Голая королева
Шрифт:
Кис чувствовал себя так, словно он был на экскурсии в сумасшедшем доме. До него доносились звуки падающих предметов, крики мужчины, грохот и стуки, хохот и повизгивания женщины. Он решил не вмешиваться и подождать.
«Почему Алина сбежала от Марго? – раздумывал он, отключившись от семейной сцены. – От подруг разве бегают? Такое ему в практике пока что не встречалось. Сбегают от мужчин».
Там был мужчина, музыкант… Алина о нем писала Кате очень сдержанно, но, зная Катин характер, можно вполне предположить, что Аля просто не захотела делиться с ней подробностями, чтобы не навлекать на себя очередную порцию морализаторства и поучений
Все ли? Нет, наверняка отношения были, был роман…
От него она и сбежала.
Почему? Бил? Пил? Ревновал?
А теперь вернулась к нему опять? Куда-то же она должна была деться… Было бы странно, конечно: если раз уже сбежала, была сыта по горло, наверное.
Однако, кто ее знает, с Алексом ей скучно было: «Душа моя, ты жалуешься на скуку – это грех…» Может, ей с этим не скучно? Как бишь его имя? Филипп, вот как. «Самый симпатичный парень из группы – Филипп, саксофонист…»
Дверь снова открылась. Кис очнулся от размышлений и заметил, что из квартиры не доносилось ни звука. Мужчина, переводя дух, в котором чувствовалось отчетливое присутствие алкоголя, снова попытался придать своему лицу и своей пижаме достоинство и спросил его строго:
– А вы, собственно, по какому делу ее ищете? И кто вы такой?
– Я частный детектив, агентство АКИС, – Алексей достал удостоверение.
– Во! – из-за дверей раздался короткий хохоток. – Твою Марго уже милиция ищет!
Мужчина бросил свирепый взгляд в глубь квартиры и сказал назидательно:
– Не милиция, дура, а частный детектив. Она, видите, – обратился он к Кису, – ревнует меня (он приосанился) без повода. Я, понимаете, одно время в ресторан ходил Марго слушать…
– Она разве поет, Марго?
– Пела. Теперь уж нет, а было время – пела. У нее голос красивый… Так моя дура приревновала.
– А что же Марго петь перестала, раз голос красивый?
– Контрактов, говорит, нет. Да и то, честно сказать, – мужчина понизил голос, – музыканты ее – никудышные. Ей бы с настоящим ансамблем! Она на сцене – как королева. А они – как щенки голодные. Только она с их руководителем живет, и куда же ей в таком раскладе деваться? Она что, натворила чего-нибудь, Марго? – с затаенным беспокойством спросил мужчина.
– Давно у них работы нет? – не ответил на его вопрос Кис.
– Месяца три уж, побольше даже, сидят на голодном пайке.
– Если контрактов нет, она, должно быть, снова официанткой работает?
– Нет… Последнее проживают. Теперь они в том ресторане, где Марго раньше работала, каждый вечер околачиваются, все четверо. В баре… Директор их прикармливает, по старой дружбе.
– Прикармливает?
– Ну, стаканчик им ставит…
– Вы хорошо осведомлены.
– Да что ж тут хитрого… – мужчина немного смутился. – Я туда тоже хожу частенько, рюмочку пропустить… Ее тут у нас все знают, королеву Марго. Все рядом…
– Все четверо – это кто ж такие? Марго и музыканты?
– Они самые. Этот, с которым она живет, – Антон, ударник; потом Филипп, саксофон; и клавиши – Гена. Педик.
– Ресторан как называется?
– «Стрела». Два квартала отсюда. А вы почему Марго ищете?
– Так уж небось натворила! – раздался визгливый крик его жены, но уже без хохота. – Давно пора ее за все ее шашни в тюрьму посадить! Вот! Я давно тебе говорила, сучка она, твоя Марго!
Ее муж снова зыркнул куда-то в квартиру, потом ступил
– Вы мне так и не сказали, зачем это вы Марго ищете? – грустно спросил мужчина. – Правда чего натворила?
– Нет. Пока – нет. Или, честно, скажу так: пока не знаю. – Алексей скосил глаза на своего погрустневшего собеседника. – Вас Валерой, я слышал, зовут?
– Валерой…
– Так вот, Валера, здесь четыре года тому назад жила вместе с Марго еще одна девушка, Алина Дементьева. Вы ее знаете?
– Знаю, – без всякого выражения кивнул сосед.
– Она пропала. И я ее ищу.
– Вот оно что…
– Расскажите мне о ней, что можете.
– Вы думаете, Марго в этом замешана? – встрепенулся мятый Валера.
– Я пока ничего не думаю, – успокоил его Кис. – Пока что я просто хочу поговорить с Марго, ведь они были подруги. И со всеми, кто мне может об Алине хоть что-нибудь рассказать, – с вами, например.
– Понятно. Что вам сказать? Подруги они, конечно, были, но это была странная дружба. Огонь и лед – какая дружба может быть? Обе они девушки видные, красивые, но только одна рядом с другой не смотрится. Марго – яркая, шумная, энергичная – королева! Распоряжается, и все бросаются выполнять. А Аля – тихоня, нерасторопная, бестолковая. Красивая, конечно, но так… Ни рыба ни мясо, если понимаете, что я хочу сказать… Холодная какая-то. Марго все за нее решала и делала. Нянчилась с ней прямо! В ресторане еще когда работали – Марго в три раза больше успевала! И все весело так, с улыбкой, с шутками! А тихоня эта – то забудет заказ, то уронит, то перепутает и улыбается как-то… натужно. Марго пыталась ее хоть чему-нибудь научить, да все пустое. Я, конечно, дурного про нее сказать не могу… А вот все же неблагодарная она. Сбежала, адреса даже не оставила, бросила подругу без «спасибо» и без «до свидания»…
– И почему сбежала?
– Кто ее знает. Без объяснений. Очень Марго на нее тогда обиделась. Гром и молнии метала. Не прощу, кричала, ни за что не прощу! Она даже искать Алю не стала. И другим запретила, я сам слышал… Там один из группы, Филипп, хотел ее найти, так она кричала: «Или я, или она! Не допущу предательницу! Если будешь ее искать – выгоню из группы!»
– Вот как? В группе, стало быть, Марго распоряжается?
– Хе, – мотнул Валера головой, – это надо знать Марго. Она куда придет, там и распоряжается. Как-то само собой так получается, характер у нее такой. А может, Аля и правильно сделала… Объективно говоря, она тут не в своей тарелке была. Она потом куда подевалась? Вы небось знаете?
– Знаю. Замуж вышла.
– За хорошего человека?
– За хорошего… А вы разве о ее замужестве не слышали?
– Нет, не интересовался… Вот и хорошо, что за хорошего. Тут этот Филипп за ней увивался… Скажу вам откровенно, никакой радости у нее с ним не вышло. Скандалил, кричал – аж у нас было слышно. Ревновал вроде бы.
Кис подумал, что сосед сочувствует, зная не понаслышке, каково так жить. У него самого такое же за приоткрытой дверью стоит…
– Правильно! – вдруг донесся до них голос с лестничной площадки. – Правильно ревновал! Обе они шлюхи, за ними глаз да глаз! – Жена помятого Валеры не рискнула показаться на глаза и кричала, высунув голову в дверь.