Шрифт:
Глава 1
Крик
Женский крик разорвал вечернюю тишину подмосковного поселка Заречный. В это время я шел к станции электрички после встречи с Геной, старым, еще с армейских времен, другом, вспоминая, как мы с ним спина к спине бились со «стариками», пришедшими ночью проучить «молодых». Я остановился прислушиваясь. Крик повторился, на этот раз полный боли. «Так, вечер пропал», подумал я и, вздохнув, пошел туда, где кричала женщина.
Вдали за редкими деревьями безлюдного парка двое мужчин прижали к дереву какую-то женщину. Та, размахивая руками, старалась вырваться, но, похоже, шансов
— Отпустите ее, — сказал я, подойдя ближе.
— Иди, куда шел, — бросил один из них, обернувшись.
— Так я за ней и шел, я муж ее, — ляпнул я, не подумав, что могут спросить ее имя.
— Муж, значит, — недоверчиво ухмыльнулся он и, подойдя, молча ударил в челюсть. Отбив руку, я ударил в разрез – и попал: мужчина рухнул, раскинув руки.
— Нокаут. — решил я, наклоняясь над ним. — Везет же, с первого удара попал.
— Сзади, — крикнула женщина, и, уходя в сторону, я стал разворачиваться корпусом. Быстро не получилось, и, почувствовав острую боль над ухом, я отскочил. В руках второго был нож. Метнувшись к урне, я схватил бутылку за горлышко и ударом об угол бордюра сделал из нее «розочку»:
— Возможно, ты порежешь меня, но гарантирую, что и я тебя достану. Попробуем? Или заберешь своего кореша и разойдемся? — Я блефовал, конечно, против ножа не выстою, но в ближнем бою риск погибнуть или остаться уродом у него был. Я напряженно ждал.
— Расходимся, — буркнул тот наконец, и, злобно посмотрев на меня, стал поднимать своего напарника. Через несколько минут они скрылись за деревьями.
— Спасибо, — сказала женщина, собрав разбросанные документы в сумочку, — меня зовут Надя, можешь не представляться, я тебя знаю. Вблизи я рассмотрел ее получше. Передо мной стояла девушка, немного ниже меня ростом, дорогое платье, подчеркивающее ее стройную фигуру, открывало ноги сантиметров на десять выше колен. Рассмотреть подробнее не мог – быстро темнело.
— У тебя кровь, пойдем, перевяжу тебя, я здесь живу, — показала она на дом, из которого я вышел. Пока шли, напряжение боя стало отпускать, и я спросил:
— Что они хотели от вас? Ограбить?
— Сумочку я отдала им сразу, там и денег-то почти не было, только карточки.
— Твари, — прошептал я, но она услышала и посмотрела на меня:
— Ты чуть-чуть не опоздал.
Поднимаясь за девушкой на второй этаж, я смог по достоинству оценить ее ноги, тонкую талию и изгиб бедер. «Шикарный набор ей достался от природы», подумал я, «если она так же хороша спереди, я бы не отказался провести с ней остаток вечера, может, хоть чаем угостит».
— Снимай рубашку – она вся в крови, — бросила она, направляясь в ванную и включая воду. Пока Надя обрабатывала рану на голове, я смог, наконец, рассмотреть ее. Я был поражен! Она была красива именно той красотой, которую я рисовал в своем воображении, которую искал в женщинах. Я был уверен, что именно ее я видел в своих снах последние несколько дней. Там я видел ее на яхте, видел у рулетки и у карточного стола, видел на улицах какого-то города – везде ее сопровождал импозантный мужчина. Застыв, я удивленно смотрел на нее, не в силах отвести глаз.
Перевязав голову, Надя, улыбаясь, встала передо мной. Огромными голубыми глазами она смотрела мне в лицо, ее взгляд, полный
— Не спеши, все у нас с тобой будет, только не сейчас. Тебе еще рано, а я подожду тебя столько, сколько будет нужно. — Потом коснулась губами моих губ, и, сунув мне в руки чью-то мужскую рубашку, слегка толкнула к двери:
— Теперь тебе нужно уйти.
Я смотрел на нее, не веря своим глазам. Самое прекрасное создание на земле, источник моих снов, обещало мне то, о чем я мог только мечтать: возможность быть рядом с ней, любить ее, пусть даже не сейчас, хоть когда-нибудь. Я не заслуживал такого подарка судьбы.
Всю обратную дорогу, пока брел до станции, пока ехал последней электричкой, я ощущал на своих губах касание ее губ, ее слова продолжали звучать у меня в голове. Ночью я не мог уснуть, пытаясь найти ответы на терзавшие меня вопросы. Откуда она меня знает? Как я мог видеть ее в своих снах? И лишь под утро забылся беспокойным сном, в котором опять увидел Надю, теперь уже в каком-то офисе, окруженную толпой журналистов.
Проснулся почти в полдень и снял повязку: рана больше не кровоточила. День прошел как в дурмане: я ничем не мог заняться, в моей голове видения сна переплетались с воспоминаниями вчерашних событий. К вечеру, поняв, что я взял прямой курс в дурдом, сел в машину и поехал разбираться в поселок. После звонка дверь квартиры открыла женщина в застиранном халате.
— Надю можно позвать? — спросил я, стараясь заглянуть за ее спину.
— Вы ошиблись, — ответила женщина и захлопнула дверь. Немного постояв, я еще раз нажал на звонок.
— Я милицию вызову, — донеслось из-за двери, — нет здесь никакой Нади.
Решив не испытывать судьбу, я пошел к Гене в соседний подъезд: он-то наверняка знает всех в доме, давно здесь живет.
— Привет, давно не виделись, улыбнулся он, впуская меня, — забыл что-нибудь?
— Ты знаешь какую-нибудь Надю в вашем доме?
— Ну, есть тут одна, но она вряд ли тебя заинтересует: ей далеко за восемьдесят. А ты чего спрашиваешь? Вчера успел соблазнить кого-то, что ли? Ну, ты силен! Тебя без охраны выпускать нельзя – ты нам тут всех девок перепортишь! А сколько ей лет и как она выглядит?
— Лет двадцать – двадцать пять, не больше. — Я описал ее.
— Такой Нади точно нет, я бы знал.
Обратную дорогу я не мог прийти в себя, пытаясь понять, кого же, я вчера спасал, и спасал ли кого-нибудь вообще. Но рана на голове и чужая рубашка говорили, что это не было галлюцинацией.
Ночью я опять не мог уснуть, и, чтобы совсем не рехнуться, включил телевизор. В новостях показывали порт Монте-Карло и скромную стометровую яхту нашего олигарха. Камера мазнула по соседней белой яхте, и я успел увидеть на ней Надю, стоящую рядом с мужчиной, виденным во сне. Этого не могло быть! Ведь всего сутки назад я видел ее в поселке. Дождавшись повторения новостей, я записал их и медленно прокрутил запись до вида белой яхты. На огромном экране телевизора была Надя! В красном бикини и каплях воды, блестевших на коже, она, стояла, улыбалась тому мужчине. Ее взгляд, обращенный к нему, вызвал у меня укол ревности, но я не хотел об этом думать.