Голос сердца
Шрифт:
— Тебе не придется оставаться в доме. Ты поедешь с нами, и тогда он не будет волноваться о нас, а сосредоточится на игре.
— Ох, Камерон! Понимаешь ли ты, о чем говоришь? За это лето ты и твои сестры должны адаптироваться к вашему новому положению. Именно этим вам и предстоит заняться. И тут вдруг всем придется переключиться на Шона и его игру.
— Но…
— Неудивительно, что он отклонил предложение.
— Ты не права. Это касается всех нас. Меня, Шона, девочек, возможно, даже тебя. Это
— Сфокусировавшись на Шоне?
— Сфокусировавшись на чем-то кроме смерти моих родителей. Для разнообразия. Ну, что скажешь?
— С этим не могу не согласиться.
— У меня больше нет сил страдать из-за папы и мамы. Нет сил беспокоиться о том, что будет с нами дальше. И у девочек тоже. Просто они слишком маленькие, чтобы осознавать это.
Слезы навернулись на глаза Лили. Страдания Камерона глубоко тронули ее, страдания и еще какая-то неожиданная зрелость, которую она заметила в нем.
Он расстегнул рюкзак и достал оттуда зеленый пиджак с вышитой на кармане эмблемой.
— Знаешь, что это?
— Зеленый пиджак, из полиэстера. — Лили проверила этикетку. — Извини, из шерсти. Изготовлен «Гамильтон Тейлоринг Компани». Размер 42, высокий рост. А на кармане вышито… что это, имя женщины? Августа?
Камерон закатил глаза.
— Это пиджак моего дяди. Он хранил его в старой спортивной сумке. Этот пиджак у него больше двадцати лет.
«Он заботится о своем гардеробе почти так же усердно, как я», — иронически подумала Лили.
— Так ты не знаешь, что это? — спросил Камерон.
— По-моему, подарок для благотворительной организации.
— Это зеленый пиджак, который игрок получает, когда выигрывает турнир «Мастерс».
У Лили возникли какие-то ассоциации.
— Это какой-то турнир по гольфу, да?
— Это очень важный турнир по гольфу. «Мастере». Самый главный в спорте. Только лучшие спортсмены в мире выигрывали его — Арнольд Палмер, Джек Никлаус, Тайгер Вудз. И однажды, много лет назад, Шон Магуайер.
Камерон вытащил из рюкзака старый, пожелтевший номер «Спортс Иллюстрейтед». На обложке был снимок Шона Магуайера в этом самом пиджаке, он смеялся в камеру. Статья называлась «Чемпион на поле: новая звезда гольфа».
Лили показалось, будто она сделала важное открытие. Такого Шона Магуайера она не знала. Может, подсознательно она ощущала в нем чемпиона, но он никогда даже не намекал ей на это.
— Почему же я не слышала об этом? Почему твоя мама мне не сказала?
— Не знаю. Это было давно. Большинство людей не помнят, кто стал чемпионом в прошлом году.
Лили тогда как раз поступила в колледж. Кристел только что стала матерью. Неудивительно, что они не говорили об этом.
— Папа сказал, после той победы Шон вдруг покатился вниз и в конце концов уехал за границу, —
Лили долго рассматривала фотографию, потом подняла глаза и увидела: Камерон воодушевлен надеждой.
— По-моему, этот пиджак ужасен, — сказала она.
Глава 36
— Ты разыгрываешь меня, правда? — спросил Камерон. Они с Бекки встретились вечером после работы. — Вы уезжаете?
— Компания, где работает папа, отправляет его на один проект в Сонору, штат Калифорния, и ему нужно приступать к работе в понедельник. — Босая Бекки оттолкнулась пятками от пола террасы.
Качели скрипнули, цепи звякнули в вечерней тишине.
— Мне придется заканчивать учебный год там.
— Но это глупо. Почему ты не можешь доучиться здесь? Осталось всего несколько недель.
Она покачала головой.
— Ничего не выйдет. Во-первых, где я буду жить…?
— С нами. Мой дядя поймет.
Бекки засмеялась.
— Ну конечно! А что я скажу папе? Пап, я поживу этот месяц у мальчика, ты не против?
— Так поживи у какой-нибудь подружки!
— Тут есть проблема. — Снова оттолкнувшись от пола, Бекки бросила на Камерона застенчивый взгляд. — Ты — мой единственный друг. И потом, мой папа… не хочет расставаться со мной, понимаешь… после того, как умерла мама…
— Так что же, ты никогда не будешь жить самостоятельно?
— По крайней мере, не в этом году. Слушай, Кам, все в порядке. Я уже нашла там работу — в дневном лагере при церкви. Они неплохо платят, и нужно работать с детьми, а мне это очень нравится. Мы уезжаем всего на три месяца, так что я вернусь к концу лета.
Три месяца. Целая вечность. Что он будет делать без нее все эти три месяца? Камерон все еще не знал, удалось ли ему убедить Лили согласиться с их планом на лето. Он надеялся, что Лили поняла, как важно им отправиться в путь, познакомиться с образом жизни, который вел их отец, хотя он и не посвящал в это членов семьи. Камерон знал, что ему обязательно нужно уехать на лето, особенно теперь, когда Бекки не будет рядом. Он с ума сойдет, болтаясь по городу, тоскуя по родителям и пытаясь делать вид, будто не знает того, что на самом деле знал.
Лили ничего не сказала насчет их плана — заслуживает он рассмотрения или нет — но и не отвергла его. С Лили так было всегда. Невозможно понять, что она думает.
— Бекки! — Из дома донесся голос ее отца. — Уже поздно. Тебе пора закончить сборы.
— Через минуту, папа. — Она пошла проводить Камерона до дороги, где, прислоненный к фонарному столбу, стоял его велосипед. — У меня останется тот же номер мобильного и адрес электронной почты. Позвони мне.