Гора
Шрифт:
– Не волнуйся, - сказал он.
– Мы ничего не собирались делать.
– Чертовски правильное решение.
Долли, девушка со свиным рылом, которая все еще сидела напротив Тины, сказала:
– Кто из этих мальчиков женится на мне?
Арли перевел взгляд с Марка на Эдди. Усмехнувшись, он сказал:
– Выбирай, малышка.
Глава 24
Траберу казалось, что все вокруг знают о его связи с Лори Миллер. Стоило ему только закрыть глаза, как жуткая бойня, устроенная им на ферме Рэнса, вновь всплывала перед глазами. Если бы кто-то в этом долбанном баре еще раз сказал ему что слышал, что он долбит милашку Лори, он не знал, что бы он сделал: закричал, может быть, или вытащил свой Кольт и перестрелял здесь всех. А может, и то, и другое. Что-то подсказывало ему, что в ближайшие дни он услышит много подобного дерьма. Если он
И эта мысль все более и более укреплялась в его сознании. Вполне возможно, это был единственный выход, если он хотел выбраться из этого дерьма живым. Ему нужно было убираться отсюда, пока он не натворил что-нибудь безумное, и, допив третью бутылку пива, полицейский направился к выходу.
Он вышел на улицу, на парковку, где заметил пикап старика Гарри, проезжающий мимо. Трабер не мог разглядеть девушку, прильнувшую к нему на переднем сиденье, только то, что она была молода - слишком молода для него. Он стоял, улыбаясь и качая головой. Этот старик трахал таких девочек, которые не давали даже ему. Трабер решил, что он платит им. Просто не мог представить другой причины, почему они раздвигали перед ним ноги.
Пикап остановился перед баром. Девушка чмокнула старика в губы, а затем распахнула дверь и выпрыгнула наружу, улыбаясь и махая рукой пикапу вслед.
Развернувшись, девчонка пошла прочь. Ее стройное тело, полные груди, виляние ее задницы очень напомнили ему Лори.
Лори.
Все это время он думал, что эти тайные встречи - их маленький секрет, а теперь, похоже, полгорода знает, что он трахал ее. Но как? Как столько людей могли узнать об этом? Он никому не говорил. Сомнений не было, все сделал длинный язычок Лори. Кто же еще? Она проболталась своим друзьям, а те - своим, и не успел он оглянуться, как долина, полная болтливых языков, отправила старого доброго Рэнса в чулан с дробовиком в руках. В общем, запутанное и неудачное стечение обстоятельств пригвоздило Трабера посреди ночи на пустынном участке темной дороги, пытающегося найти выход из этого дерьма. Он уже представлял себе, что будет, если следственные органы штата узнают, что он замешан в этом деле:
– Где вы были около десяти часов той ночью?
– Э... э...
– Что? Я вас не услышал.
– Какой был вопрос?
– Хорошо, повторю его для вас, офицер Трабер: где вы были в ту ночь, когда Рэнсу и Лори Миллер размазали кишки по их чертовой спальне!
Внезапно ему в голову ударило озарение. Если кто и был заинтересован в благополучии Трабера, так это наркоделец, выращивающий марихуану в Уивертоне. Последнее, что Бутчи было нужно - это смена власти, и даже если тот устал от того, что Трабер постоянно требовал от него деньги и травку, полицейский был уверен, что парень не захочет сменить своего делового партнера на приверженца Библии Рика Прескотта, нынешнего напарника Трабера. Нет, если он хотел, чтобы его бизнес продолжал работать как хорошо отлаженная машина, какой была сейчас. Нет, если не хотел, чтобы его задница попала в тюрьму.
Трабер улыбнулся. Теперь у него было алиби!
– На чем я остановился?
– спросил он у своего воображаемого дознавателя. – В это время я находился у Бутчи Уокера, организовывая поисковую группу, чтобы прочесать лес в поисках пропавшей дочери Мэри Джексон. Не веришь мне, тащи свою задницу туда и спроси его сам. Он тебе расскажет.
Если осознаёт, что для него хорошо.
По мнению Трабера, ключевым моментом во всей этой хреновой ситуации было наличие надлежащего алиби, чтобы любой, кто заинтересуется этим, не сомневался, что алиби у него есть. Теперь ему оставалось только добраться до этого наркоманского притона и убедиться, что Бутчи понимает, что для него подтверждение слов Трабера не просто услуга партнеру, а единственный шанс сохранить свой грязный бизнес и свою свободу.
* * *
Гарри Эдвардс остановился перед своим двухэтажным домом, потушив фары и заглушив двигатель, вышел из грузовика. Он остановился на мгновение у ступенек крыльца, чтобы размяться и глубоко вдохнуть свежий горный воздух. Что это был за день и что за ночь! Старый торговец был на взводе. Потеря части прибыли со сделки с Чарли Роджерсом компенсировалась новым
Этим испорченным девочкам очень нравилось колыхание этого винилового матраса, особенно когда он заставлял его раскачиваться. Ему всегда нравилось видеть удивленное выражение на их лицах, когда они понимали, что старик не только может поднять своего скакуна, он может держать эрекцию так долго, как захочет - бесконечно долго. Бекка была милой девушкой - они все были такими, - и он гордился, что еще может заманить одну из них в свою постель. Гарри не строил воздушных замков и прекрасно понимал, что девчонкам было просто любопытно переспать с опытным партнером, что внешне он их мало привлекал, поэтому компенсировал свою малопривлекательность и возраст бешенным темпераментом в постели и железным стояком, и еще ни разу никого не разочаровал. Но как бы он ни был искусен в любовных утехах, Гарри понимал, что дальше постели эти отношения никуда не зайдут. Они были слишком молоды, большинство из них даже моложе его племянницы. Но ему хотелось просто иметь возможность прикоснуться к их свежим, нубийским телам. Большего он и не желал.
Гарри поднялся по лестнице. По пути он взглянул на маленький латунный термометр, висевший в деревянной раме окна гостиной. Пятьдесят два градуса[6]. Невероятно. Пятьдесят два градуса ночью в конце первой недели декабря. Гарри не думал, что в Каролине может быть так тепло зимой.
К тому времени, как ключ от дома оказался в замке, а дверь захлопнулась за ним, Бекка Мур превратилась в далекое воспоминание, сменившись мыслями о серебристом внедорожнике Сатурн, спрятанном в сарае, и легких деньгах, которые он скоро принесет. Все, что ему нужно было сделать, это завтра сесть в него, отогнать своему кузену, а затем провести остаток дня, делая все, что ему, черт возьми, захочется. Он подумал отправиться в Шарлотт на пару дней, остаться там на выходные и сходить на игру "Пантер". Ничто не сравнится с адреналиновым всплеском напряженной игры, чтобы разогнать кровь. И чем больше он об этом думал, тем привлекательнее казалась эта идея. Бизнес не загнется, если он устроит себе небольшой отпуск. Тем более, он его заслужил.
Гарри пошарил рукой по стене, и найдя выключатель, зажег свет в гостиной. Взял с журнального столика пульт дистанционного управления, старик включил пятидесятидвухдюймовый телевизор Сони, стоящий у дальней стены, и на экране высветился ролик с результатами баскетбольных матчей в колледже.
– Молодчины, - сказал Гарри, когда игрок каролинской команды "Тар Хил" пронесся по экрану и бросил мяч в кольцо, все действия игрока сопровождались возгласами комментатора.
Гарри прибавил громкость, бросил пульт на кресло и прошел по коридору в ванную, где включил свет и расположился перед унитазом. Рев мотора за окном насторожил его, и он, даже не успев расстегнуть брюки, поспешил обратно в гостиную, гадая, кто, черт возьми, приехал к нему так поздно ночью. Когда он подошел к переднему окну, по крыльцу уже раздавались шаги. Он приоткрыл занавеску на дюйм и ухмыльнулся, увидев красный Камаро, стоящий на его подъездной дорожке. Чарли и Тина, вероятно, напились до чертиков и приехали, чтобы позлорадствовать или подколоть его по поводу пари, которое выиграл маленький ублюдок.
Какого черта,– подумал Гарри, направляясь к входной двери. Однако завтра была суббота, выходной день, и он подумал, что, в принципе, было бы неплохой идеей пригласить их выпить пива и выкурить немного травки, которая у Чарли всегда была с собой.
Улыбка Гарри исчезла, когда он открыл входную дверь и увидел, что на крыльце стоит Уиллем Джонсон в своей кожаной куртке, улыбается и кивает головой. Рядом с ним стоял огромный урод, загораживающий большую часть Камаро и часть старого армейского джипа, который был припаркован перед сараем Гарри. Гарри всегда считал маленького подельника Уиллема уродливым куском дерьма, но этот парень, с его деформированным лицом и отвратительным рылом вместо носа, просто поражал воображение, и этот его глаз, словно сползший на щеку, выглядел словно расползшаяся глазунья; громила стоял в своем грязной набедренной повязке, насмешливо ухмыляясь, как будто знал что-то, чего Гарри не знал, и запах тухлятины, исходящий от него, вызвал у старика рвотный позыв. Гарри недоумевал, как Камаро, который он продал Чарли Роджерсу, тот самый, в котором он видел Чарли и Тину сегодня вечером, оказался у этих двух членососов?