Глубокое синее море
Шрифт:
— Помолимся Господу Богу нашему, — сказал капитан, и все склонили головы.
Солнце ярко светило, опаляя всех лучами, гром продолжал громыхать, а капитан начал читать молитву:
— «Всемогущему Богу было угодно взять к себе душу нашего почившего товарища, и мы доверяем его бренную оболочку толще морской воды…»
При последних словах Линд и боцман приподняли край двери, и труп, зашитый в парусину с грузом, медленно соскользнул в воду. Гарри посмотрел вниз. Неутяжеленный конец сперва надулся, как воздушный шар, запузырился, но потом тоже исчез под водой. При этом Годард не
Снова громыхнул гром, и Линд сделал знак капитану.
Стин повернулся к одному из членов команды:
— Скажите мистеру ван Дорну, чтобы он запускал машины.
Годард обернулся и посмотрел на женщин. У обеих на глазах были слезы.
Обед начался очень тихо. Гарри перед этим выпил три порции мартини, но они не подняли ему настроения. Все находились в подавленном состоянии, и даже Линд вел себя тише, чем обычно. Гроза до них еще не добралась, но духота стояла изнуряющая. Оба вентилятора работали на полную мощность, однако результата от того не было почти никакого. Воздух словно пропитался влагой.
— Пройдет день, и самое трудное останется позади, — заметил Линд. Потом повернулся к Годарду. — Ведь если плыть все время в таком напряжении, то с ума можно сойти.
Гарри ухмыльнулся.
— Только не надо есть грейпфруты, — сказал он.
Линд непонимающе посмотрел на него, а Карин спросила:
— Пусть я глупа, но все же объясните — почему?
— Потому что кожура от них не пойдет ко дну. И будет очень тяжело, если вчерашняя кожура встретится в море с сегодняшней…
В этот момент вошел радист и протянул капитану конверт:
— Это только что пришло через Калифорнию, и Манила вызывает вас — видимо, с тем же сообщением.
— Спасибо, Спаркс. — Капитан вскрыл конверт, прочел сообщение, затем резко отодвинул стул и извинился перед пассажирами. Линда он попросил последовать за ним.
Все удивленно посмотрели друг на друга.
— Будем надеяться, что ничего серьезного, — произнесла миссис Леннокс.
— Конечно, ничего серьезного, — ответил Годард. — Возможно, только с моим чеком какие-то неувязки, и теперь миссис Брук придется оплатить мой проезд. Я понимаю, это звучит немного резко, но я всегда хотел играть роль избалованной собачонки при хорошенькой женщине.
— В этом случае я обязана вас предупредить, что все мои избалованные собачонки называют меня по имени, — отозвалась Карин.
Обмен шутками эмоций не вызывал — было слишком душно и слишком влажно.
Кроме того, все думали о радиограмме, после получения которой капитан быстро удалился. Есть из-за жары тоже никто не хотел. Собравшиеся извинились перед стюардом и удалились.
За это время солнце уже успело скрыться за пелену туч. Поэтому все остались на палубе со стороны бакборта. Минут через двадцать появился Линд и сразу же исчез в коридоре, но когда все проходили мимо каюты Эгертона, то увидели через иллюминатор, что он находится в ней.
— Что случилось? — поинтересовался Годард.
— Самое
— В связи с Эгертоном? — уточнил Годард.
Линд кивнул.
— Прочтите вот это, — сказал он и протянул ему две радиограммы. — Сначала вот эту. Обе посланы из Буэнос-Айреса с интервалом в два часа. Годард прочел:
«Капитану „Леандра“ (Радио Сан-Франциско) Срочно выясните на судне пассажира который пользуется именем Уолтер Эгертон тчк Имеет британский паспорт и утверждает что был полковником английской армии тчк Носит черную повязку левом глазу седые волосы седая борода говорит английском языке высших классов тчк При наличии такого пассажира ни в коем случае не сообщать ему радиограмме и не вызывать у него никаких подозрений тчк Не передавать ему никаких радиограмм на его имя тчк Маниле вместе лоцманом на борт прибудет полиция тчк Паспорт фальшивый тчк Этот человек предположительно Гуго Майер».
Годард посмотрел на Линда. Теперь он понял, что тогда выкрикнул Красицки. Он выкрикнул его имя. Обе женщины подтвердят, что Красицки выкрикивал что-то похожее, и Линд кивнул в знак согласия.
После этого Годард прочел последнюю «Ответ лейтенанту Гансу Рихтеру полиции Буэнос Айреса».
— Нет, этого просто не может быть! — воскликнула Карин. — Это был такай милый, очаровательный человек!
Линд развел руками:
— Судя по всему, Красицки не сомневался в этом.
— Но ведь все считали, что Гуго Майер уже двенадцать лет как мертв, — напомнила Мадлен Леннокс.
— Не все, — ответил Линд. — Его все еще продолжали искать.
— Должно быть, он почуял, что они напали на его след, и попытался ускользнуть от них, — высказал предположение Годард.
— Просто ускользнуть — это ему не помогло бы, — предположил Линд. — Ему нужно было изменить свое имя.
— А эта радиограмма от сеньоры Сантос? — заметил Годард. — Возможно, она содержала намек, что они разыскивают человека по имени Эгертон?
— Неплохая мысль, Шерлок Холмс, — похвалил его Линд и протянул ему второе сообщение. — Вы совершенно правы.
Годард прочел:
«Капитану „Леандра“ (Радио Сан-Франциско) Получили Вашу радиограмму на имя Консуэлы Сантос о смерти Уолтера Эгертона тчк Подтверждаются подозрения что Эгертон был Гуго Майером тчк Строго предписывается сохранить труп окончательной идентификации личности посредством отпечатков пальцев по прибытии Манилу тчк Подробный ответ на адрес Ганса Рихтера».
Гарри тихо присвистнул:
— А время в Буэнос-Айресе…
— Приблизительно на четыре часа меньше, чем у нас, — подсказал Линд.