Горец (2)
Шрифт:
Но вскоре и она тоже поняла, что человек постепенно берет верх над не-человеком...
Никогда Мак-Лауд раньше не имел дела с летающей платформой. К счастью, она будто бы сама повиновалась ему - угадывая малейшее желание, бросала его вверх и вниз, закладывала виражи...
Наверное, так и было: в устройство такого рода, конечно, был вмонтирован какой-то датчик, напрямую воспринимающий сигналы мозга. Но ему вновь подумалось о лошади, чуткой к желаниям всадника...
Ошибся Второй - не таким уже был Мак-Лауд, как юный Конан Клеймора. Сотни лет,
Несколько раз перекрестились их клинки - и Крагер понял свою ошибку. Свободной рукой он схватился за бластер. Но Мак-Лауд уже гнал врага, не отставая, не дав воспользоваться преимуществом в оружии.
Второму было ясно: задержись он хоть на миг, постарайся развернуться - и сталь сразит его прежде, чем луч доберется до его врага. Выход один оторваться. Уйти. Не для бегства, а чтобы занять удобное положение для стрельбы.
Вираж за виражом закладывал Второй, меняя скорость, высоту, угол пикирования. И все напрасно. Человек неотступно преследовал его - и с каждой минутой все ближе и ближе тусклый блеск меча...
Один раз, описав петлю в несколько сот метров в диаметре, проскочили над соседней улицей - и краешком глаза Мак-Лауд уловил белые пятна человеческих лиц, уставившихся на них снизу вверх. Но потом логика боя и бегства вновь вывела их туда, где началась схватка.
Вот тут это и случилось.
Из-за угла внезапно вынырнула машина. Второй, несшийся на малой высоте, чудом успел ее перескочить, крутнувшись в воздухе.
А Мак-Лауд - не успел...
Летающая платформа чиркнула по крыше - и человек кувыркнулся с нее, не удержавшись. Он ловко перекатился по асфальту, гася скорость падения, но Второй уже разворачивался для атаки.
Совсем некстати объявившаяся машина была полицейской. Однако поведение водителя не соответствовало действиям стражей порядка. Впрочем, в своде инструкций ничего не говорилось о том, как надлежит реагировать на сражающихся в воздухе демонов.
Так или иначе, водитель, едва оправившись от столкновения, дал полный газ и исчез из виду. Скатертью дорога...
Несколько раз вспыхнул бластерный луч - но густая тьма лежала в узком проеме между домами. И луч не нашел свою цель.
– Прощай, Мак-Лауд!
– выкрикнул Второй, прицеливаясь снова.
И нажал на спуск трижды подряд, веером.
– Прощай!
– донеслось в ответ совсем из другого места.
– Ты ведь уходишь, да?!
Второй повернулся в бешенстве, но враг его уже исчезал за углом.
С мечом в одной руке и бластером в другой ринулся Крагер следом. Ветер пел под его крыльями...
Поворот. Снова - узкая щель проулка. И высверк меча у боковой стены. Все! Врагу не уйти!
– Ну давай же, давай...
– бормотал Мак-Лауд сквозь зубы.
– Давай сюда... ублюдок!
Он все рассчитал. Не станет пришелец стрелять, пока не рассмотрит ясно цель. Тем более, что рассмотреть ее - проще простого.
Как ни узка улочка, но она куда шире размаха руки с мечевым лезвием.
Поэтому
Он не смог остановиться, когда Мак-Лауд резко вскинул меч - так, что по высоте кончик его оказался на уровне горла Крагера.
Меч, конечно, не достал Второго. Но и не должен был он - меч достать его.
Тонкий, но крепкий провод теперь пересекал улочку. Один конец его уходил в противоположную стену, а другой был обмотан вокруг клинка цвайхандера, теперь поднятого вверх. И...
И трехжильная струна пришлась атакующему точно под подбородок.
Черный шар головы уже катился по земле, когда тело оборвало свой полет, впечатываясь в стену дома. Секунду оно еще оставалось висеть, прижатое к ней инерцией.
Потом рухнуло.
И вновь сплелись в единую сеть хлысты разрядов, ударившие из перерубленной шеи... из обоймы лучемета... Из двигателя крыльев... Из двигателей машин, стоявших в переулке... Лопались фары, в бесформенное месиво превращались салоны автомобилей - и холодный смерч окутал тело стоящего на коленях человека.
Окутал, но не был вобран им, не был поглощен.
Обе руки воздел Мак-Лауд в небо. Одна из них сжимала меч.
– Рамире-е-ес!
– звал он. Вспомнил он, вспомнил наконец, имя Катаны. И смерч энергии поднялся высь. Все выше и выше поднимался он, пока не осталось от него еле различимое голубое пятнышко.
Вскоре исчезло и оно...
26
...Если бы под фундаментом одного из лэргских театров кто-нибудь удосужился произвести раскопки, то весьма возможно, там был бы обнаружен еще один фундамент, который в свое время нес на себе громаду боевой башни - донжона. Конечно, ни сейчас, ни в прошлые времена, донжон незачем было сооружать в самом городе. Но полтысячелетия назад это место находилось далеко за городской чертой... Впрочем, и сам Лэрг в то время городом, по сути, не являлся. Так - несколько домов и церквушка под замковой стеной.
Может быть, и осталось там несколько камней прежнего фундамента... Но уж наверняка ничего не сохранилось от одинокой могилы, вырытой некогда рядом с донжоном.
Но разумеется, никто не производил таких раскопок. С какой стати?
– ...Чтоб ему пусто было, сорванцу! Бутылку ренского вылил мне на голову, что вы скажете! Этот череп, сэр, - это череп Йорика, королевского скомороха.
И могильщик швырнул упомянутый череп на кучу взрыхленной земли.
– Этот?
– Этот самый!
– Дай взгляну...
И Гамлет, наклонившись, подобрал мертвую голову.
– Бедный Йорик!
Спектакль был обычен - не лучше и не хуже огромного множества "Гамлетов", что были поставлены в разное время и в разных концах земли. Никто и не ожидал от него чего-либо особенного.
И когда ЭТО свершилось, трудно сказать, кто был потрясен более актеры или зрители. Пожалуй, все-таки актеры.
Холодный вихрь прошелся по сцене - между Гамлетом и Горацио на сцене возник человек.