Гонщик
Шрифт:
– Это не очень хорошая идея, - хмурится Рабиш.
– Лучше оставьте ее в клинике, я сам проведу с ней сеансы.
– Нет, док!
– решительно перебиваю я.
– Для вас эта история уже закончилась. Все дальнейшее будет касаться только меня.
– И ее, - бормочет он.
"И ее", - молча соглашаюсь я.
У спящей Ирэн на щеках слезы, а лицо искажено обидой и страданием. Уж не знаю, что за кошмар ей снится, но ее всю трясет - колотит так, что кровать ходит ходуном. Рабиш украдкой вздыхает и тщательно отводит от меня глаза. От меня - пусть и невольной, но все же причины ее страданий. Чувствую в груди нарастающее
Откидываю одеяло в сторону, беру Ирэн на руки и поражаюсь, какая же она худенькая и маленькая, словно ребенок.
– Док, помогите открыть дверь, - прошу и сам удивляюсь, насколько спокойно звучит мой голос.
– А вы заберете ее прямо так? В одной пижаме?
– спрашивает Рабиш.
– Времени мало. Пусть пока так, а днем я заеду за ее одеждой. Или куплю ей новую. Это все неважно, док. Главное, мне нужно успеть отвезти ее к себе домой, пока она не проснулась.
– Да-да, конечно… Но давайте я хотя бы накину на нее ее пальто. Оно здесь, в шкафу… Вот и все.
– Отлично, док. Спасибо, так действительно гораздо лучше.
– А сумку с медикаментами и гипноизлучателем не забыли?
– спохватывается он.
– Нет. Все в порядке, док. Времени мало. Проводите нас до стоянки, пожалуйста, а я позже заеду к вам и обо всем расскажу. Кстати, ее несколько дней не будет на работе, вы уж не ставьте ей прогулы, ладно?
– Что?!
– Рабиш смотрит на меня, вытаращив глаза.
– Вы о чем?
– Об отпуске, док, - еле заметно улыбаюсь я.
– Не хочу, чтобы она потеряла работу в вашей клинике. Оформите ей отпуск на пару недель, а потом она вернется, и все будет чики-пики.
Рабиш молчит, но у него на лице крупными буквами написано:
"Ты или безумец, или…"
– Или, док, или… - Моя улыбка становится шире.
Он усмехается и качает головой, а потом идет открывать дверь. Помогает нам войти в лифт, провожает до стоянки, смотрит, как я кладу Ирэн на заднее сидение цируса, а сам сажусь за консоль управления.
– Ну все, док, мы поехали, а вы отправляйтесь домой, и выспитесь хорошенько, - напутствую его.
Рабиш вздыхает, и я понимаю, что он вряд ли заснет еще как минимум сутки, то есть до часа икс - до того момента, который задан в программе Ирэн, как час ее смерти. Зря он так. Но уговаривать его мне некогда, мне срочно надо домой. Плавно поднимаю цирус над стоянкой, выворачиваю к воздушному шоссе, а Рабиш все стоит и смотрит нам вслед.
По дороге заскакиваю в секс-магазин и прикупаю пару наручников, а так же мягкий ошейник с длинной прочной цепью. А потом несусь к дому, паркуюсь и с неудовольствием наблюдаю за утренним оживлением на стоянке. Вот блин! Ну не могу же я тащить Ирэн у всех на глазах! Наверняка, кто-нибудь заинтересуется, что это я такое делаю с бесчувственной девушкой, и тогда разборок с полицией не избежать. Что же делать? Переждать, пока все разъедутся по делам? Но Ирэн вот-вот проснется, и тогда… Я точно не знаю, что она сделает при виде меня, но это наверняка будут не вопли счастья.
Решаюсь выбраться из машины, делая вид, что в стельку пьян. Все, конец моей репутации! Впрочем,
– Эй, детка, мы уже дома, вылезай!
– Ух, Брайан!
– слышу удивленный возглас за спиной.
Оборачиваюсь и вижу знакомого. Он мой сосед, живет этажом ниже. Вроде как президент какой-то там компании, и в целом вполне нормальный мужик, разве что не болельщик.
– Ну, ты и хорош!
– присвистывает сосед.
– Я тебя даже не сразу узнал. Что это у тебя за хлам вместо мобиля? На какой свалке ты его раздобыл?
– О, Джереми, прив-в-вет… ик… Это мой хлам… Вр-р-ременный… Я вчера малость помял свой санвилл… И вот… пришлось… ик…
Я старательно "заплетаюсь" языком. Он вроде верит в мое "пьянство", хотя, если откровенно, актер из меня никакой.
– Ты, я смотрю, с вечеринки, - улыбается Джереми.
– Хорошо гульнул, от души.
– Неплохо… - Вытаскиваю Ирэн из мобиля.
– Мы с моей подружкой… ик… немного увлеклись… то есть разлеглись… тьфу… раз-влек-лись… А теперь хотим продолжить… ик…
Джереми смотрит на спящую Ирэн и качает головой.
– Не думаю, что она способна продолжать.
Я "пьяно" машу рукой, дескать, все в норме, это она так, прикалывается. Беру Ирэн на руки и ковыляю к подъезду, не забывая усердно пошатываться. Не скажу точно, но, по-моему, он стоит и смотрит нам вслед до тех пор, пока мы не скрываемся за толстой дверью подъезда.
С крайним неудовольствием разглядываю свою квартиру. И о чем я только думал, когда одобрял такой дизайн? Ведь квартира оказалась совершенно не приспособлена для содержания пленных! В ней всего одна имеющая дверь комната и та спальня. (Туалет с ванной, разумеется, не в счет). Остальное же пространство квартиры занимает огромное, причудливо изрезанное углами, арками и ступеньками помещение, которое объединяет и гостиную, и прихожую, и кухню, и кабинет, и даже застекленный зимний сад с мини-бассейном.
Раздраженно чешу в затылке. Вот бляха-муха! И почему я не догадался в планировке предусмотреть хотя бы одну тюремную камеру? Ну, вот как мне теперь быть с Ирэн? Не в сортире же ее запирать!
В конце концов, решаюсь на компромисс. Одеваю на лежащую на диване Ирэн ошейник, вытягиваю цепь на всю длину и хожу, примерясь, по квартире, прикидывая, куда бы прикрутить свободный конец так, что бы Ирэн могла сама посещать туалет, ванную и диван, на котором ей придется спать. Наконец, определяю подходящее местечко, прикладываю конец цепи к полу и командую:
– Барабашка, вбить в этом месте в пол металлическое кольцо и впаять в него последние звенья цепи.
Тотчас из ниш выскакивают соответствующие роботы-трудяги и мигом выполняют требуемое. Проверяю работу. Отлично! Сама Ирэн ни за что не сумеет освободиться от ошейника и цепи. Теперь еще кое-что. Снимаю у нее с руки браслет коммуникатора - пусть побудет пока без связи, ведь пленникам связь с внешним миром не полагается, не правда ли? А то они запросто могут вызвать полицию…
И последнее. Защелкиваю на ее запястье кольцо от наручника, а второе прикрепляю к ручке дивана. Наручники - это временная мера. Просто, честно признаться, я ужасно боюсь ее реакции при пробуждении. И, на мой взгляд, чем у нее поначалу будет меньше свободы передвижения, тем лучше. Несколько мгновений колеблюсь, не закрыть ли ей скотчем рот, а потом решаю, что это, пожалуй, уже будет перебор. Ладно, в крайнем случае, пускай орет - у меня в квартире отличная звукоизоляция.