Год страха

Мельцов Илья Николаевич

Одежду я сдавал после всех, нарочно задержавшись перед входом, и когда пацаны вышли из хоз корпуса, подошел к Веронике.

— А ты, я смотрю, меньше всех запачкался? — улыбнулась девушка. — Легко, наверное, было? Первый?

— Последний, — огорошил я Веронику.

— Это шутка такая?

— Нет, я серьезно. Пришел последним, хотя полоса препятствий оказалась действительно не самой сложной.

— Если это правда, то ты — идиот. Тебя же убьют завтра!

— Вероника, я — не самоубийца и свои шансы оцениваю реально. Сможет обычный человек убить мага готового к схватке?

— Ты еще не маг.

— Но

и не тот неуч, что три месяца назад попал сюда. В любом случае, уже ничего не изменить.

— Какие же вы все самоуверенные, — вздохнула девушка. — Не вздумай умереть завтра!

— Очень постараюсь, а пока у меня появилась отличная идея и куча свободного времени.

— Раздевайся уже, — улыбнулась Вероника, — все равно вещи надо прачкам отдавать.

В казарме я оказался через полчаса в чистой одежде и с комплектом парадной формы, которую мы должны будем надеть завтра к приезду княжича. И по шуму, хорошо различимому даже с улицы, сразу стало понятно — идет бурное обсуждение результатов испытания.

Пацаны отдохнули, пришли в себя и делились впечатлениями от прохождения полосы препятствий и конечно же все пытались выяснить мотивы трех самых сильных курсантов группы. Зачем им приходить последними? Почему? Поэтому, стоило мне только переступить порог, как поток вопросов тут же обрушился на мою голову.

— Так, стоп! — крикнул я, пытаясь заглушить любопытствующих пацанов. — Чтобы снять любые вопросы скажу сразу: Да, мы все продумали заранее, Ждан, Берт и я решили, что честнее будет, если завтра мы на себя возьмем самых сильных противников.

— Не вериться что-то, — из-за спин пацанов раздался хорошо знакомый противный голос.

— Кисляк, просто иди нахрен. Народ, дайте передохнуть, завтра у нас сложный день.

Курсанты нехотя расступались, но на любые вопросы я просто отмахивался или отправлял к Ждану, пацан любит быть в центре внимания, вот пусть и отдувается. Сложнее было отделаться от Бажена. Парень прекрасно понимал, что у него появились реальные шансы выжить и пытался неуклюже поблагодарить меня. Пришлось долго объяснять, что мне он ничего не должен. В конце концов Бажен тоже от меня отстал, позволив наконец расслабиться.

До самого вечера, мы были предоставлены сами себе, благо столовая работала как всегда без перерывов. Истощенные после испытания пацаны жадно вгрызались в вареную курицу с кашей, запивая все это яблочным компотом — урожай в этом году, по слухам, был очень обильным.

Вторая группа прошла полосу препятствий без сюрпризов, разве что один парнишка сломал ногу, неудачно приземлившись с высоты трех метров, но зная, как работает лекарь, завтра с больным все будет в порядке.

В конце учебного дня, перед отбоем к нам как обычно пришел на вечернюю проверку Леонид, внимательно осмотрел группу и посоветовал выспаться перед завтрашним днем. Хорошее наставление, жаль, трудновыполнимое. До глубокой ночи не утихали разговоры. Чувствовалось, что болтовней пацаны пытаются унять страх. Последний месяц Игнатов усиленно нас готовил к предстоящему испытанию, разжигая своей пропагандой ненависть к воинам Каспийского княжества, но помогало это мало — пацаны боялись. Да и я нервничал, чего тут скрывать, однако в бурном обсуждении не участвовал.

Насколько мне было известно, группы будут проходить испытание

схваткой друг за другом и на этот раз мы идем вторыми. К сожалению, наблюдать бои нам не позволят. Курсантам предстоит ждать своей очереди, пока нас по двое не начнут вызывать наставники для поединков. А с полигона испытуемые пойдут либо в лазарет, либо останутся на трибунах — обратно уже никто не вернется.

Уснуть удалось ближе к трем или четырем часам, точнее сказать было невозможно. А когда утром гонг разбудил сонных курсантов, то солнце давно уже взошло на небосвод — над испытуемыми решили сжалиться, подарив нам несколько часов сна.

Еще через какое-то время мы, чистые и нарядные, стояли на полигоне в ожидании приезда княжича. По каким-то причинам нас не пустили в столовую, так что урчание голодных животов то и дело нарушало тишину.

За сутки полигон не сильно изменился — трибуны с навесом, огороженная площадка для боев, два стола с оружием, предназначенным судя по всему для нас. Ассортимент не баловал разнообразием. Копий, алебард или чего-то подобного я не заметил, только мечи, шпаги и сабли.

— Когда приедет княжич, — перед нами выступал Игнатов, — вы все должны молчать до тех пор, пока он не усядется на свое место и только после этого, по моей команде дружно его поприветствовать: “Здрав будь княжич”. Ясно? Вот и отлично, всё, ждем.

Георгий Орлов вместе со своей свитой появились только через час. Их сопровождал директор, словно великан, выделявшийся среди не самых рослых молодых дворян. Всего к нам пожаловало человек двадцать — сам княжич, пять гвардейцев в военной форме и штук десять отпрысков дворянских родов — их можно было отличить по пышным нарядам. Причем женская половина свиты одевалась ненамного ярче чем молодые люди. Ну и последними шли слуги, куда уж без них.

Княжич — болезненно бледный белобрысый пацан — ровесник Даррелла, выделялся среди сопровождающих белоснежным костюмом и толстой золотой цепью с кулоном, украшающим грудь. Также я заметил несколько наград, прицепленных на пиджак.

Как и учил Игнатов, мы дождались, пока высокие гости рассядутся по отведенным для них местам, и выдали дружное: “Здрав будь княжич”, на что получили благосклонный кивок.

И опять перед началом состязания полились речи Корнилова о величии государства, милости правящей династии и стандартная чушь, которую так любят лить в уши политики и руководители государственных учреждений. Однако, Орлову такие слова явно пришлись по душе и директора он не перебивал.

Корнилов ввел княжича в курс дела, объяснили правила состязаний, и уступил место оратора Игнатову, но Орлов жестом остановил открывшего было рот учителя, и поднялся со своего места:

— Подданные моего отца. Вчера, некоторые из вас показали, что достигли большего чем остальные, и по традиции вас должны наградить. Подойдите ко мне.

Пацаны начали нервно оглядываться, не решаясь выйти из строя, но наставники быстро толкнули вперед нужных ребят. Занявшее первое место на полосе препятствий неуверенно шагнули вперед, остановившись перед трибунами, но гвардейцы жестом показали им, чтобы они шли дальше, и курсанты на негнущихся ногах потопали вверх, где княжич, пытаясь выглядеть солидным, повесил им на грудь маленькие блестящие значки в виде орла, парящего в небе.