Год зайца

Паасилинна Арто

Ватанен ответил, что ушел из дома и с работы, что он в некотором роде в бегах и еще не успел решить, куда направиться и чем заняться. Так, путешествует по стране.

— Ну, ладно, я посоветуюсь с парнями из Куопио, — решил дежурный и набрал номер. — Привет, Хейккинен из Нильсия. У нас тут довольно странный человек… во-первых, у него ручной заяц. Он журналист; нам позвонили с жалобой, что он нарушил домашний покой, пытался вломиться в дом, требовал, чтобы пустили на ночлег… Да, и денег у него в бумажнике шесть тонн. На сумасшедшего не похож, не, я не опрашивая у него. А что с ним делать? Хочет уйти… Такой же и написать может… Ну, он говорит, что никуда особо не направляется, так, путешествует

с зайцем. Не, не пьяный, с виду приличный. Ага. Ну, а если поднимется шум?.. Ах, даже так? Ну, пожалуй, следует задержать… Ну, спасибо, да льет тут весь день напролет. Ну, давай. — И продолжил, обращаясь к Ватанену: — Парни из Куопио сказали, что они бы без разговоров отправили вас на ночь в кутузку, раз вы тут без дела и денег так много, да еще это заявление.

— А вы не могли бы позвонить ленсману? Вы же не подчиняетесь Куопио.

— Да позвонили бы сразу, но ленсман на рыбалке и появится только часам к десяти, если вообще появится. К сожалению, я сейчас здесь старший. Эти из Куопио сказали ни в коем случае не отпускать, да и куда вы пойдете, когда такой дождь на дворе?

— Ну, а куда же вы денете зайца? — спросил разозлившийся Ватанен.

И снова внимание переключилось на зайца, корзину с которым на время подсчета денег поставили на пол. Оттуда зайчонок невозмутимо наблюдал за ходом допроса. Он явно создавал полицейским лишние проблемы.

— Да-а-а… Ну и куда же его?.. А если конфисковать в пользу государства и отпустить в лес? Там он не пропадет, справится.

Ватанен показал справку егеря из Миккели.

— У меня официальное разрешение, дающее мне право держать этого зверя на своем попечении; так что его нельзя ни конфисковать, ни отпустить в лес; вы не имеете права отобрать его у меня. И в камеру его нельзя сажать, это неподходящее место для дикого животного. Он там может умереть.

— Я бы мог отнести его на ночь к себе домой, — предложил один из молодых констеблей, однако у Ватанена нашлось возражение и на это:

— А вы прошли специальную подготовку по уходу за дикими грызунами? Вы знаете, как с ним обращаться? Чем кормить? Ему, к вашему сведению, нужна чина луговая и многие другие особые растения, иначе он может умереть от отравления. И тогда вам придется возместить мне убыток, а это не дешевое животное.

Заяц внимательно следил за беседой; казалось, он утвердительно кивал во время речи Ватанена.

— Так, этот бардак мне надоел, — не выдержал дежурный. — Я считаю, что вы можете идти. Подойдете завтра для составления протокола часам к десяти. И зайца забирайте с собой.

— Ты с ума-то не сходи, — наперебой загомонили молодые констебли. — А что скажет Лаурила? Кто знает, откуда у него столько денег? Почему у него нет машины? Откуда он вообще взялся? Может, он вовсе не Ватанен?

— Так… Ладно, погодите, не уходите пока. Надо подумать. Черт, и ленсман, как назло, на рыбалке. У кого закурить есть?

Ватанен снова угостил всех сигаретами. Опять закурили. Долгое время молчали.

Наконец констебль помоложе сказал Ватанену:

— Вы поймите нас правильно. Мы ничего против вас не имеем, но правила есть правила. Если бы у вас, к примеру, не было этого зайца, все было бы гораздо проще. Что бы вы сделали на нашем месте? Откуда мы знаем, вдруг вы перед отъездом из Хельсинки, например, совершили убийство… А после этого двинулись умом и теперь бродите тут без дела… И вдруг вы… социально опасный?

— Не болтай ерунды, — фыркнул дежурный. — Какое убийство?

— Я ничего не утверждаю, но ведь это вполне возможно.

— С таким же успехом и я могу быть убийцей, — буркнул дежурный. Он раздавил окурок, злобно посмотрел на зайца и наконец придумал: — Давайте сделаем

так: вы останетесь здесь, в дежурке, пока мы не дозвонимся до ленсмана… Часа через два-три. Тогда и решим. Можете пока вздремнуть на этом топчане, если устали. Кофейку сварим, спешить-то некуда. Как вы на это смотрите?

Ватанен согласился.

Корзину с зайцем поставили на топчан у задней стены, где полицейские по ночам отдыхали. Ватанен попросил разрешения посмотреть здешние камеры. Дежурный с готовностью поднялся, чтобы его проводить. На экскурсию отправились все вместе, дежурный открыл дверь.

— Конечно, условия у нас не ахти. В основном мы здесь алкашей держим. Иногда из Тахковуори [2] прибывает народ, здесь и журналисты бывали, — пояснил дежурный Ватанену.

Отделение состояло из двух камер, разделенных стеной. На окнах не было решеток, но в матовые стекла была впаяна металлическая сетка. К стене привинчена койка, сваренная из труб, унитаз без крышки, стул тоже намертво прикреплен к стене. С потолка свисала лампочка на шнуре.

2

Тахковуори — горнолыжное курортное местечко в 15 км от Нильсия.

— Ее они чаще всего разбивают со злости, а потом сидят в темноте. Надо бы сделать проволочный абажур — те, кто повыше, до нее допрыгивают.

Полицейские сварили кофе. Ватанен прилег на топчан в дежурке — решил вздремнуть. Констебли вполголоса беседовали о Ватанене, думая, что он уже спит. Ватанен слышал, как они ругали Лаурилу. Сошлись на том, что история довольно необычная и надо было с самого начала быть осторожнее. На этом Ватанен заснул.

Вечером, около десяти, его разбудил дежурный. Он сказал, что до ленсмана дозвонились, и он с минуты на минуту приедет. Ватанен протер глаза, взглянул на корзину, стоявшую в его ногах, и увидел, что она пуста.

— Парни гуляют с ним во дворе. Решили, может, он хочет есть, и принесли этой самой чины. Он наелся до отвала.

В дежурку вошли молодые констебли, принесли зайца. Они опустили его на пол, и заяц тут же насыпал вокруг себя какашки-горошины. Полицейские попытались пинками загнать горошины в угол, но у них ничего не вышло. Пришлось взять со стола тряпку и с ее помощью смахнуть заячий горох к стене.

Во двор въехала небольшая желтая машина.

Ленсман был молодой, наверное, недавно стал юристом и приехал в этот медвежий угол, чтобы подзаработать. Он зашел в отделение, не обращая внимания на зайца, протянул руку Ватанену:

— Саволайнен.

Дежурный изложил суть дела. Ленсман внимательно выслушал доклад.

— Значит, парни из Куопио велели упрятать его в кутузку?

— Так они посоветовали, но мы все равно не стали.

— Хорошо, что не стали. Знаю я этого Лаурилу.

Ленсман просмотрел документы Ватанена и вернул ему их вместе с деньгами.

— Я сейчас позвоню этому доктору, — сказал ленсман и набрал номер.

— Добрый вечер, ленсман Саволайнен беспокоит. Вы тут сделали заявление об одном человеке. Да, совершенно верно. Дело в том, что ваше заявление абсолютно беспочвенно. Мы пришли к этому выводу в ходе расследования. Вам необходимо сейчас же явиться сюда для выяснения всех обстоятельств. Нет, завтра не годится, ни в коем случае. У вас могут быть серьезные неприятности, если вы не сможете прояснить ситуацию. Если пострадавший начнет настаивать, я вряд ли смогу вам помочь. Задержанный может предъявить вам обвинение — ложный донос. Он был вынужден находиться здесь довольно долго. Когда вы приедете в участок, меня уже не будет. Все ваши показания зафиксирует дежурный. До свидания.