Голограф
Шрифт:
За дверью сияет солнце, отражаясь в глазури воды. Свежий морской воздух слегка кружит голову. Мы скидываем одежду и, осторожно ступая по горячему песку, входим в прохладную воду. Осматриваюсь. Рядом со мной – красивая желанная женщина, вокруг – изумительная красота моря. Так, наверное, должно быть в раю, если он существует. Надя, прыгнув в воду, плывет от берега. Я догоняю ее, и встаем на песчаное дно. Глаза Нади блестят от восторга. Она подходит и, обняв за шею, целует меня, я прижимаю ее к себе, и так мы стоим, желая только одного: чтобы все оставалось так, как есть, ни лучше, ни хуже
— Гм, — доносится
— Завидую вам, — говорит он подплыв, — у меня с Ольгой не складывается.
Надя смеется:
— Плохо ухаживаешь.
— Да нет, дело не в этом, она на Сергея глаз положила.
— Что за сооружение там вдали? — спрашиваю я, показав пальцем.
— Да хрен его знает – вплавь туда не добраться, да и желания такого нет.
Мы с Надей возвращаемся, оставив расстроенного Олега в одиночестве и, одевшись, подходим к дому. Надя открывает дверь и заходит, а я удивленно хлопаю глазами – она что, в базе? Не подав вида, я догоняю ее и провожаю до комнаты, а сам направляюсь в душ, по пути стараясь понять, как она попала в дом, не будучи в его базе данных.
После обеда я предложил Наде посмотреть мир победившего коммунизма – может быть, несмотря на убогость жизни, люди живут там счастливо: не хлебом единым жив человек. За дверью в «Коммунизм» ничего хорошего не наблюдалось: одинаковые серые блочные пятиэтажки, стоящие в один ряд, мужчины и женщины, одетые в почти одинаковую темно-серую одежду – все создавало ощущение убогости. Пройдя через переулок, вышли на широкий проспект. На горизонте ни одной машины, одни пешеходы и велосипеды. У всех худые серые уставшие лица. Я подошел было к одному поговорить, но тот оскочил от меня, как черт от ладана.
— Иностранцы, — услышал я за спиной слово, сказанное то ли с осуждением, то ли с завистью.
Вот появился древний автобус, битком набитый людьми, проехал грузовик, полный людей в кузове. Тоска. Ольга была права. Здесь действительно делать нечего, и, пройдя до конца квартала, мы вернулись обратно в зал.
В дальнем его конце мы увидели черную дверь, на которую не обратили внимания в прошлый раз. Подойдя поближе, я убедился, что эта дверь больше остальных, и поворот ручки никак на ней не сказывается. Плюнув, я пошел обратно, но, услышав Надин возглас, оглянулся – потянув за ручку, она медленно открывала тяжелую дверь. Надя растерянно посмотрела на меня, и, вернувшись, я осторожно заглянул в щель.
Длинный коридор уходил вдаль, по обеим сторонам его в шахматном порядке чернели двери, подобные той, которую мы открыли. Потолок коридора матово светился, равномерно освещая его по всей длине. Открыв дверь, я сделал несколько шагов, подойдя к первой двери слева.
Внезапно на ней появилось изображение. Прямоугольный зал с единственной дверью в дальнем конце. Сидящее за столом рогатое существо с темно-красным лицом ковыряется в чем-то, не обращая на нас никакого внимания. Но вот он поднял на меня глаза и удивленно открыл рот. Я вздрогнул. Выступающий рот, за тонкими черными губами которого открываются клыкастые острые зубы, черные глаза с желтой каймой под нависающим лбом, костлявые пальцы с когтями вместо ногтей – все вызывало чувство опасности.
Существо привстало из-за стола и, наклонившись, уставилось мне в лицо. Я отшатнулся и оглянулся на Надю – она, белая, как мел,
Опасаясь, что тварь выберется оттуда, взял Надю за руку, и, выйдя из коридора, закрыл за собой дверь. Мы еще несколько минут постояли, напряженно ожидая, что сейчас оттуда вырвутся полчища монстров, но, к счастью, ничего похожего не произошло, видимо, проход сюда был накрепко заперт.
Это существо подходило по описаниям мифическому образу дьявола. Возможно, отдельные их особи уже бывали в нашем мире в средние века и настолько потрясли наших предков, что оставили свой след в литературе и живописи. Конечно, никаким дьяволом он не был, но для себя, чтобы хоть как-то назвать, я условно назвал эти существа дьяволами.
— Давай посмотрим другие двери, — предложил я, придя в себя, и перешел к следующей, но, несмотря на мои попытки, она не открылась.
— Попробуй, — кивнул я на дверь, — только осторожно.
И в этот раз Надина попытка завершилась успехом: дверь приоткрылась, и сквозь щель стал виден освещенный коридор с рядом дверей по левую сторону. Я вошел в коридор и открыл первую дверь. За ней ровными рядами стояли стеллажи с разнообразным оружием. В первых рядах располагалось ручное стрелковое оружие, большая часть которого была знакома. Содержимое следующего ряда вызвало недоумение: какие-то цилиндры, похожие на ручной фонарик, шары размером с кулак, сложной формы устройства сюрреалистического вида. Если это оружие, то непонятно, для каких целей и как им пользоваться. Но, учитывая соседей за черной дверью, оружие нужно, и, желательно, мощное.
За следующей дверью был тир. Длинный широкий коридор завершался разнообразными мишенями, начиная со стандартных для пулевой стрельбы, и заканчивая массивными предметами, напоминающими человеческие фигуры. Мне нетерпелось опробовать новое оружие, и, вернувшись в оружейку, я прихватил цилиндр. Оружие имело предохранительный флажок и кнопку для активации, назначения которых были понятны.
Цилиндр оказался мощным лазером, и мгновенно прожег насквозь первую слева фигуру. Вот то, что нам нужно. Опять вернулся в оружейку и в дальнем конце нашел футляры и сменные «батарейки» к ним. Нацепив себе на ремень лазер, я почувствовал себя уверенней. Остальное оружие я даже смотреть не стал – и того, что есть, хватит.
Еще час мы оставались там, тренируясь на мишенях, после чего я нацепил Наде на пояс лазер, и мы вернулись в столовую. Вся наша компания ужинала. Стол был полон новых блюд, издававших незнакомые, но аппетитные запахи. Оглянувшись, все трое вскинули глаза на новые атрибуты нашей одежды и вопросительно посмотрели на нас. Осторожно пробуя новые блюда, я рассказал обо всем, что произошло с нами за последние часы. Все ошеломленно замолчали, переваривая услышанную новость.
— Надо бы и нам вооружиться, — заявил Сергей после ужина, и, встав направился в зал. За следующие два часа такую же процедуру вооружения прошли все остальные члены нашего маленького общества. Сергей примерился было к здоровенному агрегату, похожему на шарманку с толстым коротким стволом, но, приподняв его, махнул рукой и бросил эту затею. Я подержал в руке шар, и, решив, что это граната, отложил в сторону.