричи.
– Она хочет встретиться с вами. Она ждет в девять часов завтра. Ровно в девять. Надеюсь, что вы приедете.

– Я понимаю, - тяжело произнес Дункан.

Мальчишка хотел добавить что-то еще, но из динамика раздались короткие гудки.

Опустив трубку, Мак-Лауд исподлобья смотрел на Тессу. По его лицу она сразу поняла, что что-то случилось, и испуганно спросила:

– Мак, кто это?

– Это Ричи, - спокойно ответил тот.
– Его взяли заложником.

– Ребекка?

– Райнхардт, - коротко ответил Мак-Лауд и сел в ближайшее кресло.

До девяти часов утра еще оставалось достаточно времени, чтобы хорошенько подумать о сложившейся ситуации и уладить все домашние дела.

15

Рассвет выдался на редкость ленивым. Солнце нехотя выползало из-за бледно-розового горизонта. Влажный ветер резкими порывами дул с запада, разбрасывая по асфальту опавшую листву и еще неубранный мусор.

Дункан остановил "лендровер" возле дома Ребекки и бросил взгляд на часы. Красный ус секундной стрелки медленно полз по черному циферблату, словно цепляясь за белоснежные точки. Стрелки показывали без десяти семь.

Подхватив с соседнего сидения катану, Дункан выбрался из машины и твердой решительной походкой пошел к входной двери. Этот визит, конечно, непозволительно ранний, но разве имеют значение какие-то два-три часа, когда речь идет о жизни и смерти?

Ждать назначенного часа не имело ровно никакого смысла. Если бы Райнхардту захотелось убить Ричи, то он, ни на минуту не задумываясь, сделал бы это сразу после телефонного разговора, как только Мак-Лауд положил трубку на рычаги. Ведь жизнь какого-то глупого смертного паренька не имела для Райнхардта решительно никакой цены. Чтобы причинить лишнюю боль Дункану, он мог бы сделать все, что угодно. Например, преподнести ему голову О'Брайна или придумать что-нибудь в этом роде. Но в таком случае Мак-Лауду не было необходимости сильно торопиться и приходить раньше намеченного срока. Этот ранний визит становился важным и просто необходимым только в одном случае: если Ребекка действует не заодно с Уолтером. Но так ли это - Мак-Лауд не знал и пришел именно для того, чтобы выяснить этот, очень интересующий его момент.

А если Ребекка действует заодно с Райнхардтом, то нет никакой разницы, когда именно придет Дункан. Это разве что сможет подарить Ричи, если он, конечно, еще жив, - одну миллионную часть шанса.

На секунду остановившись возле входной двери, Мак-Лауд чутко прислушался. Но присутствие еще одного бессмертного не ощущалось совершенно. Если в доме и были люди, то самые обыкновенные, ничем не примечательные. Смертные. Из-за двери не доносилось ни единого звука, и можно было предположить, что в этом странном и неестественно тихом доме вообще никого нет.