Гнёт Луны

Рууд Рин

— Соскучилась, да? — прохрипел он.

— Соскучилась, — простонала Ил и рассерженно посмотрела на Ричарда, который залюбовался зрелищем. Она дернула тазом, прижавшись промежностью к жесткой ткани ширинки. — Чего стоим?

— Ну, раз ты так просишь, — парень хохотнул и сбросил куртку на пол. — Я, конечно, присоединюсь.

Феликс притянул Илону к себе и впился в ее губы, крепко обнимая сильными руками и прижимая к груди. Ричард ласково провел ладонью по пояснице сладко постанывающей Илоны и скользнул пальцами между ее ягодиц. Девушка согласно замычала, но рука

оборотня нырнула ниже и коснулись основания члена Феликса и прошлись и по припухшим губам девичьей промежности.

— Выдохни, принцесса, — Ричард навалился на Ил и решительно протолкнул свое хозяйство в щель, которая как бы была уже занята другим.

— Что?! — Ил дернулась в объятиях Феликса, и тот с рыком прижал ее к себе крепче.

Из глаз Ил, метафорически выражаясь, посыпались искры, когда Ричард медленно повел тазом, вторгаясь в ее утробу, где едва поместился сам Феликс.

— Ох, Дикки… — сдавленно простонал мужчина. — Даже я не ожидал…

— Я разойдусь по швам, — просипела Ил в лицо мужчины, — если ты дернешься.

— Тогда поведу я, — прошипел Ричард, вжимаясь в девушку.

Илона в громким воскликом уткнулась в шею хрипло хохотнувшего Феликса. От каждого неторопливого и движения Ричарда Ил была готова нырнуть в обморок от гнусного возбуждения и тянущей боли, что перекрутилась с наслаждением и чувственной наполенностью. Жадное до грубых ласк тело отозвалось на толчки Ричарда хриплыми стонами и укусами, что красными полумесяцами покрыли шею клокочущего Феликса.

Ил взвизгнула в губы Черного Когтя. Спазм сомкнулся на плоти двух мужчин, и Ричард с громким стоном вдавился в Ил. От сильной судороги, что капканом схватила чрево, у девушки потемнело в глазах, и Феликс с рыком впился в ее губы, поддавшись бедрами вверх.

— Я чувствую тебя… — прохрипел Ричард, и мужчина за волосы привлек его к себе и со стоном припал к его губам.

Сдавленная с двух сторон вздрагивающими телами Ил всхлипнула, не чувствуя истерзанного лона. Когда Ричард со стоном повалился на шкуру, в нежные натруженные мышцы Ил впились тысячи холодных иголочек, разгоняя кровь по онемевшим тканям. Он слабо просипела в грудь Феликса, и он осторожно уложил ее рядом с уставшим, но очень довольным Ричардом.

— Дикки, такой выдумщик, да? — иронично прошептал Феликс в бледное лицо Ил.

— Я там хоть целая или вы меня в лоскуты порвали?

— Целая, — Мужчина скользнул рукой между ее бедер. — Немного отекла, но ничего смертельного.

— Я был нежным и осторожным, — зевнул Ричард. — И контролировал ситуацию.

— Ри, как тебе вообще такое в голову пришло? — Ил повернула к нему лицо.

— Я действовал по наитию, — парень беззаботно рассмеялся и лучисто посмотрел ей в глаза. — А теперь давай о главном. Мы предлагаем тебе сладкая булочка, выносить нашего сыночку…

— Лестера, — шепнула Ил. — Сияние Ночи.

— Поэтично, — Феликс пробежал пальцами по ее скуле.

— Предлагаю выносить Лестера волчицей, — Ричард широко улыбнулся. — Пока не поздно. Через несколько дней этот фокус не сработает.

— А вдруг я одичаю? — пискнула Ил.

— Послушай, Рене

все же не один из нас, — Феликс слабо улыбнулся. — И мне кажется, что мальчика надо связать с лесом и волчьей тенью уже сейчас, чтобы потом не случилось никаких сюрпризов. Кровь Марго сильна и родится не волколак, а младенец с хвостиком. В первое полнолуние твоего срока ты обратишься оборотня, а затем в волка, чтобы следующая метаморфоза Лестера произошла в утробе и под светом луны. Во второе вернешься вновь в тело человека и в третье прыгнешь опять в суку. Мы сократим срок беременности и обезопасим Лестера от неполных метаморфоз после рождения.

— В чем подвох? — Ил моргнула.

— Будет очень больно, — Феликс нахмурился. — Ты будешь лежать после пластом несколько дней и много кушать, но ты должна научить ребенка быть оборотнем до того, как он появится на свет. Ты обращенная, призрак захвативший тело волчицы, а Рене со слабой кровью, в которой нет памяти метаморфоз. По итогу без принудительных обращений у нас родиться либо волк, либо ребятенок с хвостом.

— Полнолуние меньше чем через две недели, — Илона села и обхватила колени.

— Успеем свадебку сыграть, — чмокнул девушку в лопатку.

— А где мое кольцо? — Ил оглянулась на парня.

— Мы же оборотни, — цокнул Ричард. — Нам не нужны кольца. Только клятва… — он закусил губу, — о любви и верности.

Готова ли Ил провести жизнь в лесу с двумя оборотнями в большой семье? Одиночество, пустые квартиры, переезды ее утомили. Да и Лестеру была нужна семья, поддержка и опора. Сама она не даст этого мальчику. Мать-одиночка из нее получится истеричной, дерганной и вечно метающейся из крайности в крайность. И маленькому Фериилу нужна мать рядом вместе с младшим братом. Нет, лишать кого-то из мальчиков брата и совместного детства — жестоко.

— Клятва так клятва, — согласилась Ил.

— Тогда собирай вещи и поехали домой, — шепнул Феликс девушке в ухо.

— И уродство это выкини, — прошипел Ричард, глядя на мазню Рене.

— Это уродство дохерища бабла стоит, — вздохнула Илона. — Но да, я избавлюсь от нее.

— На сколько дохерища? — уточнил парень.

Ил потянулась за смартфоном, нашла онлайн-аукцион с картинами Рене Дануа и всучила Ричарду, который охнул от увиденного.

— Охренеть.

— Дай сюда, — Феликс пролистал фотографии проданных холстов, и его глаза поползли на лоб. — Да за что такие деньги?

— За талант, — Ил упала на спину.

— Да нет здесь таланта, — Феликс зло бросил телефон на шкуру и уставился на картину. — Почему?!

— Это кощунство сжигать столько денег, — Ричард пожевал губы.

— Решайте сами, мальчики, — Ил закрыла глаза. — Я бы ее бомжу какому-нибудь отдала, чтобы прям по-постмодернистски все было.

— Я, конечно, ревную, но… — покачал головой Ричард.

— А как ты собралась ее продать? — Феликс посмотрел на Илону.

— Через черный аукцион, — Ил приложила правую ладошку к промежности. — Получим меньше, чем через прямые продажи, но тоже выручим очень неплохие деньги. После смерти Рене, вероятно, стоимость картины подскачет.