Год Крысы

Нортон Андрэ

— Но ведь на каждом испытании присутствовали заслуживающие доверия свидетели, и они клянутся, что он честно прошел все, — ответила я.

— Да когда правда побеждала злые слухи? Во время его путешествия будет много возможностей напасть на него. А у Хинккеля нет воинской выучки. Он сражался только с крысами, защищая наши стада. Он умеет выживать в пустыне. Но сейчас ему угрожает собственная родня. Я сделаю что смогу, чтобы защитить его, — я уже с помощью Равинги работаю над тем, что может ему помочь. — Она встала. — Я не могу просить от тебя больше, чем ты можешь дать.

В ее голосе было что-то, что заставило меня сказать:

— Это я обещаю: все, что смогу, я сделаю.

Она спокойно посмотрела на меня.

— Прекрасно, пусть будет так.

Она ушла быстро, и я знала, что она недовольна, но действительно не было ничего, что я могла бы сделать. Если бы у меня появились конкретные сведения о действиях какой-нибудь части заговорщиков или тех, кто их поддерживает, я бы, конечно же, сразу об этом сообщила. Но у меня не было подобной информации, которой можно было бы доверять. И сейчас у меня была другая задача. Я достала карту, восстановленную силой Равинги, и стала изучать сплетающиеся на ней линии.

ХИНККЕЛЬ-ДЖИ

Я мог оставить приготовления к путешествию на тех, кто знал, по каким правилам это делается, и был рад избавлению. У меня был свой вопрос, который надо было обдумать. Передо мной сидел Мурри, рядом с ним Акиэа, и у каждого были вести для меня, и, возможно, мрачные. Мурри с пользой обследовал дворец, а Акиэа дополнял его сведения знаниями, накопленными поколениями леопардов.

Под дворцом были пустоты. Теперь становились понятны намеки, попадавшиеся мне во время исследования исторических свитков. Леопард Акиэа бесчисленные годы регулярно обходил коридоры, подчиняясь приказам тех, кто давно уже умер. Леопарды были уверены, что некая опасность действительно существует, хотя она уже веками никак себя не проявляла.

— Сегодня ночью, — мысленно сказал я. — Если в самом сердце Вапалы затаилась какая-то угроза, мы должны это знать. Я вынужден отправляться в путешествие. Немыслимо уезжать, не зная, что здесь прячется.

Так что на сей раз, Мурри отправился на разведку не один. Я сбросил громоздкое платье, отложил венец, в котором, по обычаю, должен появляться перед людьми. Среди одежд, которыми были набиты сундуки, почти полностью занимавшие одну из комнат, я нашел кожаные тунику и штаны. Видимо, их предполагалось надевать под доспех, но они давали куда больше свободы, чем то, от чего я только что избавился.

В темном углу рядом с моей постелью располагалась стойка. Здесь под рукой висело воинское снаряжение. Тут были три копья разной длины, от короткого и легкого метательного до длинного, предназначенного для всадника, два меча: один — ярко украшенный, для различных церемоний, второй — с простой рукоятью, но куда более полезный в бою. Подобные два вида оружия я видел и у себя дома. Прочее представленное здесь вооружение во Внешних землях использовалось редко. Один предмет, представляющий собой два увесистых металлических шара, соединенных цепью, заинтересовал меня. Он был похож на приспособление, с помощью которого пастухи укрощали диких ориксенов. Его бросали, раскрутив, и оно спутывало животное.

Я не был мечником, копьем я владел и использовал против крыс. Но эти шары и цепь просто притягивали меня. Привычного для меня вооружения тут не было — видимо, праща пастуха не привлекает обученных воинов. Я взял это любопытное оружие и снял с крюков короткое копье.

Я не хотел, чтобы стражники по ту сторону задернутых занавесями дверей знали о моих ночных похождениях. Потому я выскользнул из большого окна внешней приемной на балкон, с которого было просто спуститься этажом ниже, к такому же окну — особенно для того, кто привык лазать по скальным островам.

Моя обувь была на мягкой подошве,

и я производил не больше шума, чем громадные коты. Нам приходилось следить за стражниками или слугами, но кроме одного случая, когда нас почти заметили, мы успешно избегали встреч. Мы спускались вниз. Я считал уровни и старался запомнить какие-нибудь приметы. Наконец мы спустились туда, где нас ждал другой леопард. Из-за покрытой слизью стены действительно можно было услышать какие-то звуки, Я принес два светильника с верхнего уровня. Теперь я дал им знак подплыть поближе к стене. Блестящая слизь настолько затянула камень, что уже невозможно было разглядеть, есть ли тут какой-нибудь вход. Копьем я соскреб ее со стены, задыхаясь от смрада, вызванного моими усилиями. Но я был вознагражден за труды. На камне стали видны очертания входа. Я подозвал светильники еще ближе и острием копья стал обводить трещину, пока не достиг точки на полпути вниз от того места, где начал. Там острие копья вошло в стену глубже, послышался скрежет, и часть стены внутри этого контура начала поворачиваться. За ней была не темнота. Странный зеленоватый свет пробивался оттуда. Но увидели мы только другую стену на некотором расстоянии впереди. Плеск сделался еще громче.

АЛИТТА

За окном стояла темная ночь. Над городом плавали и сияли светильники. Касска наблюдала за ними, пока я застегивала последнюю застежку на выбранной мною простой тунике. Карту легендарных протоков я сунула за пазуху. Но я медлила. Отправляться в неизвестность с пустыми руками было бы глупо. В частных покоях главы любого Дома всегда хранится запас оружия. Хотя я прежде не успела его осмотреть, придется сделать это сейчас. Копья, два меча. Копья я достаточно удачно использовала против крыс, так что это будет копье. Я выбрала одно. Касска уже ждала меня у дверных занавесей. Я рано отослала слуг, и коридоры в этой части дома должны быть пусты. Но все равно идти придется осторожно. И мы начали спуск. Я была рада, что обследовала дом сразу же, как только переехала сюда. Здесьбыли комнаты для родичей и друзей, для приемов — и так на всех уровнях. Ниже были помещения слуг. Там я шла медленно. Я знала, что чувства Касски острее моих, и полагалась на котти, как полагалась бы на передового разведчика каравана.

Под комнатами для слуг располагались кладовые. Я взяла с собой плавучий светильник и теперь остановилась посмотреть на карту. Я поняла, что совершенно заблудилась. Равинга советовала мне полагаться на Касску, и сейчас я послала ей мысленный вопрос.

Она уверенно двинулась вперед, прокладывая путь между пирамидами сундуков и ящиков. Мне пришлось ускорить шаг, чтобы не потерять ее из виду. Еще дверь — затем изогнутый пандус, уводящий вниз. У его основания была еще одна маленькая комнатка, из которой выходили три двери вдоль одной стены. Они не были задернуты занавесями, как двери комнат наверху, но створки их были заложены широкими засовами.

Касска остановилась у каждой двери, обнюхала их на уровне пола. Выбрала ту, что была дальше всего от меня. Я вынула засов, толкнула дверь. Та оставила глубокие следы в слое пыли — много времени прошло с тех пор, как ее последний раз открывали.

Внезапно Касска зашипела. Я поняла предупреждение и направила вперед копье, подзывая к себе светильник. Затем — я на мгновение застыла на месте, пока светильник плыл вперед. Что за тьма некогда царила здесь, в Доме Вуроп? У дальней стены лежали кости. Череп многозначительно уставился на меня, кость руки, до сих пор закованная в проржавевший металл, висела над остальными. Понятно, что у каждого Дома есть свои тайны, но кто умер здесь в цепях и почему?