Горе-наследница

Невер Анна

— Костюмчик то на вас местами располосованный, — подал снова голос Михаил.

Боровский приложился к горлышку флаги, допивая остатки морса.

— Безобразие, — посетовал он. — Это все терновые кусты. Теперь новый покупать.

Она на самом деле ворчала. Но да ладно. Наполненный резервуар, грел душу, точно личное маленькое солнце. И мыслишки уже гоняли в мозгу, как она применит свалившееся на нее сокровище.

14. Тотем без комплексов

Остаток пути пролетел без приключений. К утру добрались

в имение Боровских, минуя длинную дорогу с высокими «тополями». Она уже и забыла, как же тут вольготно дышится! Птички поют, деревья шелестят слегка желтеющей листвой, везде простор и тишина. А небо огромное, облака сливочные, так и хочется взмыть ввысь и погонять, разрезая их влажную пелену. Увы, в этом мире только на дирижаблях и медленно. Хиг ее засоси, да она же владелец заповедника!

Правда само поместье не по ее нутру. Серокаменный дворец за шипастым кирпичным забором, с мрачноватенький барокко в интерьерах, но да тут такая мода.

Суетливый косматый Нестор Лукич поспешил открыть ворота. Силопер вкатился и встал у парадного крыльца. Федя и маг вместе помогли выбраться из нутра зеленой на лицо Нине Пантелеевне. Бедняжка так больше и не уснула, прислушиваясь к каждому шороху в багажнике.

Охранники уж выстроились в рядок. Главный над ними Хренков Петр, тридцатипятилетний мужчина с широченной спиной как у краба, отобранный некогда Карпом Семеновичем приветствовал «графа» Боровского.

Высыпала, казалось бы, вся прислуга. Среди них дворецкий Симон Симонович, домоуправительница Авдотья, знакомые служаночки, Гриппа Степановна — царица вкуснейших деликатесов.

А бастарды снова как не родные! Встали на крылечке в сторонке ото всех, глазами лупают, как совята из дупла.

— Ну здрасте! — Мурка осветила всех своей улыбкой. — Рад видеть всех в добром здравии.

Хренков, что у тебя тут?

— Тихо, ваше сиятельство. Было, эм.

Это он к тому, что с появлением наследника, тут может стать шумно? Верно. Мурка и сама понимала — если в столице враги аккуратничают, то вдали от нее присутствие последнего Боровского — вроде мины замедленного действия, не знаешь, когда рванет. А потому делишки надо делать быстренько и валить обратно, не подставляя своих верных людей.

— Михаил Михайлович, пожалуйте, представляю вам ваших подопечных! Яков Павлович и София Павловна.

Колобок сощурил глаза:

— Бастарды? Те самые?

— Братишка и сестренка, — уточнила Мурка. Она шустро поднялась и подтолкнула вперед застывшую родню, которая теперь во все глаза смотрела на мага. — Ребята, знакомьтесь со своим учителем по магии.

А карманные расходы не зря оставила Яше. Детки выглядели относительно презентабельно. На Яше свежие рубашка, брюки и жилет, на Софочке новое кремовое платье с потайным узором и с пеной кружев под юбкой, все как положено.

— Тут есть поле для деятельности, — вынес свой вердикт маг.

— Отличненько. Учитесь хорошо, детки, не срамите фамилию, — похлопала сконфуженного Яшу по плечу, пригладила девочку по гладко зачесанным волосам, забранным в две косицы, и шепнув им «забегу к вам позже» ушуршала дальше.

— Авдотья,

размести гостей. Учителя в гостевые, — велела домоуправительнице на ходу.

— Хорошо, Мар… к Павлович.

— Я ненадолго к вам. Скоро обратно. За это время проследи, чтобы Нина пришла в себя и пристрой ее к Гриппе.

Осталось разместить копченого пленного. Мурка впервые прошлась лично в тюремную часть родового имения. И да, там нашлись клетки, всего десять. Боровские тоже владели генобами, но это их не спасло. В одну клетку и поместили охранники неведому зверюшку. Хренков с подчиненными дело выполнял молча, без вопросов. Долго рассматривать обитель мрака Мурка не стала, оставила это дело на потом.

Не поленилась сделала крюк в парк к фамильному склепу. Это сооружение, похожее на вход в бункер, сложенный из серых каменных плит, она и раньше видела издалека, когда бегала разминаться с охраной. Но сейчас оглядела более цепким взглядом. Никаких знаков на камне не нашла, крестов или надписей «Покойтесь с миром». Только выведена фамилия «Боровскихъ». Фон магический присутствовал, но не так чтобы особо весомо. Открыла дверь и оглядела пыльные ступени, уводящие под землю в полный мрак.

— Ладно, родственнички, романтическое свидание при свечах будет позже. Ждите.

Быстренько освежилась в банном. Отведала бесподобные яства Гриппы. Затем удалилась в кабинет. Там поедая великолепную выпечку Гриппы и запивая ее горячим ароматным чаем с кипреем, выслушала отчет своего силовика. Да, в имении было относительно спокойно, но вот в поселках изредка наведывается залетный геноб. И даже есть две жертвы. Пожилая пара. Говорят, теперь люди закрывают на ночь двери и ставни домов. Ранее эти неплодородные болотистые земли находились под эгидой Боровских, сейчас же оказалась брошенными, император же не торопится брать их под крыло. Городашевы, из малого вассального рода Боровских, что не переметнулись в другие рода, боятся, как бы геноб не появился у них теперь в Малом поселке, что в двух верстах к югу от имения.

— Многие просились под защиту родового периметра, да вы сами понимаете, я не мог никого пустить. Во-первых, вашего на то разрешения не было и, во-вторых, никакой защиты, к сожалению, нет.

— Ясно, — кивнула, чуть хмурясь. — Ты все делал правильно, Петр Ильич.

Она отставила чашку и задумалась. Глава охраны удалился, а Мурка решила, что настало время навестить тотемную пирамиду. Из тронного зала она спустилась по лестнице вниз. Для себя решила слить пирамиде ровно половину всей энергии. Это немало. Вторую половину приберечь для вызволения силомеча.

Приставила ладонь к древней деревянной двери, мысленно призывая тотем Боровских впустить ее. С минуту ничего не происходило, и Мурка даже чуть было не постучала носком туфли в дверь.

«Проснись же, соня!», — ворчливо прошептала, и ощутила слабый поток укоризны.

— Ну да, выдержки у меня маловато, — покаялась тут же. — Прости, Великая Пирамида! Ну так дел-то полно! Шевелиться надо, чтобы все успеть разгрести, чего твои подопечные нагребли.

Дверь тихо как и раньше приоткрылась.