Гонщик
Шрифт:
Дик снова остро смотрит мне в лицо и бормочет:
– Ты че, догадался? Или он сам на трассе прокололся?
– Чего-о-о?!
– таращу глаза на Дика, не в силах поверить в свою догадку. Хотя, какая уж тут к чертям догадка! Это не догадка, а уверенность!
– Так ты знал, Дик?! С самого начала знал?
– Нет. Я когда тебя на старт провожал, еще не знал, - оправдывается он.
– И только потом… помнишь, я пошел на его рожу взглянуть?
– Так ты увидел его… А мне сказал…
– Да не видел я его! Он и вправду
Я вздыхаю и некоторое время молчу.
– А Эрик знает?
– наконец, спрашиваю.
– Нет, - мотает головой Дик.
– Да и я, говорю же, случайно просек. По фляге… Лонг, кстати, не знает, что я знаю…
– Ладно, Дик, - перебиваю я.
– Ты в сторонке пока погуляй. Только чтоб без обид.
– Да понял, не дурак. У вас свои разборки.
Дик отходит в сторону. Его тут же загребает Башня и начинает громко выпытывать: а где Маоли, и почему он не пришел.
Подхожу к Лонгу и сажусь рядом. У него влажные, явно только что из душа, волосы, впрочем, как и у меня, уставшее в край лицо и странные остекленевшие глаза. На мое присутствие он не реагирует, и лишь спина его едва заметно каменеет.
– Привет, - бросаю я.
– Виделись уже, - бурчит Лонг, одним махом опрокидывает стопку в рот, кривится, но тут же наливает еще.
– Спасибо за огнетушитель, - говорю.
– Если б не ты…
Лонг мельком смотрит на меня.
– Я просто отдавал свои долги, - поясняет он и кивает на бутылку.
– Будешь?
– Нет. А что за долги? Кому? Ты мне ничего не был должен.
Он поворачивается ко мне и несколько мгновений вглядывается в глаза, словно пытается увидеть там что-то, а потом кивает сам себе, отворачивается и снова тянется к бутылке. М-да… Этак он свалится под стол раньше, чем я успею его разговорить! Хватаю бутылку и убираю от него подальше. Лонг кривится и шарит взглядом по соседним столам в поисках водки. Но там, в основном, шампанское, коньяк и прочие благородные напитки.
– Что за долги, Лонг?
– переспрашиваю я.
– Отдай.
– Он тянет ко мне руку за бутылкой.
– Вначале поговорим, - требую.
– Да о чем нам говорить?
– удивляется Лонг.
– Я рассчитался с тобой, маоли, и больше тебе ничего не должен. Понимаешь? Ни-че-го не дол-жен!
– Не называй меня маоли. Мое имя Брайан. И ты и так ничего мне не был должен.
– Брайану - ничего, - усмехается Лонг, - а вот маоли…
– Но я не маоли! Ты отдал мне чужой долг!
– Пусть так.
– Он снова усмехается. Красноречиво так. Дескать, болтай, что хочешь, но я-то знаю, кто ты есть на самом деле.
Меня охватывает раздражение. Я слишком устал во время гонки, чтобы сейчас разгадывать его ребусы.
– Лонг, почему ты считаешь, что я маоли?
–
– Это было просто погоняло для гонки. Первое, что пришло в голову.
– Ага, - соглашается он и смеется мне прямо в лицо.
– Погоняло. Первое, что пришло…
– Лонг, да объясни все толком. Прошу, давай поговорим по-человечески!
Он морщится и качает головой.
– В этом нет смысла, маоли… или как там тебя… Брайан…
– Лонг!
– Я срываюсь на крик.
– Ну, и свинья же ты, Лонг! Ты рисковал из-за меня жизнью на трассе. Ты спас меня. А сейчас не хочешь нормально поговорить!
– Нормально поговорить… - Он опускает голову и смеется, хрипло, неприятно.
– Значит, ты так и не вспомнил меня? А я ведь тоже тебя не сразу узнал… Да и как было узнать, лицо-то другое… и имя… и фигура… и даже возраст. Сколько тебе сейчас? Двадцать четыре? Двадцать пять?
– Двадцать шесть.
– Да, ты помолодел годков на десять или больше. Ты весь изменился. Прежними остались разве что глаза… И характер… Ух, как ты сейчас на трассе весь в огне к финишу рванул!… А тогда тоже был огонь, помнишь? Но ты все равно вернулся за нами… мы ж не верили, думали все, хана нам… а ты вернулся! Хотя мог бы спастись сам… мог бы, да… но ты вернулся… а мы тебя за это… в спину… У-у-у! Ненавижу, с-суки!!!
– внезапно пьяно ревет он и со всей дури лупит кулаком по столу. На нас оглядываются из-за соседних столов, и я делаю им успокаивающий жест: дескать, порядок, все в норме.
– Лонг, ты сейчас что мне рассказываешь? Художественный фильм или что-то из своего славного боевого прошлого, а?
– Славного?
– кривится он.
– Дерьмо это, а не прошлое! Ты не думай, Григ, я ж тогда пытался тебя вызволить…
– Погоди, как ты меня назвал?!
– Григ. Григ Винкс. Маоли. Капитан второго ранга. Командир отдельного штурмового отряда "Атори"… Вернее, бывший капитан, бывший командир… разжаловали тебя… да и как иначе, ты же на Фиоре со своими парнями такое устроил, что аж чертям в аду жарко было! Как вы полусотней наш батальон удерживали! Да про вас в учебниках писать надо, а мы вас как собак затравили… Сколько из твоих людей тогда сумело уйти? Пятеро? Шестеро? А? Скольких ты сумел вытащить, Григ?
Я молчу. Понятия не имею, о чем это он. Лонг изучает мое лицо, словно ищет в нем что-то, а потом усмехается и качает головой.
– А ведь ты бы ушел тогда от нас, Григ. Кукиш бы нам показал и ушел. Но ты вернулся. Зачем, Григ? Зачем ты вернулся за нами, а? Пожалел? Пожалел… А мы тебя нет… А я ведь пытался тебя вызволить, Григ, но меня самого чуть под трибунал не упекли… А потом я рапорт подал, чтоб в отставку. Не мог я больше… Все тебя вспоминал… Как ты нас с Фиоры вытащил, а мы тебя потом в спину… - Он зажмуривается и трясет головой.
– А-а-а! Жопы сраные! Суки!