Гора

Олли Уильям

Милашка.

Она не только была уродлива, но и хромала как черт. Эдди вздрогнул, когда ее рука оказалась на его плече, а затем вздохнул с облегчением, когда она начала нести чушь про "моя мама сказала мне", продлив певучий стишок еще на один заход, что означало, что это причудливо выглядящее существо положило глаз на Марка. Глаз – именно глаз, потому что тем, что было у нее в другой глазнице, видеть она, несомненно, ничего не могла. По крайней мере, в комнате было сумрачно. При ярком свете ее уродство проступало

бы еще сильнее. Не дай бог было проснуться после попойки и обнаружить такую страхолюдину в своей постели.

Считалка закончилась тем, что Долли провела рукой по длинным каштановым волосам Марка.

– Я сделаю тебя счастливым, - сказала она.

Марк вздрогнул, отвернулся и сказал:

– Ты, должно быть, издеваешься надо мной.

– Я сделаю счастливыми вас обоих!

Марк посмотрел на нее, вздохнул и покачал головой.

И Эдди был с ним заодно. Это было смешно. Они словно попали в какой-то ужастик, пройдя все этапы по канонам жанра: ночная вылазка в лес в идиотской погоне за наживой; погоня за ними стаи кровожадных деревенщин, гонка по склону горы в Хонде матери Марка; отрубленная голова, катящаяся в их сторону, и безголовый, выпотрошенный труп, прибитый к широкому стволу дерева. И в довершение семейка уродцев с их безумствами, а еще исчезновение Тельмы.

Куда, черт возьми, этот верзила ее унес?

– Эй, чувак, Арли. Где, черт возьми, наша подруга?

– Да, Арли, - повернулась Бренда.
– Где Тель?

– Я же говорил вам, - сказал он.
– Мы отвезли ее к бабушке, чтобы ей обработали ногу. Вы же не хотели, чтобы она истекла кровью?

– Но... куда?
– спросила Бренда.
– Где она, почему мы не можем навестить ее, убедиться, что с ней все в порядке?

– Почему мы не можем навестить ее?
– насмешливо перекривлял ее Арли, и Бренда нахмурилась.

Эдди ничего не сказал. Что толку, он знал, что парень лжет. И он был совершенно уверен, что где бы ни была Тельма, с ней делали что угодно, но только не ухаживали. Они не захотели возиться с ней, и, вероятно, оставили ее истекать кровью на склоне горы или прибили к дереву, как того беднягу у подножия скалы.

Арли усмехнулся, покачав головой.

– Вам всем лучше расслабиться. Долли, откупорь кувшин и дай нашим гостям по рюмке лучшего элбертовского вина, а то они загрустили. Ваша подруга поправится, а когда поправится, тогда вы ее и увидите.

Долли прошла к дальнему концу стола и потянулась за самогоном, наклонившись над Тиной, перед которой стояла нетронутая миска тушеного мяса, вилка, ложка, стакан с водой и кувшин пойла. Керосиновая лампа мерцала в центре длинного прямоугольного стола, отбрасывая тени. Долли взяла кувшин и откупорила его, возвращаясь к Марку и Эдди. Арли подошел к ним. Эдди краем глаза отметил, что свой револьвер парень засунул за пояс, рядом с охотничьим ножом в ножнах, но понимал, что у него не хватит смелости напасть на него.

– Как тебя зовут? – спросил Арли.
– Марк, кажется?
–

Он выдвинул стул из-за стола и сел между Марком и Эдди.

– Да.

– Как твоя рука, Марк?

Парень держал раненую руку перед собой. Рана была припухшей. Кровь свернулась и подсохла вокруг морщинистой дыру в центре ладони.

– Болит, сука.

– Дай ему кувшин, Долли.

Долли поставила кувшин перед Марком и, улыбаясь, сказала:

– Держи, милый.

– Давай, парень. Глотни, это пойдет тебе на пользу.

Марк взял кувшин и поднес его к губам. Он сделал маленький глоток и усмехнулся, глотнув побольше:

– Дерьмо.

– Хорошо пошла, да?
– сказал Арли.

– Чертовски хорошо, - согласился Марк морщась.

– Выпей еще, - сказал Арли, и Марк послушно отхлебнул еще глоток.

Арли неожиданно прижался к Марку, ткнув ему в бок револьвер.

Марк закричал, подняв руки:

– Эй-эй-эй!

– Просто чтобы вы знали, парни, - сказал Арли, улыбаясь.
– Если вы выкинете какое-нибудь дерьмо, ты пожалеете, что родились.
– Он посмотрел на Эдди, а затем снова на Марка. – Я ясно выразился?

– Ясней не бывает, - сказал Марк, а затем передал кувшин Эдди, который посмотрел на него так, словно ему предложили выпить отравы.

– Смелее, чувак. Глотай.

Эдди поднял кувшин и отпил. Арли и Марк были правы: пойло было неплохим. Он отпил еще и поставил кувшин на стол, с удивлением обнаружив, что приятное тепло разливается по его желудку.

– Так что вы сделали, чтобы разозлить этих парней, которые гнались за вами?

Эдди выдохнул.

– Так что?

– Ты не поверишь мне, если я тебе скажу.

Арли засунул оружие обратно за пояс.

– А ты попробуй, - сказал он.

– Рождественские елки.

Арли с недоумением уставился на парней, не понимая, о чем речь.

– Ага, - кивнул Марк.
– Рождественские елки. Мы воровали елки на склоне, чтобы продать их в Рождество.

Арли засмеялся.

– Ты прав, - сказал он.
– Я тебе не верю.

– Ну да, - сказала Бренда.
– Это правда... к сожалению.

– Значит, я правильно понял. Эти парни собирались убить вас из-за пары рождественских елок. Ну, это не очень по-христиански с их стороны, не так ли?

Эдди пожал плечами, а Марк сказал:

– Похоже, елки - это не единственное, что они там выращивают.

– Конечно нет, черт возьми, - сказал Арли.
– У них по всей горе посажена трава.

– Точно, - сказал Эдди.
– Они думали, что мы совершаем набег на их дерьмо.

– Кстати, о травке, - сказал Марк.
– Почему бы тебе не разжечь один из косячков? – он посмотрел на друга.
– У тебя ведь еще немного осталось?

Да, точно,– подумал Эдди.
– Это все, что нам нужно. Курни травку с этим психопатом, и посмотрим, что случится, когда его переклинит?