Гора
Шрифт:
– Гарри! – позвал Чарли
Но ему никто не ответил.
– Какого черта?
– сказал он, озираясь по сторонам.
– Может, они отправились за помощью, - предположил Марк.
– На чем? Патрульная машина Трабера здесь, грузовик Гарри тоже. Не думаю, что они ушли пешком.
Они пересекли двор и вошли в открытую дверь сарая, где обнаружили кровь на полу от центра до самой двери.
Чарли повернулся и посмотрел на Марка.
– Это нехорошо.
– Он постоял мгновение, обдумывая, что делать дальше.
– К черту. Я отвезу Тину домой и
– Ты думаешь, он еще жив?
– спросила Тина.
– Не знаю, детка. Надеюсь, что да, - ответил Чарли.
Они вышли из душного помещения, осматриваясь и выискивая признаки опасности.
Марк остановился рядом с Мустангом, и Эдди сразу вспомнил светло-голубой Мустанг Тельмы. Он боялся даже представить, что с ней стало, что она пережила в пещере с уродами, и просто надеялся, что если она умерла, то умерла безболезненно, не приходя в сознание от ранения в ногу.
– Чья это?
– спросил Марк, открывая дверь.
– Бобби Джарвиса, - ответил Чарли.
– Парень, которого Арли выпотрошил на поляне. Теперь он ему точно не нужен. Забирай ее, если ключи в замке зажигания.
– Ключи здесь... круто, - улыбнулся Марк.
Эдди положил свою гитару на багажник, а Марк подошел к Чарли.
– Ты спас нам жизнь, чувак. Я никогда этого не забуду.
Ухмыляясь, Чарли хмыкнул:
– Что, правда?
– Еще как правда.
Марк протянул руку, и Чарли пожал ее.
– Пока, - сказал он, и они с Тиной пошли к грузовику Гарри. Забравшись в кабину, Чарли подождал, пока на пассажирское сиденье заберется девушка, и тут же рванул с места, понесшись по узкому деревянному мосту.
– Господи, чувак. Ну и ночка, а?
– Ага, пиздец, да?
– По другому и не скажешь, - сказал Марк. Он склонился над рулем Мустанга и вынул ключи из замка зажигания, подошел к багажнику и протянул их Эдди.
– Ты, наверное, шутишь, - воскликнул Эдди, когда багажник открылся, и из груды запечатанных картонных коробок, заполнявших его, донесся сильный, такой узнаваемый тяжелый запах высококачественной марихуаны.
– Святая корова.
– И что мы теперь будем делать?
– А что, по-твоему, мы будем делать?
– Даже не думай об этом.
– Что?
– Ты знаешь, что.
– Что ты хочешь сделать, оставить это здесь?
– Разве тебе не достаточно? Ты ничему не научился сегодня?
– Да, чувак, я кое-чему научился. Не воруй чужие елки. А вот травку - да.
– Ты действительно тупица.
– Что? Мы доедем до грузовика, закопаем это дерьмо под грудой елок и потащим задницу в страну каджунов.
– Придурок.
– Что может быть проще?
– Почему бы нам не оставить это здесь и не рисковать заработать пожизненный срок, если нас поймают с этим дерьмом?
– И кто теперь идиот?
– Ты, брат.
– Мы действительно братья, не так ли?
– Боже, надеюсь, что нет!
Марк засмеялся, а Эдди захлопнул багажник. Он обошел вокруг и открыл пассажирскую дверь, откинул сиденье вперед и положил гитару на заднее сиденье. Затем
Мустанг с ревом пересек мост и разогнался по двухполосному шоссе, унося парней подальше от горы, на которой они видели только кровь и смерть.
Перевод: Over Fear
Редактор: Filibuster
Бесплатные переводы в нашей библиотеке:
BAR "EXTREME HORROR" 18+
https://vk.com/club149945915
АНОНС ОТ ПЕРЕВОДЧИКА
Сэм Уэст
"ДЖИНН"
Пэм Уилкинс ненавидит свою жизнь. Ее парень бьет ее, сама она выглядит, как задница обезьяны, и бедна, как церковная мышь. В довершение всего, она зарабатывает на жизнь, убирая чужое дерьмо.
Однажды в кабинке туалета женщина находит старинную лампу, потерев которую, вызывает джинна, который обещает исполнить шесть ее желаний. Все, что ей нужно сделать, чтобы воплотить свои мечты в реальность, - это совершить самые отвратительные, самые жестокие поступки, которые только можно вообразить. Шесть желаний за шесть омерзительных деяний. Это несложно... но только на словах. Пэм сделает ВСЕ, чтобы получить то, что хочет. Но вскоре обнаруживает, что цена, которую должна заплатить за свои желания, намного выше, чем она представляла...
ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ
Кто-то основательно нагадил в кабинке. Пэм Уилкинс заткнула рот рукавом своего потрепанного джемпера, стараясь, чтобы желтая резиновая перчатка на ее руке не касалась лица.
– Черт, - простонала она, пытаясь подавить волну тошноту, поднимавшуюся у нее из желудка.
Черт, я уже должна была к этому привыкнуть. Учитывая то, что моя работа заключается в уборке туалетов, то за это долгое время я должна была привыкнуть и к запаху, и к отвратительному виду испражнений. Один месяц тянулся как десять лет, так что за это время точно должна была привыкнуть.
Пэм сделала шаг внутрь душегубки, и дверь захлопнулась за ней. Вонь была такая, что глаза слезились, поэтому она вновь распахнула дверцу и подперла ее пластиковым ведром с чистящими средствами, чтобы та не закрывалась.
В этот момент ее внимание привлек тусклый отблеск под дверной петлей. На первый взгляд ей показалось, что это потерянный кем-то медный чайник, но потом увидела, что его форма слишком вытянута, чтобы быть чайником. Женщина наклонилась, чтобы рассмотреть предмет внимательнее. Это была какая-то лампа, те, которые она видела на рисунках в книге об Аладдине.